Намбату
Шрифт:
Обрадовавшись, что на него обратили внимание, оно распахнуло сумку и маняще повело бровями, призывно улыбаясь. Филара кинула туда мелкую монетку. Человечек непонимающе поморгал, глядя на «милостыню», поблескивающую среди прочих вещей в его мешке. Потом он бросился догонять ушедшую вперед лошадь с всадниками и вновь преградил им путь. Те снова прервали свой разговор и уставились на него.
— Нет, вот это наглость! — сказал кот, когда незнакомец вновь затряс своей котомкой. — Мало ему, видишь ли, дали!
— Может
Шун тоже поразмыслил над этой идеей.
— Думаешь, он продает свой мешок? — предположил он.
— Купим?
— Зачем тебе эта драная сумка? — с легким раздражением спросил у Филары кот.
— Но просто он такой худенький, заморенный, — принялась объяснять сердобольная девушка. — Калека немой. Наш долг помогать убогим. Что если у него нет денег купить себе еды и заплатить за ночлег? А гордость не позволяет сидеть на паперти? Вот он и решил продать последнее, что у него было. А эта вещь, возможно, — единственная память о его покойной матушке, шившей ему этот мешок долгими зимними ночами, чтоб мальчику было в чем носить в школу сменную обувь…
У человечка от удивления отвалилась челюсть. Он переводил взгляд с волшебницы на ее питомца, пока те спорили о том, как с ним поступить. Потом почувствовал на себе чье-то дыхание. Задрав голову, он увидел крупную лошадиную морду, начинающуюся оскаленными зубами и заканчивающуюся раздраженно хлопающими ушами. Где-то в промежутке горели сердитые, показывающие, что их обладатель вот-вот потеряет терпение, глаза. Маленький незнакомец отступил на шаг назад, опасливо поглядывая на нависающую над ним громадину головы. Лучше бы он смотрел на ноги.
— Так, а куда он делся? — Шун озадаченно осматривал землю.
Герань стоял с максимально непричастным видом. Филара тоже огляделась.
— Ладно, — пожала плечами она. — Значит, не больно-то ему и нужно было.
— Ну и черт с ним. Поехали уже!
Конь тронулся с места. Через несколько шагов девушка нахмурилась и сказала:
— А, может быть, он знал, как доехать до Шангаля?
— Чё-ё-ёрт… — устало закатил глаза кот. — Ну почему ты только сейчас об этом подумала?!
— Мы с тобой — два идиота, — огорчилась волшебница.
Герань согласно фыркнул.
Позади них в кустах валялся человечек с мешком и тихо постанывал. На его груди красовалась четкая вмятина в форме копыта. Да, стулья могут пролетать сквозь наблюдателей, не причиняя им вреда. То же самое относится и к другим вещам, включая лошадей. Но для этого необходимо находится в особом душевном состоянии. Проще говоря, надо быть готовым к подобному развитию событий и как следует сконцентрироваться. Нда…Урок на всю жизнь.
А троица тем временем благополучно пропустила поворот на Шангаль и пошла в другую сторону, счастливо избегая судьбы участников Намбату.
Светало.
Гендевец сам был во всем виноват. Это он вляпался в чёрт знает что. Поэтому выкручиваться ему тоже придется самому. Юноша не собирался втягивать в свои проблемы других людей, но допускал, что Гудрон с ним увяжется, потому что такое уже случалось. Что ж. Пусть обижается, сколько хочет, что дворянин сбежал, не попрощавшись, но к Намбату кузнец не будет иметь никакого отношения. У него теперь есть семья, возможно, скоро пойдут дети… Пусть сидит дома с женой, в покое и безопасности. Ральдерик вспомнил, кто был супругой друга и мысленно внес ряд коррективов в последнее утверждение. Ладно, не в этом дело. Просто герцог идет один и всё тут! Конец спору! Ну вот, дошло до того, что он стал заниматься самоубеждением в правильности принятого решения.
Занятый подобными мыслями, юноша зашел в конюшню.
— Ну и куда это мы собрались? — услышал он знакомый голос.
Возле одного из стойл, лениво прислонившись к столбу, стоял иролец, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу. Тоже полностью готовый к дороге. Изрядно отросшие с их первой встречи и, видимо, с тех пор не стриженые, черные кудри были перехвачены каким-то шнурком. Рядом с юношей на полу лежало несколько сумок и меч в ножнах.
— А тебе не спится никак? — сварливо огрызнулся гендевец, направляясь к своему коню.
Как он заметил, Неветерок уже стояла оседланная.
— А то шел бы к жене молодой, — продолжил он, спиной ощущая скучающий взгляд. — В постельку. Она тебя заждалась уже там, наверное…
Тут ему стало больно. Шипя и держась за ушибленную голову, он развернулся, чтобы встретиться глазами с Эрладой. Девушка невозмутимо повесила щетку для чистки лошадей на крюк.
— Доброе утро, — сказала она.
Герцог сдержался и тоже мрачно поздоровался. Просившиеся на язык слова он про себя ей всё же высказал.
— Хорошо, что мы рано проснулись, — возвестил кузнец. — Сможем много чего за день сделать!
— Кто рано встает, тому бог подает, — согласилась с ним супруга, подхватывая с пола какую-то сумку и волоча ее к флегматичному Каштану.
— А вы домой поехали, да? — попытался намекнуть дворянин. — Маму с папой проведать, ну или там тещу с тестем? Они соскучились, наверное…
— Да нет, мы несколько месяцев назад уже виделись, — отозвалась Эрлада. — Раньше следующего года они нас не ждут.