Намбату
Шрифт:
— Придурок! — прошипел Ральдерик, глядя на двух совершенно идентичных мертвецов. — Удружил, называется! Ну и кто здесь кто?
— Я же говорила, что с ними лучше дела не иметь, — мрачно отозвалась с пола Филара.
Ее тоже не привлекала идея воевать на два фронта — тут с одним бы разобраться.
— Можешь что-нибудь сделать?
— Нет, — покачала головой девушка, глядя на то, как две истерзанные полупрозрачные фигуры кружат по комнате в тусклом свете парившего под потолком белесого светлячка.
— Атакуем того, кто выживет, — решил гендевец. — Сможешь?
— Нууу… да, — голос подруги юноше не понравился, но ничего сказать он не успел.
Призраку игры в переодевание надоели. Быстрее обычного
Раздался оглушительный визг. Найлд затрепыхался в хватке покойного то ли демонолога, то ли некроманта и внезапно принял другой облик. А потом снова. И снова. Лица слетали шелухой, приходя на смену друг другу. Человеческие лица. Животных копирщик почему-то не трогал. Когда верещать уже не получалось, настала очень хрипа, бульканья и всхлипов. По подбородку из раскрытого рта текла струйка слюны, глаза распахивались всё шире, грозясь выпасть из глазниц, кожа стала покрываться мелкой чешуей. Потом, начиная с кончиков пальцев на руках и ногах, он принялся рассыпаться. Волшебница и дворянин, остервенело перерезавший мечом кожаные полосы, заворожено смотрели, как извивавшаяся и цеплявшаяся остатками рук за державшую ее за голову ладонь фигура превращалась в кучу сухой чешуи на полу. Ральдерик, конечно, искренне желал существу ужасной смерти, но сейчас ему было жутко. Юноша часто бросался угрозами, которые даже не планировал воплощать в жизнь. Сейчас же, воочию лицезрея исполнение одной из них, он был потрясен. А еще искренне благодарен найлду за то, что тот не пытался в предсмертной агонии надеть его лицо.
Покойный сжал руку в кулак, раздавливая уже мертвую голову. Раздался звук лопающегося арбуза: смачный, мокрый. Призрак встряхнул ладонью, избавляясь от прилипших чешуек, и повернулся к оставшимся. Гендевец, наконец, окончательно справился с ремнями и в который раз за последние несколько минут поднялся на ноги. Хлопок, и на месте собаки снова оказался кот. Так и не пришедший в сознание. Дворянин крепче ухватил его левой рукой, правой сильней сжимая во вспотевшей ладони рукоять направленного на врага меча. За его спиной что-то шептала Филара, прикидывая, что из ее арсенала могло помочь в данном случае. Вариантов было немного.
Мертвый, вопреки ожиданиям, не скользнул вперед, как делал до этого, а взмахнул руками со своего места. Живые этот жест успели уже выучить, поэтому расшвыривающая волна воздуха их не задела. Другое дело, что при этом им пришлось резко пригнуться, отвлекаясь от своего противника, и замешкаться с атакой. Призрак не преминул этим воспользоваться. Он с присущей ему скоростью бросился вперед, слегка вильнув в сторону, чтоб уклониться от кинутой в него очередной светящейся сетки. К сожалению, это его не замедлило, а Филара только зря потратила последние силы. Ральдерику не хватило времени встать обратно в стойку. Стараясь всё равно зацепить нападавшего клинком, он лишь успел отскочить от стремительно приближавшейся к его лицу ладони, однако от второй его это не спасло. Почувствовав знакомый холод в правом плече, он снова попытался дотянуться мечом до стоявшего напротив мертвеца, но понял, что конечность его не слушалась. Левый кулак прошел сквозь бестелесную голову, не причиняя никакого вреда.
Поймав растерянный взгляд жертвы, прижатой спиной к стене и отчаянно пытавшейся совладать с утратившим чувствительность придатком, дух растянул разбитые губы в тонкой улыбке. Картина
Мертвый уже приблизил кисть к ее лицу, как вдруг перед ним возникла маленькая девочка, не долго думая, ткнувшая указательными пальчиками в развороченные глазницы. Покойный взвыл, хватаясь за лицо и временно забывая обо всем, кроме своей боли. Среди прочего и о том, что у лежавшего перед ним юноши была еще и левая рука. Непонятый современниками гений темных магических искусств к собственной неожиданности вдруг повалился на пол с подрубленными ногами, а тяжело, с хрипами, дышавший гендевец, отодвигая подругу к стене, сел и глубоко вздохнул. Мельком глянув на лежавшую возле его коленей рыжую обезьянку, он сфокусировался на корчившейся перед ним, тянувшейся к кровоточившим срезам на месте стоп прозрачной фигуре и нехорошо заулыбался. Герцог удобней перехватил рукоять меча и со всех оставшихся сил рубанул духу по шее.
— Ну, вот и всё, — провозгласил он, глядя, как исчезают последние следы окончательно убитого врага.
Филара, даваясь слезами, подползла и крепко обняла друга, пряча лицо на его плече. Тот ободряюще потрепал ее здоровой рукой по золотой макушке и слабо усмехнулся. Перед глазами ползали фиолетовые пятна, а в висках стучала кровь, плечо ныло и мерзло.
— Я посплю немного, — Ральдерик расслабился и, сползя подруге на колени, потерял сознание.
Гудрон наблюдал за действиями жены, стараясь воздерживаться от вопросов. Та сосредоточенно выцарапывала его мечом какой-то сложный узор на полу.
— Ну, вот и всё, — сказала та, возвращая мужу оружие и отряхивая руки.
— И что это? — рискнул поинтересоваться тот.
— Хочу немножко взбудоражить тут атмосферу, — отозвалась девушка, становясь в центр рисунка. — Устрою небольшой энергетический всплеск.
— А зачем?
— Брошенный в пруд камень искажает поверхность воды, и поднявшиеся волны могут показать то, что в обычных условиях скрыто. Я доступно объяснила?
— Да, — буркнул иролец.
— Ладно, приступим.
Девушка закрыла глаза и напряглась. Что бы она ни пыталась сделать, кузнец не видел никаких результатов ее усилий. Решив, что супруга точно знает, что творит, он решил дождаться, пока та закончит и сама всё объяснит. Спустя несколько секунд она вдруг побледнела и схватилась за голову.
— Что? Что? Что? — всполошился кузнец.
— Ужас, — ответила Эрлада, поднимая на мужа взволнованные глаза. — Какой-то кошмар. Как нас угораздило сюда прийти?!