Нам суждено любить
Шрифт:
— Понятно. Я и представить себе не могла, какой трудной может оказаться для вас эта поездка. Через полчаса нам нужно выходить. Извините, мне еще надо кое-что сделать, прежде чем мы пойдем.
Она встала и взяла со стола несколько папок.
Алекс знал, что он невыносим. Он встал вслед за ней и подошел к окну.
Ему нужно взять себя в руки. Дженни все равно уже не вернуть. Неужели он правда думал, что ему станет легче, если он не будет ни с кем делиться своим горем? Если так, тогда он не более
Чем лучше он проявит себя во время интервью, тем больше людей купят его книгу. А Алекс хотел, чтобы читатели поняли, что за человек была Дженни.
И не хотел, чтобы они узнали, как он опустошен.
Мельком взглянув на мисс Тайлер, Алекс вернулся в свою комнату. Ему было нужно собраться с мыслями и перестать считать мисс Тайлер своим врагом.
Как и обещала Мона, Табиса сделала его путешествие более комфортным. А он ведет себя как неблагодарная свинья. Нужно извиниться.
А как она привлекательна! Его тело моментально откликнулось на ее прикосновение. А когда он наблюдал за ней в спортзале…
Алекс сидел на краю кровати. С тех пор как Дженни умерла, он прятался от внешнего мира. Общался только со своим издателем, Моной и несколькими пациентами.
Он вел себя как нездоровый человек. И знал об этом, но отмахивался от всего, что писали в книгах, будто это было неприменимо к нему самому. Какая ошибка! ;
Возвращение в реальный мир будет слишком болезненным, но, если он собирается продолжить турне, у него нет другого выбора.
Нужно примириться с мыслью, что Дженни больше никогда не вернется. :
Табиса глубоко вдохнула, готовясь к предстоящей встрече с драконом из соседней комнаты. Всякий раз, когда он говорил, ей казалось, что у него изо рта вырывается пламя — своеобразное предупреждение, чтобы она не приближалась. Если он будет продолжать в том же духе, то из интервью ничего хорошего не выйдет.
Когда она постучала в: дверь, мистер Майерсон тут же открыл.
— Мы должны выйти сейчас, чтобы прибыть туда немного раньше. — Она улыбнулась, не ожидая, что он улыбнется в ответ, затем повернулась на каблуках и направилась к двери.
Когда они вошли в лифт, Табиса отодвинулась от него, вспомнив недавнее замечание. Ее все еще удивляло то, что Майерсон мог написать такую книгу. Она даже собиралась перечитать ее после турне.
В такси Табиса еще раз взглянула на свои записи.
— Брать у вас интервью будет Хелен Уилсон, репортер из раздела «Стиль жизни». Ядам ей список вопросов, который мы с вами составили, и назову ограничения, которым она должна следовать.
— Спасибо. Я хочу извиниться за свое поведение, Табиса. Прошу вас, зовите меня Алекс. К чему формальности? Это… неприветливо.
Табиса с удивлением повернулась к своему спутнику. Он смотрел вперед, его лицо не выражало
— Это было бы замечательно… Алекс.
— Я ценю ваше терпение. — Подобно чревовещателю, он говорил, не раскрывая рта.
— Вам следует сказать это моим сестрам, но вряд ли они вам поверят.
Он наконец посмотрел на нее.
— Вашим сестрам-близнецам?
— Да, я самая нетерпеливая из нас троих.
— А ведь я собирался заняться изучением близнецов, — задумчиво произнес Алекс. — Но далеко не все хотят быть подопытными кроликами.
Табиса улыбнулась.
— Потому что на нас постоянно таращатся. Нам нравится находиться в обществе друг Друга, но, когда мы появляемся где-нибудь втроем, люди удивляются и задают вопросы.
— Вам это не нравится? — спросил он, впервые проявив заинтересованность.
— Да нет, мы просто устали выделяться среди других.
— Ваша мама одевала вас одинаково?
— Да, когда мы были маленькими. Но когда мы стали достаточно взрослыми, чтобы принимать самостоятельные решения, это закончилось. Наш гардероб напоминал огромную свалку. — При этих воспоминаниях она улыбнулась.
— А я был единственным ребенком в семье, — нахмурившись, сказал Алекс.
— Мне очень жаль. Наверное, это было… — Табиса осеклась, подумав, что он мог быть другого мнения. — Хотя некоторым нравится находиться в центре внимания родителей.
Алекс не ответил.
Табиса не знала, почему он снова замкнулся. Ее слова обидели его? Такси остановилось, и она мысленно обещала себе, что извинится позже.
В телевизионной студии их ждала Хелен Уилсон, жизнерадостная женщина, которая всех вокруг заряжала своей энергией. Табиса подошла к ней.
— Я буду рада познакомиться с доктором Майерсоном! Его книга просто чудесна. Когда ее читаешь, словно заново переживаешь свою влюбленность.
— Потрясающая характеристика, — похвалила Табиса. — Но мистер Майерсон желает посвятить интервью практическим аспектам книги, а не обсуждению своей личной жизни.
— Конечно, он хочет, чтобы читатели извлекли пользу из его опыта. Кстати, жена сопровождает его?
Я была бы рада познакомиться с ней.
— Нет, — хладнокровно ответила Табиса.
— Жаль, но я думаю, что присутствия доктора Майерсона вполне достаточно. Уверена, он очарователен.
Табиса улыбнулась. Уж она-то имела честь испытать на себе его очарование!
— Да, конечно. Могу я вас представить друг другу? — Мысленно скрестив пальцы, Табиса подвела Хелен к доктору Майерсону. Алексу, напомнила она самой себе. — Алекс, позвольте представить вам Хелен Уилсон, вашего интервьюера. Она в восторге от вашей книги.
Табиса надеялась, что ее широкая улыбка немного подбодрит его.