Награда Бога
Шрифт:
— Ну, до завтра. — Он махнул рукой, сел в машину и умчался.
Лерка глянула на часы. Половина двенадцатого. Бабуля, наверное, спит давным-давно. Но к ее удивлению, свет в комнате Фаины Исааковны горел, а она сама сидела в большом кресле и явно поджидала внучку.
— Ба, ты чего, приболела? С сердцем плохо? — забеспокоилась Лерка, увидев флакончик валокордина на столе.
— Я была у Ланы, — не разжимая губ, процедила Фаина. — Почему ты мне ничего не рассказывала?
— О
— О НЕЙ, о том, как она относится к твоим сестрам, и вообще.
Лерка устало опустилась на стул, приготовившись слушать бабушкину исповедь.
Оказывается, в доме, где живет Лана, у бабули был свой «барабанщик». А именно старинная приятельница по институту. Вот она-то и проинформировала «милую Фаечку» о том, чем живет и дышит ее невестка. Фаина отказывалась верить, даже разругалась с подругой.
— Белла еще в юности мне завидовала, — оправдывалась бабуля. — Да и ты всегда приносила ОТТУДА хорошие новости. Но сегодня...
Подруга Белла решила пойти на мировую и пригласила Фаину в гости. Даже прислала за ней машину с личным шофером сына. Фаина согласилась.
— Думала, и с подругой поболтаю, и внучек проведаю, — чуть не плача, проговорила бабушка. — И что же ты думаешь? Я зашла к НЕЙ, думаю, сначала с девочками поздороваюсь. Дверь никто не открыл. Мне же Лана говорила, что няньку наняла. Ведь Алешенька ей на это деньги присылает. А оказывается...
Словом, добрая старая подруга воочию показала Фаине, где проводят вечера ее единокровные внучки.
— Эта старая алкоголичка, представь, покрыла меня нецензурными выражениями и даже не дала увидеть девочек! — возмущалась бабушка. — А потом пришла ОНА.
Лана выслушала на пороге своей квартиры все, что думает о ней свекровь, и, улыбнувшись, захлопнула перед ее носом дверь.
— И сказала, что это не мое дело, что я старая еврейская маразматичка, которая портила жизнь своему единственному сыну! Лера, разве я была обузой Алексею?
Лерка усмехнулась. Интересно, чем больше была возмущена бабуля — тем, что ей сказали правду, или тем, в каких условиях живут дочери ее сына?
— Так почему ты молчала? — снова спросила бабушка.
— Именно поэтому, — пожала плечами Лера. — Ты бы мне поверила?
Фаина Исааковна долго смотрела на внучку, а потом согласно кивнула.
— Ты права, не поверила бы. Что же теперь делать? Она же бросает детей, а деньги все тратит на себя! Надо немедленно позвонить отцу! Собственно, я жду тебя, чтобы ты дала мне его телефон.
— Нет!!! — заорала Лера. Фаина вздрогнула. — Прости, ба, но нельзя ему звонить. Да и не поверит он. — Она устало поднялась со стула. — Она ж его прям околдовала.
В двух словах Лера объяснила бабушке, почему ни в коем случае нельзя
— Уверена, что она ему уже позвонила и преподнесла свою версию вашей ссоры.
— Но я же мать! Я его вырастила! Я...
Междугородний звонок прервал бабулю. Лера схватила телефон.
— Папа?
— Валерия, в чем дело? — прозвучал холодный голос отца. — Лана вся в слезах позвонила мне, сказала, что мать к ней приезжала, наговорила всяких гадостей! Она что, совсем сдурела на старости лет?!
Фаина позеленела. Как только она поняла, что Лера разговаривает с отцом, бабушка тут же нажала на кнопку громкой связи и слышала последнюю фразу сына. Она подскочила к телефону и проорала:
— Как ты смеешь так со мной говорить?!!
— Мама, ты мне не давала жизни с Ольгой. Я терпел, сколько мог. Так остановись хоть сейчас! Я запрещаю тебе доводить мою жену!
— Но Лана...
— Не желаю ничего слушать! У меня сложнейшая работа! Почему нельзя жить мирно?
— Папочка, успокойся. — Лера отключила громкую связь. — Я все урегулирую. Бабуля плохо себя чувствует. Все будет хорошо. Пока.
— Я надеюсь на тебя, — услышала она уже более спокойный голос отца и отключилась.
Лера обернулась к бабушке. Но вместо горючих слез она увидела каменное лицо женщины старой закалки.
— Ба, прекрати злиться, — устало сказала Лера. — Он вернется и сам все увидит. Пошли чаю попьем.
— Пойдем. Но запомни, у твоего отца больше нет матери. Я ему этого никогда не прощу.
Фаина Исааковна поднялась и молча прошла на кухню. Они мирно почаевничали и разошлись по комнатам.
— Ну, Лерка, с меня «магарыч»! — воскликнул Вадим, как только они оказались на ступеньках перед зданием суда. — Как ты их раскручивала, аж дух захватывало!
— Да, ладно, Вадь, все по букве закона, — устало махнула рукой Лера, хотя ей было очень лестно.
Дело действительно было почти проигрышное, но Лера билась аки тигр, и в результате Вадиму присудили мизерную оплату ущерба.
— Ну, что, пошли обмывать! — возбужденный Вадька крутился на месте.
— Спасибо, но я на лекцию опаздываю, — отказалась Лерка.
— Ну, тогда... — Вадим протянул ей узкий длинный конверт. — Спасибо.
— Не обижай меня, Вадь, — покачала головой Лера. — С друзей мзды не беру.
— Так это же благодарность, — удивился Вадим.
— Я вообще-то зарплату в конторе получаю, — улыбнулась она. — А «спасибо» ты мне уже сказал.
Вадим убрал конверт и, пристально посмотрев в глаза подруге, проговорил:
— Вот ты какая стала, Лерка.
— Какая? — удивилась она.
— Принципиальная. Гордая. Независимая.