Наглец

Перри Девни

Общественность в настоящее время целовала Пирсу задницу, потому что он не только приносил сюда свои миллиарды, но и делал значительные пожертвования в каждую местную благотворительную организацию. Когда сплетни о тебе положительные, жизнь здесь становится радужной.

Но однажды — в таком большом городе это было неизбежно — кто-нибудь скажет что-нибудь неприятное, и он поймет, насколько этот городок мал.

— Где дядя Кэл? — спросил Элиас.

Элиас, как и Пирс, любил Кэла. Возможно, потому, что Кэл баловал моего сына футболом, который был

любимым занятием Элиаса, не считая его плюшевого мишки.

— Он в маминой студии.

— Может, нам пойти поискать его? — Я выпрямилась, морщась от боли в боку.

— Что не так? — Пирс немедленно опустил Элиаса на землю, и его руки легли мне на живот.

— Ничего. — Я отмахнулась. — Просто тянет.

— Ты уверена?

Я рассмеялась.

— Я уверена.

Беспокойство Пирса было постоянным спутником этой беременности. Поначалу, учитывая наши истории, мы оба сильно нервничали, но по мере того, как шли месяцы, и девочка росла, а результаты обследования были только хорошими, я значительно успокоилась.

Пирс? Ни капельки.

— Керриган! — С тротуара донеслось мое имя, и мы все обернулись, когда Нелли бросилась в нашу сторону.

— Вот черт, — пробормотал Пирс.

— Все еще думаешь, что город достаточно большой?

— Я надеялся избежать этого в течение дня или двух. И сообщить новость до того, как они действительно увидят друг друга.

Белоснежные волосы Нелли развевались у нее за спиной, когда она бежала в нашу сторону с широкой улыбкой на лице. Улыбка исчезнет, как только она заметит Кэла.

— Неллииииии. — Элиас подскочил к ней, протягивая руку, чтобы дать пять.

— Привет, приятель. — Она взъерошила ему волосы.

— Привет. — Я помахала ей рукой и сделала все возможное, чтобы она повернулась спиной к студии. Может, если Кэл заметит ее, он останется внутри. — Что ты задумала?

— Я пришла, чтобы найти тебя.

— Найти? Зачем?

Она вытащила телефон из кармана джинсов и открыла ТикТок.

— Ты становишься вирусной.

— Что? — Я прижалась к ее экрану, когда она открыла видео, которое я выложила сегодня утром. Я работала в своем новом садовом сарае, устанавливая старинное окно. Сарай был моим любимым проектом и забавным занятием в мое ограниченное свободное время. Он был в очаровательном стиле шебби-шик, и когда все будет готово, это место станет моей летней оранжереей, где я буду проводить время в компании друзей.

На видео я была снята с гвоздодером, демонстрируя свой беременный живот в комбинезоне. Мои волосы были в беспорядке, а защитные очки запотели, но я улыбалась, когда заглядывала в окно.

— О, боже мой. — Я моргнула, увидев количество просмотров на видео, затем просмотрела их еще раз. — Здесь написано три и четыре десятых миллиона?

— Да! — Нелли обняла меня за плечи, и Пирс тоже оказался рядом, поддерживая меня, потому что у меня подкашивались колени.

— Боже мой. — Я все утро была так занята Элиасом, что даже не проверила свои социальные сети. Я разместила видео, ожидая,

что и это видео посмотрят те же две тысячи подписчиков, что и обычно.

Я достала телефон из подстаканника в коляске и открыла свои приложения. Мои глаза расширились от количества подписчиков в ТикТоке. Затем я открыла Инстаграм и чуть не упала в обморок.

— Полегче, детка. — Пирс снова был рядом, чтобы поддержать меня.

— Пятьдесят тысяч. На меня подписалось пятьдесят тысяч человек. — Я подняла глаза на своего мужа и просто уставилась на него.

Его улыбка была ослепительной.

— Что я тебе говорил?

— Продолжать в том же духе. — Он с самого начала был моим самым большим сторонником. Каждый раз, когда я заикалась о том, чтобы сдаться, он просил меня не сдаваться. Он говорил, что мои идеи свежи и уникальны. Что у меня есть то, что другие захотят увидеть, но на это потребуется время.

Я разразилась смехом, когда Элиас подошел и обнял меня за ногу.

— Мамочка, а где дядя Кэл?

— Эм… — Предоставьте двухлетнему ребенку самому вернуть вас к реальности.

— Дядя Кэл? — Улыбка Нелли исчезла. — Пожалуйста, скажи мне, что он в Теннесси, где ему самое место.

— О, смотрите. Это моя любимая фальшивая блондинка, — раздался глубокий голос Кэла, когда он вышел из-за плеча Нелли.

Когда она повернулась к нему, ее лицо из солнечного стало ледяным.

— Ну, если кто-то в мире и должен понимать, что такое фальшь, так это ты. Притворяйся, пока не добьешься успеха. Это что-то вроде модели для твоей карьеры, верно? О, извини. Бывшей карьеры. Я слышала, тебя уволили. Ауч.

Он стиснул зубы.

— Я был свободен и ушел на пенсию.

— Конечно, — невозмутимо ответила она.

— Вы двое, не могли бы отложить это на другой день? — спросил Пирс. — Нам нужно отпраздновать победу моей жены.

— Дядя Кэл! — крикнул Элиас Кэлу, который подхватил его на руки и безжалостно защекотал.

И мужчина, и мальчик рассмеялись, и привязанность на лице Кэла была ясна, как ясное небо.

Я никак не могла понять, кто такой Кэл. В какие-то моменты он мне нравился. Сильно. В другие мне хотелось встать за спину Нелли, когда она влепит ему пощечину. Он мог быть таким придурком по отношению к ней, но то, как он любил моего сына, было восхитительно. Его преданность Пирсу была непоколебима.

— Как насчет того, чтобы всем вместе сходить в пивоварню? — Струйка воды потекла по моей ноге.

— Что это, черт возьми, такое? — спросил Кэл.

— Не выражайся! — огрызнулась я. Элиас повторял все, что говорил Кэл. — И у меня отошли воды.

Получается… бок тянуло сегодня не просто так.

Пирс приступил к делу, взяв меня за руку и направив к своему внедорожнику.

— Нелли…

— Я присмотрю за Элиасом, — сказала она. — Мы пойдем ко мне пешком.

— Он еще не обедал, — сказала я ей, когда Пирс помог мне сесть на пассажирское сиденье.

— Покормим, — сказал Кэл.