Наглец
Шрифт:
Возможно, именно поэтому она продержалась пять лет. У ее предшественников средний срок пребывания в должности составлял всего шесть месяцев. Самый длинный из них длился год, самый короткий — всего две недели. Каждый из них раздражал меня, и когда мы расставались, я вздыхал с облегчением.
Если Нелли уйдет, я, черт возьми, сойду с ума.
Нелли не целовала меня в зад и не называла мистером Салливаном. Она не прикусывала язык, когда не соглашалась с моими решениями. Она не меняла своего мнения, потому что
— В офисе что-нибудь произошло, о чем мне следует знать? — спросил я.
— Ничего такого, о чем я не смогла бы позаботиться.
Формально она была моей помощницей, но занимала должность вице-президента при генеральном директоре, и не было ничего, с чем бы она не справилась. Именно поэтому она зарабатывала больше, чем любой другой вице-президент в «Грейс Пик Инвестментс». Теперь, когда мы взяли на себя гораздо больше, она была нужна мне.
— Спасибо.
— У тебя усталый голос.
Я поерзал, потирая затылок одной рукой, а другой ведя машину.
— Да. Это была долгая поездка.
— Ты мог полететь самолетом.
— Нет, все хорошо. Мне нужно было проветрить голову.
— Не так уж много нужно прояснить. Ты мог бы сделать это, совершив тридцатиминутную прогулку вдоль передового хребта (прим. ред.: передовой хребет (часть Скалистых гор, США) — расположен в центральной части штата Колорадо и на юго-востоке штата Вайоминг).
— Смешно, — пробормотал я.
— Ты знаешь, я шучу. Но мне кажется, что я должна была поехать с тобой.
— Нет, я в порядке, — солгал я. Я уже несколько месяцев не был в порядке.
— Звонили твои родители.
Я подавил стон.
— И?
— И, ты поймешь, чего они хотят, если перезвонишь им.
После похорон я избегал родителей. Особенно маму, потому что она бы захотела поговорить обо всем, о чем я не хотел говорить.
— Они все еще на Гавайях?
— Да. Твоя мама пригласила меня прилететь на следующие выходные.
Я усмехнулся. Они любили Нелли больше, чем меня, что было нормально для большинства людей, которые знали нас обеих.
— Дерзай.
— Мне нужно больше времени на отдых.
— Ты выбила его из меня в прошлый раз, когда я облажался.
— Я? Выбила?
— Да. — У нее был один месяц в году. Теперь — шесть недель. В конце концов, я сделаю что-нибудь, что выведет ее из себя, и она вытянет из меня еще две недели. Я держался только ради собственного самолюбия.
— Когда я в последний раз получала премию?
— Десять месяцев назад.
— Вееернооо, — протянула она, растягивая слога. — В тот день, когда ты встал на сторону Криса, а не на мою, когда мы обсуждали рождественскую вечеринку.
И я поплатился за это решение. Нелли сказала нам, что в открытом баре сотрудникам будет веселее. Крис, наш адвокат, утверждал, что открытый бар приведет к появлению пьяных
Она не позволяет мне забыть об этом.
— Произошло еще что-нибудь сегодня? — спросил я.
— Звонила Жасмин.
Дерьмо.
— Скажи ей, что я занят. Я ей перезвоню. — Мы оба знали, что я не перезвоню.
— Пирс…
— Я занят, Нелли. — Это была та область, где я не нуждался в ее участии.
Нелли вздохнула.
— Хорошо. Для протокола, хочу сказать, что, по-моему, ты совершаешь огромную ошибку, избегая ее.
— Принято к сведению. Что-нибудь еще?
— Пока все. Я позвоню, если что-нибудь произойдет. Когда ты возвращаешься?
— Завтра. В среду утром я буду в офисе.
— Ладно. Позвоню тебе позже.
— Пока. — Я закончил разговор и свернул с Первой улицы, направляясь в переулок, застроенный домами. В квартале от центра города я съехал на обочину и припарковал «Ягуар» на пустом тротуаре.
Вдоль дороги тянулись зеленые лужайки. В каждом дворе росли деревья, их цвет начал меняться, как в Колорадо в начале сентября. В самих домах было тихо, большинство людей, вероятно, в это время суток были на работе. Когда я проезжал мимо школы по дороге в город, ее парковка была забита машинами.
Надеюсь, мой собственный автомобиль можно было припарковать здесь на час или два. В Денвере были районы, где я бы не рискнул оставить роскошный автомобиль, но я сомневался, что в Каламити часто угоняют автомобили, и не хотел парковаться на Первой улице. «Ягуар» привлек бы слишком много внимания рядом с большими грузовиками. Сегодня я хотел осмотреть окрестности не привлекая внимания.
— Наверное, стоило надеть джинсы, — сказал я себе, на мне был мой стандартный костюм-тройка.
Я расстегнул свой темно-коричневый блейзер и жилет под ним. Затем положил их на пассажирское сиденье, прикрыв портфель. Я расстегнул титановые запонки, подарок мамы на день рождения, и убрал их в подстаканник. Затем я закатал рукава рубашки, развязал галстук и ослабил воротник.
Брюки будут бросаться в глаза, поскольку почти все, кого я видел сегодня, были одеты в джинсы, но я взял с собой только костюмы. В конце концов, это была деловая поездка.
Выйдя из машины, я направился в сторону Первой улицы, засунув руки в карманы. Дойдя до перекрестка, я посмотрел налево, затем направо. Если повернуть налево это приведет меня к фитнес-студии Керриган — месту преступления. Если поверну направо — к хозяйственному магазину. Я пошел направо.
Когда я толкнул дверь, звякнул колокольчик. Служащий в красном жилете поверх белого поло кивнул мне из-за кассового аппарата.