Наемники

Андреев Николай

– Каким образом? – поинтересовался Тино. – Попросить о помощи герцога Менского или графа Окланского?

– Пока не знаю, – честно признался Храбров. – Над данной проблемой стоит поразмышлять. Ведь ставкой в смертельной игре являются наши жизни.

Вскоре после посещения путешественниками церкви произошло еще одно немаловажное событие. Чужаков пригласили на прием к командующему войсками герцогства генералу Хиллу.

Тасконец праздновал совершеннолетие своего сына. Земляне уже сталкивались с высокородным отпрыском

генерала и ничего хорошего о нем сказать не могли. Грубый, заносчивый и невероятно самолюбивый, в свои неполные шестнадцать лет мальчишка сумел нажить себе массу врагов.

Совсем недавно отец выбил ему чин лейтенанта в кавалерийском полку, и в первый же день новоявленный офицер сумел поругаться с командиром эскадрона. Капитан оказался довольно вспыльчивым человеком и вызвал бы наглеца на дуэль, но возраст противника вовремя остановил унимийца.

Теперь преграда исчезла, и командующий уже задумывался о переводе сына.

Как бы там ни было, но визит к Хиллу позволял наемникам познакомиться поближе с представителями высшего военного командования страны. Иметь подобных друзей и покровителей никому не помешает.

В качестве подарка путешественники купили за огромную сумму превосходно изготовленный палаш. На подростка должны были произвести сильное впечатление инкрустация золотом, фигурная рукоять и сверкающее лезвие. И хотя клинок был не из лучших, вряд ли это озаботило бы юного владельца оружия.

По сути дела он по-прежнему оставался взбалмошным и вредным подростком. Красивая игрушка чрезвычайно его обрадовала, и лейтенант сразу прицепил ее к поясу.

Глупец! Тасконец не понимал, что вступает в опасную полосу жизни, когда малейшая ошибка приводит к гибели.

Забегая вперед, сразу скажем – судьба молодого человека сложилась трагически. Спустя шесть декад маркиз поссорился за карточным столом с дворянином из провинции.

К сожалению, мечом генеральский сын владел гораздо хуже, чем языком. Офицер получил рану в бок и лишился кисти правой руки.

Оставшись инвалидом и уйдя со службы, унимиец тем не менее не успокоился. Высокомерный болван не учился ни на своих ошибках, ни на чужих.

Через два года пьяный маркиз подрался с какими-то торговцами и был найден в сточной канаве с кинжалом в груди.

Наученные горьким опытом воины решили в танцах не участвовать. Землян, конечно, тянуло к прекрасной половине, но сдерживать эмоции и желания они умели.

Лучшим времяпрепровождением наемники считали игру в карты. Занятие, достойное настоящих мужчин. Азарт и риск бодрят душу, точный расчет развивает мозг, а выигрыш приносит ощутимую прибыль.

За столом сидели шестеро – Храбров, Аято, полковник Освальд, командир кавалерийского полка, майор Лемье, начальник охраны замка, барон Месне и полковник Кидсон, начальник штаба армии. Одним словом, компания подобралась довольно интересная и представительная.

Карс играл

плохо и, располагаясь за спиной Олеся предпочитал наблюдать за борьбой со стороны. Воржихе отчаянно не везло, и при крупных ставках поляк никогда судьбу не искушал.

Слуга принес новую колоду и тотчас удалился. Надо отдать должное унимийцам, они сумели сохранить в государстве технологию производства бумаги и печатное дело.

Мендон всегда славился своей типографской продукцией. Здесь выпускали книги, штамповали бланки документов и с особым искусством делали игральные карты.

Богатые дворяне нанимали художников, и те оформляли их на заказ. Каждый род имел собственный неповторимый вензель. Таким образом, карты являлись визиткой определенного менского клана.

Учитывая количество людей и приличную степень опьянения, сражались в «двадцать одно». Игра не требует большого ума и точности расчета, зато создает веселую, шумную атмосферу блефа и ошибок. В ней можно много выиграть и много проиграть.

Первым сдавал Тино. Японец был профессионалом, и банк рос буквально на глазах.

На втором круге солидный куш удалось сорвать Лемье. И все же основная часть денег досталась самураю.

Собрав монеты в кучу, Аято весело заметил:

– Неплохое начало. Такими темпами я скоро стану богатейшим человеком Мендона. У меня пятикратная прибыль.

– Действительно недурно, – откликнулся Кидсон. – Но впереди еще немало партий, а удача имеет свойство поворачиваться спиной в самый неподходящий момент. Жители герцогства знают это лучше других.

– Что вы подразумеваете? – поинтересовался Олесь.

Полковник несколько замялся, но ответил честно:

– Правление менских монархов. Эдвард часто принимал решения, вызывающие недовольство знати. После несчастного случая мы рассчитывали на улучшение взаимоотношений с властью. Так оно и произошло. Зато появилась другая напасть. И что хуже, я сказать затрудняюсь.

– В нашей стране бытует одна поговорка, – произнес самурай. – Она не совсем верна, но тоже имеет право на существование. «Каждый новый правитель хуже предыдущего».

– Весьма, весьма спорное утверждение, – вымолвил Освальд, откидываясь на спинку стула.

– Полностью с вами согласен, – кивнул Тино. – Но здесь важно понять скрытый смысл, Прожив десятки лет при одном монархе, подданные успевают хорошо изучить его. Они прекрасно знают, когда владыка бывает добр, когда зол, когда щедр, а когда скуп. Многие недостатки уже не бросаются в глаза. Люди привыкают к владыке и пользуются хитроумными лазейками для получения привилегий. Но вот власть меняется…

– И вес идет наперекосяк, – рассмеялся кавалерист. – Пожалуй, вы правы. Начинаются реформы, изменения, издаются новые законы. Даже если жизнь улучшается, населению страны трудно приспособиться. Целые поколения выбрасываются на обочину истории.