Наемники
Шрифт:
В Кодо-2 теперь, после высылки Бенджи и Грилло, захоронения убитых и эвакуации раненых, осталось, кроме Жака, лишь трое наемников — Дэнни, Браун и Жан-Люк. Не лучше обстояло дело и в других частях. Даже Бейли Чертовское Везенье ухитрился подорваться при изготовлении очередной самоделки.
У тех наемников, кто еще оставался, настроение падало с каждым днем. Разведка доносила, что федералы готовятся к решающему наступлению. С помощью обходных маневров они заставили Гуссенса отступить на северном фронте и теперь были в тридцати семи милях от Обоко. Если бы не сговор наемных пилотов и
…В это утро ливень прекратился, сухой северный ветер разогнал тучи — и солнце впервые за несколько недель вонзило свои беспощадные лучи в набухшую, словно губка, землю. Сразу же стало душно, от земли поднимались клубы пара.
Петр и Дэнни играли в шахматы перед входом в палатку, когда Жак приехал из Обоко. Он поставил «джип» под апельсиновым деревом — командный пункт расположился в апельсиновой роще над самым обрывом — на вершине холма, нависшего над дорогой, которую оседлал Кодо-2, и сейчас же послал Манди вниз за Брауном и Жан-Люком: их поредевшие батальоны растянулись вдоль ручья, превратившегося после дождя в полноводную речку.
— Завтра будем наступать, — сказал Жак, подходя к раскладному походному столу, где шла азартная шахматная баталия.
Дэнни поспешно вскочил, но Жак положил ему руку на плечо:
— Садись, садись.
Дэнни залился мальчишеским румянцем:
— Прошу прощения, сэр… Вы сказали, что мы наступаем. И я хотел бы просить вашего разрешения…
Жак нахмурился:
— Ты, кажется, забыл, о чем мы с тобой договорились?
— Никак нет, сэр! — испуганно пролепетал юноша.
— Тогда отправляйся на склад и проверь, как обстоят у нас дела с боеприпасами!
— Слушаюсь, сэр!
Дэнни козырнул и бросился исполнять приказ: склад боеприпасов находился на противоположном склоне в специально вырытой для этого пещере.
Петр смахнул с доски оставшиеся фигуры, перевернул ее и принялся укладывать пешки — черные я белые вперемешку.
— Очередная авантюра Штангера? Жак кивнул:
— Сегодня он заявил, что возьмет Уарри за два часа, а потом повернет на север и внезапной атакой разгромит федералов. Пока же… батальоны Гуссенса сняты с северного фронта и перебрасываются сюда. С севера Обоко защищают теперь лишь минные поля, взорванные мосты да батальон военной полиции. Без минометов и базук, не говоря уже об артиллерии, мы ничего не добьемся!
— Неужели же эти асы-«гуманитарии» доставляют вам одну лишь вяленую рыбу?
— На прошлой неделе они переправили сюда сотню базук и три десятка минометов с боеприпасами. Но где они, никто не знает. Хорошо еще, что мне удалось выменять у одного пехотного полковника базуку и полтора десятка карабинов… и всего за три бутылки пива. Не думаю, что Гуссенс богаче.
Снизу послышался гул моторов. Жак и Петр одновременно оглянулись и увидели колонну разномастных разбитых автобусов, направляющихся к позициям Кодо-2. Впереди следовали три «джипа».
— Восьмая бригада и пятая пехотная дивизия. Всего четыре тысячи человек, как утверждал Штангер, — комментировал их появление Жак. — А вот и он сам… Видишь? В первом «джипе»,
Жан-Люк и Браун появились из рощи вместе с Дэнни.
— Значит, наступаем, джентльмены? — весело крикнул Браун. — Как говорит Дэнни.
— И еще он говорит… — Жан-Люк мрачно протянул руку сначала Жаку, потом Петру, — что у нас осталось по сорок патронов на солдата и по двадцать гранат на взвод.
— Это хорошо, что только по двадцать, — продолжал сиять Браун. — В моем батальоне одни новобранцы, а они швыряют гранаты, не выдергивая чеки. Так что или наши гранаты подберут федералы, если мы будем драпать от них достаточно быстро, или во время следующей атаки мы подберем их для повторного использования.
Натужные завывания изношенных двигателей возвестили о прибытии Штангера и его свиты.
— Так что, Дэнни? По сорок патронов… — задумчиво протянул Жак, глядя, как из «джипов», остановившихся метрах в ста под апельсиновыми деревьями, выбираются Штангер, толстый Гуссенс и его командиры батальонов — Арман, Биллуа и Уильяме, окруженные черными адъютантами и телохранителями.
— Так точно, сэр! — вытянулся Дэнни.
— И еще скажи этим джентльменам, что две трети моего батальона не имеют оружия, — подсказал с ухмылкой Браун. Жан-Люк сумрачно молчал.
Штангер, ни на кого не глядя, прошел мимо палатки к краю обрыва и поднес к глазам бинокль, висевший у него на груди.
— Привет, ребята! — крикнул шедший следом за ним Гуссенс. — Ну и духота сегодня! Пиво… есть?
— Там в палатке… в ящике со льдом, — отвечал ему Жак, не удержавшись от улыбки: о страсти Гуссенса к пиву в Поречье ходили анекдоты. Рассказывали, что однажды его адъютант забыл захватить с собою перед ночной атакой пиво. Гуссенс же ничего не делал, не выпив предварительно. Он немедленно отправил адъютанта в тыл за пивом и не подал знака к выступлению, пока тот не вернулся с ящиком. Тем временем рассвело, фактор неожиданности был потерян, и атака провалилась.
— Ничего, — не огорчился Гуссенс. — Зато пиво было отличное!
— Прошу сюда, джентльмены! — резко обернулся Штангер. Все, кроме Петра, опять усевшегося за стол, на котором он играл в шахматы с Дэнни, подошли к обрыву.
— Я насчитал двадцать три укрепленных бункера и множество индивидуальных укрытий. Это значит, что противник обороняет холм, блокирующий дорогу на Уарри, силами двух батальонов… — Он говорил громко, явно любуясь собою в роли полководца. — Я не ошибся, полковник Френчи?
— Двадцать семь бункеров и три полных батальона, — сдержанно уточнил Жак.
— Форсировав речку, батальону Армана нужно будет подняться по склону вверх всего лишь на пятьсот ярдов, чтобы сказаться в зоне, недосягаемой для огня противника…
— Атака начнется на рассвете, — тоном, не допускающим возражений, объявил Штангер. — За батальоном Армана пойдет батальон Уильямса. Биллуа в резерве. Как только они откроют шоссе, Кодо-2 с ходу пройдет через позиции федералов и, не останавливаясь ни перед чем, дойдет до Уарри. Что делать там, полковник Френчи знает… Он однажды уже проделал это, и с блеском!