Наемник
Шрифт:
Когда Капрал вернулся домой, освободился Николай. Друзья, отмечая встречу, загуляли. В это время приехал брат матери Коляна, Юрий Соснин, прапорщик в одной из колоний строгого режима где-то в Сибири. Приезжал он и раньше. Парням всегда нравилось слушать его остроумные рассказы о жизни зэков, которых Соснин считал кончеными сволочами и воспитывал по-своему: бил смертным боем в штрафном изоляторе. Именно за это его и прозвали Лютым, чем он, кстати, гордился.
На этот раз с ним приехал его друг, здоровенный детина со сломанным носом, Олег Данилов. Из пьяных разговоров прапорщиков парни поняли, что работа в зоне для них окончена
Как-то раз они довольно сильно избили троих несговорчивых украинцев и были задержаны. Все это кончилось бы для них, особенно для Коляна, плохо, не появись Лютый с Меченым. Имея среди милиционеров хороших знакомых, Соснин сумел замять это дело. И они стали «работать» вчетвером, но уже за пределами Горьковской области.
Несколько месяцев назад компания «Лютый и др.» была на грани полного развала. Раскол державы на независимые государства, введение виз и пошлин резко сократили число торговцев из ближнего зарубежья. Обирать визгливых бабок, продающих водку и сигареты, было неприбыльно, да и небезопасно. Ибо старухи при «экспроприации» поднимали такой вой! Обкладывать данью многочисленные кооперативные ларьки не согласились сами парни. Потому что в них работали знакомые по школе, по улице, а то и друзья.
Как раз в это время и пришел вызов от Лорда. Лютый быстро съездил в Москву. Вернувшись, он объяснил парням, что можно хорошо заработать. А дело, мол, вот в чем. Одна бабенка, которой особо доверять нельзя, едет в Магадан для покупки у своей знакомой отличного лекарства. А так как она повезет довольно крупную сумму денег, ее необходимо негласно охранять. Лорд, мол, не доверяет ей, но только она может купить лекарство. Поэтому в случае чего-нибудь непредвиденного нужно дать телеграмму любого содержания Андрею Зубкову в Москву на Главпочтамт до востребования.
Друзья чувствовали, что здесь что-то не так. Но слишком легка была работа. К тому же дорога туда и обратно оплачивалась. И сверх этого они получали по сто тысяч.
Выслушав рассказ, не вдаваясь в подробности, Серов кратко и сжато объяснил парням, на что они могут рассчитывать в случае удачи той женщины:
– Вас просто убьют и сделают это совсем не больно. В противном случае посадят. Далеко и надолго, – с веселой улыбкой заверил он помрачневших парней.
Капрал поверил сразу. Николай недоверчиво хмурился. У него до сих пор отдавалось болью воспоминание о колене стройной ноги «несчастной» женщины. Поэтому он и потребовал объяснений. Кто эта женщина? Почему и зачем она едет? За что их могут шлепнуть? И в какое преступление они могут быть замешанными? Рассказывать правду Сергей не мог, а выдумывать что-то не хотелось. Именно так он и ответил.
Но, выдав за правду свои предположения, он объяснил, что, похитив у женщины сына, ее вынудили вступить в это дело. И как бы между прочим Ковбой упомянул о пяти годах, проведенных Соколовой в Афганистане. Хотя это были его догадки, он говорил с твердой уверенностью.
– Короче! – не выдержав затянувшегося молчания, зло воскликнул Николай. – Мы ее в обиду не дадим! И не надо предлагать нам денег. Обидимся!
– Я всегда говорил, что твой дядя – дух, – подал голос Дмитрий.
– Ладно! – психанул Колян и обратился к Серову: – Где эта женщина сейчас?
– Вот что, – Сергей посмотрел на часы. – Вы остаетесь здесь и просматриваете все автобусы, которые идут до Ягодного или через него.
– Ага, – хитровато улыбнулся Николай. – А она между ног коленом. У нее это здорово выходит. По себе знаю.
Не отвечая, Сергей что-то быстро писал на вырванном из блокнота листке.
– Вот, – он протянул записку Дмитрию. – Отдашь. Она тебя знает. А впрочем, – сказалась давняя привычка, и, скомкав листок, Ковбой сунул его в карман. – На словах объяснишь. Мол, мы с Сергеем, и он не советовал ездить к подруге. И вот что, мужики, – он внимательно осмотрел парней, – дело действительно очень серьезное. И убить вполне могут. Так и скажите ей, – впервые за свою бурную и полную опасностей жизнь Ковбой волновался за безопасность противника. Точнее противницы. Ведь цель у него и у Надежды одна, и это мешало. Но, вздохнув, он повторил еще раз: – Если все же поедет, пусть не рискует зря.
Парни понимающе переглянулись. И это их понимание вдруг разозлило мужчину:
– Какого хрена перемаргиваетесь?!
– Не ори, – спокойно сказал Дмитрий. – А насчет того, что убить могут, – он криво улыбнулся. – Меня уже убивали. Но жив, потому что сам это умею.
– А я этих убивцев в зоне видел, – проворчал Николай. – Пусть здоровьем рискнут.
– Пока, – увидев городской автобус, заторопился Сергей. – Но не забудьте, что я говорил. Дело это жесткое!
– Что-то я не хрена не въеду, – провожая взглядом фигуру бегущего Серова, пробормотал Николай. – Лютый базарил – она одна катит. А он-то при каких?
– Во дубина, – засмеялся Дмитрий. – Неужели непонятно? Любовь у них.
– Ништяк, – охотно согласился Колян. – А про дело это ты хоть чего-нибудь понял?
– Не пришьют – поймем, – ухмыльнулся Капрал.
– А в натуре, – повеселел Николай. Увидев подъехавший «икарус» с табличкой на стекле – Магадан – Ягодное, он заторопил приятеля: – Пошли. Но если баба там, ты к ней первым ныряешь.
Посмеиваясь, парни побежали к остановившемуся автобусу.
Глава 47
Подойдя к двери номера, Нурия быстро вставила ключ и оглянулась. Парень, в котором она узнала боевика Касымовой, стоял у двери коридора. Женщина увидела его таящий скрытую угрозу взгляд и поняла: ее могут убить. Войдя в номер, Алферова прижалась спиной к двери. Необходимо найти Змею! Та при себе убийства не допустит. За все время своей давней ненависти, по-настоящему, до разбитых в кровь лиц, вырванных волос и глубоких царапин они дрались только один раз, на свадьбе их общей знакомой. До сих пор у них обеих разум возобладал над чувствами.