Наемник
Шрифт:
Захватив коробку с патронами, он прошел в гостиную и расположился на старом диване. Затем вскрыл жестяную коробку и увидел завернутые в промасленную бумагу патроны. Они лежали ровными рядами — распределенные строго по качеству заряда.
Картечь, дробь для уток и еще мельче — для охоты на водяных крыс.
Проверив, как ходит затвор, Клаус зарядил ружье картечью. В магазине ружья уместилось ровно девять патронов.
Клаус убрал дробовик под диван, а лишние боеприпасы отнес на кухню. Порывшись в шкафу, он нашел банку с семенами водяной
Взяв удочку, Клаус отправился на причал. Расположившись с удобством, он решительно забросил снасть, намереваясь хоть в этот раз заполучить желанный улов.
Уже спустя минуту появились первые тритоны, однако они не хватали наживку, а плавали на поверхности, удивленно тараща на Клауса глаза и из любопытства пробуя поплавок на зуб.
Эта игра продолжалась минут пять, а затем последовал сильный рывок. Поплавок мгновенно исчез под водой, и Клаус мастерски подсек добычу.
Попавшийся на крючок тритон сделал попытку уйти на дно, но Клаус тянул его вверх. Он понимал, что, если тритон зацепится лапами за корни, его уже не вытащить.
Борьба длилась недолго, и вскоре тритон уже бился на дощатом причале. Это был двухкилограммовый экземпляр, черный, с золотыми поперечными полосками, тонкими на спине и расширявшимися к брюху.
— Королевский размер! — обрадовался Клаус. Когда он был мальчишкой, поймать такого красавца считалось очень почетно.
Клаус отнес добычу домой и оставил тритона остывать в холодильнике. Затем вернулся на причал и снова забросил снасть, нетерпеливо ожидая очередной поклевки. В нем проснулся ловец, и впервые за последние четыре года Клаус почувствовал, что к нему возвращается прежнее ощущение жизни.
Через какое-то время со стороны океана послышался нарастающий гул не менее десятка моторов. А вскоре стали видны идущие цепью во всю ширину канала водные мотоциклы.
«Интересно, если им встречается Рой, кто уступает дорогу?» — подумал Клаус.
Когда до причала оставалось метров пятьдесят, главарь байкеров махнул рукой и мотоциклы стали сбрасывать скорость.
Вожак направил своего раскрашенного коня прямо к причалу, и вся банда последовали его примеру.
Подплывшие мотоциклы выстроились полукругом вокруг Клауса, и теперь рядовые байкеры смотрели на вожака, ожидая, когда тот даст команду к действию.
Главарь заглушил двигатель, и все остальные сделали то же. Воцарилась тишина, и стало слышно, как поднятая волна бьется о стену причала.
— Так ты, значит, и есть солдат, который вернулся?
— Да, — ответил Клаус.
— И ты живешь теперь в этом доме?
— Да…
— А ты знаешь, какой у нас здесь порядок? — спросил главарь и посмотрел на своих бойцов.
— Какой?
— Каждый дом на канале платит нам по сто кредитов.
— В месяц? — полюбопытствовал Клаус, и вся банда засмеялась, дивясь наивности этого деревенского парня.
— Нет, солдат, чаще, — улыбнулся вожак, — гораздо чаще…
— Так что — мне идти за кошельком?
— Ну
— Вообще-то мне неохота. Давай в другой раз, ладно? А то у меня клев был хороший, пока вы не приехали. У вас, наверное, своих дел полно, ну так и езжайте, а то вы мне всех тритонов распугали.
— Барсук, подкорми его тритонов, — скомандовал главарь.
Один из байкеров, виртуозно удерживая равновесие, встал в полный рост и расстегнул ширинку. Затем поднатужился и пустил на удивление длинную струю прямо на поплавок удочки.
Действия Барсука были поддержаны одобрительным хохотом его коллег. Однако в ту же секунду послышался свист удилища, и глаза Барсука едва не вылезли из орбит, а затем бедняга издал жуткий вопль и, схватившись за свое хозяйство, свалился в воду.
Байкеры повыхватывали пистолеты и наставили их на обидчика Барсука. Клаус быстро пересчитал стволы — их было десять. Лишь один вожак не достал свой пистолет, но ему и не нужно было этого делать. Достаточно было дать команду, и нахала нашпиговали бы свинцом.
— Курц, давай мы его пристрелим! — сказал кто-то.
Вожак молчал, пристально глядя на Клауса. Между тем Барсук, все еще подвывая, вскарабкивался на свой мотоцикл.
— Уберите пистолеты, ребята. Не хочу портить себе утро, да и свидетелей полно.
Курц был прав. На канале уже начиналось движение, и с обеих сторон приближались суда.
— Уберите пистолеты. Мы вернемся сюда вечером, часиков в десять. Ты понял меня, солдат?
— Да, я тебя понял. И я буду ждать…
Взревели двигатели мотоциклов, и, лихо развернувшись, стая байкеров помчалась прочь, унося с собой свою ненависть.
Клаус еще провожал их взглядом, когда удочка в его руках дернулась и ему пришлось тащить еще одного тритона. Он оказался не хуже первого, и Клаус подумал, что сегодня у него будет удачный день.
7
Когда утренний клев прекратился, Клаус, решив не терять времени даром, занялся хозяйством.
Первым делом он обошел все подкормочные скважины участка и прочистил их до самой воды. За время его отсутствия никто так и не удосужился ни разу подкормить риф, а это было небезопасно. Если болотным кораллам не хватало еды, они разрушались, и тогда участок превращался в зловонное болото.
Такое уже случилось на противоположной стороне канала, где гибель рифов вынудила людей разобрать свои дома и уехать.
Теперь там остались только чахлые кустики, осока да камыш, и уже никто не желал строиться на этом месте.
Новый риф, даже при регулярной подкормке, вырастал не менее чем за пять лет, и тратить на это деньги и время никто не хотел. К тому же из-за отсутствия работы люди с большей охотой перебирались в город, а их участки скупали нувориши, чтобы возводить там виллы и развлекательные комплексы.