Наемник
Шрифт:
Жизнь на Иннисфри была скучноватой, однако не лишенной прелестей - таких, как свежий воздух, не слишком обременительные труды, беседы и прогулки с Томом, книги и даже пиво, приправленное анекдотами Спайдера. Но главным достоинством был, несомненно, покой. Покой, порядок, отсутствие спешки и суеты.
Но, кажется, этим радостям наступал конец.
Глава 8
Иннисфри, вилла, Нагорный тракт и пляж у
Лоу бей; 14-21 июля
Предчувствие не обмануло Каргина.
Из троицы гостей самым тихим оказался Мэнни. Вставал
Но вряд ли мечтательная пассивность огурца, произрастающего в теплице, была характерной для любого гея. Боб Паркер, например, кипел как перегретый чайник, полный кипятка, и эта злобная энергия взывала к осторожности. Он был постоянно недоволен - конюхом, который заседлал не ту кобылу, официантом, подавшим тарелку не с той стороны, горничной, смахнувшей пыль с оружейного ящика, и, наконец, капитаном "Дункана" - тот во время морской прогулки не разрешил поднять на палубу подстреленных акул. Главным же поводом к недовольству были не конюхи и слуги, не мистер Гэри и не пилот, которого Бобби поучал, как управлять вертолетом, но аргентинец Хью Арада. Казалось, их обуревает неприязнь столь же прочная, как между грифом и шакалом, не поделившими падали, но проявлялась она по-разному: Боб язвил и не стеснялся давить на мозоли, а референт был сдержан и холоден точно снега Килиманджаро. При всем, при том он увивался за Мэри-Энн и делал это с испанским изяществом и галантностью: хоть серенад не пел, однако цветы, прогулки под луной и пламенные взоры были в полном комплекте. Правда, Каргин сомневался, что этот сушеный лещ действует по склонности, а не по расчету, но Нэнси вроде поощряла его старания - может, с намерением братца позлить, а может, Хью ее забавлял.
От Боба Каргин держался подальше, из общих стратегических соображений, а еще по той причине, что вспоминать об их стрелковом состязании в "Старом Пью" как-то не хотелось. Уж больно опасные были мишени! Наследный принц мог получить за эти шалости всего лишь выволочку, а мушкетер короля - расчет без всяких выходных пособий. Что Каргину совсем не улыбалось.
Само собой, не в интересах Бобби хвастать, когда и с кем дырявили физиономию дядюшке, однако стоило учесть, что мистер Паркер - человек неординарный. С особой сексуальной ориентацией, проще говоря. Такие типы слишком неуравновешены и импульсивны, болтливы и ненадежны - так, во всяком случае, предполагал Каргин. Данный тезис являлся чисто теоретическим, ибо с "голубыми" ему общаться не приходилось; к "Стреле" их, разумеется, не подпускали на дух, да и к Легиону тоже. В рязанском училище вроде сыскался один, но все, что помнилось по этому поводу, было весьма неприятным, если не сказать трагичным: парня били смертным боем и через месяц отчислили.
Итак, он старался не попадаться Бобу на глаза, и, вероятно, эта тактика была взаимной: Боб его тоже не замечал, как бы по молчаливому уговору.
Однако Мэри-Энн тот уговор не касался.
На третий день после прибытия гостей Каргин сидел в баре служебного корпуса и пил пиво. Датское пиво, немецкое, английское - запасы были неисчерпаемы, янтарная жидкость струилась рекой и с хищным шипеньем вздымалась шапками пены поверх бокалов. Пиво уже текло
Что до любимой истории майора Толпыго, так она вообще прошла на бис и ура, под громкий хохот всей компании. История была такой: справлял генерал именины, всех офицеров пригласил, а они, как водится, перепились, набезобразили и утром очнулись на губе. Сидят и каются друг другу: кто дочку генерала изнасиловал, кто в пианино помочился, кто влез на люстру с голым задом, бил головой о потолок и кричал, что он райская птичка. Тут приходит генерал, велит построиться, глядит на офицеров грозно и рычит: "Ну, пьянчуги, признавайтесь! Кто ковырял вилкой под хвостом у моего любимого попугая?"
Эту историю Каргин как раз и пересказывал вторично, когда в дверях возникла Нэнси. За ее спиной маячила тощая фигура Хью.
Девушка оглядела сидящих за столом - ухмылявшегося Спайдера, Тома, Сэмми, Стила Тейта и Каргина; затем, ткнув в него пальцем, промолвила:
– Вот этот!
Хью, без большой радости в голосе, пояснил:
– Сеньорита желает искупаться в Лоу бей. Прогулка на лошадях до пляжа по Нагорному тракту с надежным сопровождающим. Мистер Спайдер, распорядитесь.
– Уже распорядился, - пробасил тот, вставая с улыбкой от уха до уха.
– Лучший спутник для сеньориты - папа Альф! Во-первых, полная гарантия надежности, а во-вторых, если кобылка заартачится, сеньорита может оседлать меня. В любом удобном месте.
Но у Мэри-Энн были свои соображения кого и где седлать. Кивнув на Каргина, она с капризным видом притопнула ножкой:
– Сказано, хочу вот этого!
Щеки Тома порозовели, Сэмми хихикнул, а Спайдер развел руками:
– Блаженны ничего не ждущие, ибо они не обманутся… Собирайся, парень!
– Слушаюсь, сэр, - сказал Каргин и с неохотой поднялся. Пиво бултыхалось в его желудке, тянуло книзу. Он коснулся живота, пробормотал: - Один момент… сбегаю за оружием и боеприпасами…
– На полную обойму заряди!
– рявкнул Спайдер ему вслед. Сэмми и Тейт расхохотались.
Через пять минут Каргин был у конюшни, где Дуган, старший конюх, держал под уздцы двух лошадей - породистую вороную кобылку и мышастого мерина. Хью с непроницаемым видом следил, как Мэри-Энн устраивается в седле. Ее рыжие волосы были распущены, короткая юбка не закрывала колен, под розовой маечкой подрагивали полные груди. Что за пристрастие к ярким оттенкам… - раздраженно подумал Каргин. Сам он предпочитал камуфляж и хаки, а в цивильном платье - благородный серый цвет.
Нэнси подмигнула ему.
– Ездить умеешь, киллер?
– Как-нибудь справлюсь.
– Он вскочил в седло, не коснувшись стремени. Казацкая наука, преподанная отцом… Мышастый это почуял и с одобрением фыркнул.
– В бухту заплывают акулы и скаты, - произнес Хью, мрачно уставившись на Каргина.
– Будьте повнимательней. Как вас?.. Керк?..
– Да.
– Так вот, Керк, не спускайте с сеньориты глаз. Я слышал, вы хорошо стреляете? Надеюсь, не только в тире, но также по живым мишеням?
– Да он ведь киллер! Руки по локоть в крови!
– Дернув повод, Мэри-Энн послала кобылу рысью. Дуган еле успел отскочить.