Наемник
Шрифт:
— Понимаю, какого везения ты мне желаешь, Уокер, — медленно ответил он. — Но в моих краях одними пожеланиями сыт не будешь. Добиться чего-то можно, только умея драться, и драться так, чтобы любой, кто имеет что-то против тебя, не сомневался, что ты встретишься с ним. Готовность драться днем или ночью, утром или вечером — вот что главное! Надеюсь, тебе это понятно?
Билли смутно ощутил, что все присутствующие замерли, услышав ноту злобы в его голосе. На лице Сони застыло удивленное выражение. Но прежде чем кто-то успел вмешаться, Уильям Кемп подхватил Билли и отвел в сторону.
— Нас ждут еще в одном месте, пошли, дружок. Полагаю, ты познакомился со всеми. — И отчаянно зашептал ему на ухо, как только они сделали пару шагов. — Следи за
Глава 13
ПРИХОД ВРАГА
Он снова повысил голос и повернулся к главе клана.
— Ты знал, что я вернусь с человеком, на поиски которого отправился, Арт. В твоих словах звучит сомнение, но в глубине души ты все-таки верил, что так будет, и поэтому подготовил еще два места, чтобы показать это мне? Так ведь? Согласись, Арт. Согласись, что ты все время знал, что я приведу человека, который нам нужен.
— Я соглашусь, что так и думал, Вилли. Но я не был уверен, что ты приведешь именно этого человека.
В этих словах прозвучало скрытое обвинение в том, что Билли Буэл не совсем подходит под определение, данное Уильямом Кемпом. Но прежде чем Билли успел обидеться, тот снова заговорил:
— Не только ты ждал моего возвращения. Бенчли тоже ждали этого.
Такое объявление произвело среди собравшихся эффект взрыва. Все буквально замерли на своих стульях. Миссис Лью Кемп вздрогнула и бросила взгляд через плечо в сторону окна, как будто там в любой момент могло появиться лицо Бенчли и дуло револьвера. Такой взгляд много сообщил Билли Буэлу.
— Бенчли тоже ждали, — продолжил Уильям, очевидно стараясь успокоить задетую гордость большого Джо Уокера. — Мы вошли в долину довольно осторожно, но никто не вправе рассчитывать скрыться от лисьих глаз. Я ничего не заметил. Но Билли не сплоховал. Он засек вспышку выстрела в зарослях папоротника, рванул свою лошадь в сторону и спас мою голову от пули. Эта пуля буквально прочесала мне по волосам. Прежде чем я успел выхватить револьвер, Билли выстрелил — на вспышку, напоминаю вам! — и, клянусь Богом, поразил цель. Мы услышали крик, и прежде, чем я что-то сделал, Билли понесся вперед в заросли. Откуда он знал, что в зарослях папоротника сидит не десять, а один Бенчли? — Уильям замолчал, давая возможность сородичам переварить услышанное. Теперь все взгляды, уже удивленные, уставились на Билли Буэла. — Он помчался вперед как сумасшедший и поймал Гарри Раньона с простреленной правой рукой. Поймал этого щенка и перекинул его через седло.
Несколько мужчин издали короткий крик.
— Значит, с этой минуты в мире стало одной змеей меньше? — переспросил Лью Кемп. — Сынок, я еще раз хочу пожать твою руку.
— Нет, он не убил его, — ответил Уильям. — Он не любит так работать, особенно когда противник мальчишка типа Гарри Раньона. Он отпустил щенка и наказал ему передать Эймсу Бенчли сообщение, что в долину Глостер приехал Билли Буэл и что он хочет встретиться прежде всего с ним, хотя ничего не имеет против и остальных Бенчли. Я пытался отговорить Билли, настаивая, что молодая змея так же опасна, как и старая, и что через пару лет Гарри Раньон превратится в настоящего Бенчли. Но дайте ему время, джентльмены, и он поймет, что к чему. Важно другое, он нанес удар нашему врагу, и нанес хороший удар, а потом показал, что презирает его. Это будет для них хуже смерти!
Повествование породило целый хор восклицаний сидевших вокруг стола. Смущение не дало Билли возможности оглядеться. Но он все-таки заметил, что Салли Кемп вспыхнула и тепло улыбнулась ему и что всем мужчинам такой оборот дела не доставил удовольствия. Их мнение оказалось единогласным и подтвержденным общим ворчанием: никто из Бенчли не достоин милосердия. И этого щенка Раньона следовало бы пристрелить без малейшей жалости.
Билли снова удивился. Все эти храбрые
По-видимому, после окончания этой истории осталось только одно общее впечатление, и именно его-то и хотел создать Уильям Кемп — перед ними находится первоклассный стрелок, человек, который скачет верхом и стреляет в хитроумную цель и при том имеет завидную выдержку и способность смотреть опасности в лицо.
Увидев впервые, на Билли взглянули с подозрением — теперь, в одну секунду, все восприняли протеже Уильяма так, как хотел тот. Даже Джо Уокер поднял голову, и в глазах его светился восторг, когда он услышал, как Билли рванулся к зарослям, из которых раздался выстрел. А затем гигант снова продолжил клевать носом, и в его потухших глазах снова поплыли видения о подобных подвигах, где главную и не менее блестящую роль играл уже он сам.
Теперь беседа приобрела более дружелюбный характер. В словах появилось больше раскованности и теплоты.
День тянулся, солнце смещалось к горизонту, и постепенно за столом разгорелось настоящее веселье. То с одной стороны стола, то с другой зазвучали игривые анекдоты. В конце концов, вспоминая междоусобицу, Лью Кемп умудрился предложить всем собраться с силами и с таким союзником, как Билли Буэл, попытаться закончить войну одной блестящей, опрометчивой и ужасной атакой.
Его слова мужчины встретили резкими воинственными криками, а женщины — сияющими глазами. Но затем кто-то с силой вонзил нож в крышку стола. Это сделал седобородый Судья Кемп. Над столом повисло долгое молчание, и затем все головы повернулись, чтобы выслушать мнение старейшины.
— У тебя есть причина предлагать глупости, Лью, — произнес старик. — У тебя есть причина, пока твоя Нелл называет матерью чужую женщину и скорбит о мертвеце, которого считает отцом, а также ненавидит тебя, так как думает, что ты и Марги собираетесь украсть ее. Конечно же ты можешь нести всякую чушь и желать побыстрее окончить войну. — Он замолчал. Выставленные в самом горьком свете, отношения с Бенчли заставили сидевших за столом мужчин взреветь от гнева. Даже Билли почувствовал страстное желание вскочить и помчаться на штурм цитадели врага. — Но войну не завершить грубой силой, — с уверенностью провидца продолжал Судья. — Пока на той стороне есть Эймс Бенчли, их дома неприступны. Мы сильнее их в открытом бою. И если нужно сидеть и держаться, то один парень без труда сдержит двух атакующих. Но они оказались достаточно сильны, когда мы начали охоту. И кроме того, у них есть Эймс Бенчли, лучший из лучших, он лучший боец, если дело касается драки, лучший мудрец, если нужны расчеты, и просто мужчина, когда дело доходит до мужского разговора. Пока он с ними, атаковать их бессмысленно!
— Мне кажется, — пробормотал Соня, что вы, ребята, слишком часто говорите об Эймсе. Я не знаю почему. Конечно, он убил многих из вас, и не самых худших, как мне сдается.
Грубость гиганта напоминала удар дубиной. Над столом воцарилась суровая тишина, никто даже не обменивался взглядами. Каждый в клане потерял либо сына, либо брата, либо отца в этой жестокой войне, которой не видно конца. Тяжелое молчание нарушил спокойный голос Уильяма Кемпа:
— Мы слишком много думаем о нем, но не потому, что в нас мало ненависти. Мы только допускаем, что с ним не так легко сладить. Он один из самых крутых парней, о которых я что-либо слышал. Но я не утверждаю, что он сильнее тебя, Джо. Ты кое в чем его даже превосходишь, в этом сомнений нет. И если ты не так быстр, то по крайней мере намного более точен, настолько точен, что лучшего стрелка я практически не встречал, Джо. Но Эймс Бенчли не только боец. Он очень умен, и, когда дело касается разгадывания наших планов, он настоящая лиса.