Наемник
Шрифт:
– Да, сердечко тебе нужно заменить, а то совсем ни к черту стало. Отказывает по всяким пустякам, чуть что сразу останавливается. Я постараюсь найти тебе самое сильное сердце.
Маччини продолжил зашивать, и через полчаса вся работа была завершена. Умные компьютеры взяли больного под свою опеку и в соответствии с программой давали пациенту необходимые лекарства, чтобы тот мог дожить до следующей операции.
– Ну вот, а ты боялся, – сказал Маччини, похлопав по только что зашитому животу.
Энрике Бэкли больше
Мимо, снимая окровавленные перчатки, даже не взглянув на своего подчиненного, прошел Антонио Маччини.
53
На орбитальном фронте установилось шаткое равновесие. Боев не было вот уже несколько дней, но постоянно велись позиционные передвижения, чтобы ни на минуту не дать противнику расслабиться.
Генерал Назар проводил последний анализ сложившейся ситуации: дерзкое нападение на укрепленную базу на Тайтаре чуть было не спутало его планы, но все обошлось, солдатам удалось отбиться от этих психов «фигстеров».
Перед ним стояла практически неразрешимая задача: захватить мощный укрепрайон Карнатион. Эта идеально защищенная точка была неприступна без наличия эсминца, а эсминец был, хоть и наполовину, но недееспособен. Захват Карнатиона позволит взять под контроль все западное полушарие планеты, а тут уже недалеко и до захвата всей планеты.
– Берендж, – позвал генерал майора.
– Слушаю, сэр.
– Начинаем подготовительную операцию по захвату Карнатиона.
– Сэр, для этого нам нужно продвинуться вперед минимум на тысячу километров и встать на более низкую орбиту, чтобы эсминец мог вести прицельную стрельбу, – напомнил майор Берендж. – Это небезопасно.
– Я знаю. Начинаем.
– Есть, сэр.
Корабли Торговой Федерации двинулись вперед. Последним двигался подраненный «Воркер», он должен был сыграть первую скрипку в намечающейся свалке, а точнее постараться разбомбить Карнатион, чтобы не пришлось сильно стараться наземным войскам. Для этого ему нужно было продержаться на орбите всего десять минут. Этот срок намерены были обеспечить все остальные корабли, выстраивающиеся в боевые порядки.
Корабли двигались медленно – и все из-за эсминца-тихохода. Противник начал стрельбу еще издалека. Его корабли обходили группировку с двух строн, стремясь зажать федералов в огненные тиски.
– На «Зорком» пожар, – доложил майор.
– Ничего не поделаешь, – развел руками генерал. – Но нам нужно продержаться эти десять минут. Так что приготовься к еще большему количеству пожаров.
Корабли проделали только половину пути, а одно судно уже выходило из строя с пробитыми двигателями, еще удивительно, что оно не погибло.
– Вызывай корабли-транспорты, пускай идут
– Но зачем, сэр? У них же нет серьезного оружия.
– Будут прикрывать собой эсминец, как прошлый раз айманы закрывали свой. Боюсь, нам, действительно, долго не продержаться в этих клещах.
– Ясно, уже вызываю.
Еще до подхода «Воркера» к точке рандеву десантные корабли начали образовывать над ним плотный купол. А когда тот встал на свое место, они начали вращение, слишком медленное для хорошей защиты, но это было все же лучше, чем совсем ничего. А боевые корабли уже вовсю вели свою нескончаемую перестрелку.
Мошкара вилась вокруг «Воркера». Айманские истребители сцепились с «Лихтнингами», стремясь прорваться за их плотное оцепление и повредить артиллерийские орудия эсминца. Единичным «Бейстам» это все же удавалось, и они спускали свои ракеты, но их было слишком мало, чтобы на что-то повлиять. Тем временем «Воркер» готовился к своему первому залпу.
– Сэр, спутники показывают странную картинку.
– Что там? – спросил генерал, не отрываясь от голограммы и иногда переводя взгляд на экран, чтобы иметь более полное представление о происходящем.
– Такое впечатление, что айманы запустили камикадзе.
– Ну-ка? – Назар отвлекся от хода боя, чтобы посмотреть на то, что показывал ему майор.
Картинка было нечеткой, сказывалось действие системы глушения сигнала противником. Но кое-что все же можно было разобрать. Неизвестный корабль, действительно, набирал огромную скорость с другой стороны планеты, при этом он продолжал снижение и вскоре вошел в верхние слои атмосферы, оставляя за собой длиннющий дымный след, фактически превратившись в метеор.
– Что он делает?
– Проложить визуальный курс неизвестного объекта, – приказал генерал штурману.
Несколько секунд спустя на экране появилась линия, проходящая прямо под «Воркером».
– Он ведь не сможет в него врезаться…
– Это не камикадзе. – Генерал посмотрел на дополнительный экран, неизвестное судно вышло из-за горизонта, и теперь его можно было описать. – Это малый ракетный крейсер. Немедленно отводите эсминец. И уничтожьте этого чертова гада!
– Слушаюсь.
Но было слишком поздно, айманский крейсер вошел практически в мертвую для обстрела зону, а некоторые редкие выстрелы оказались недостаточно хорошо подготовленными и потому ушли в «молоко». Эсминец все же произвел свой залп, но большего он сделать уже не смог.
Ракетный крейсер зашел практически под него и, сделав небольшую горку для сближения с целью, на дистанции в пятьдесят километров начал выпускать своих смертоносных посланцев одного за другим. Выпустив их, он окончательно вынырнул из атмосферы и неповрежденным на большой скорости ушел к границе системы.