Национальные приоритеты
Шрифт:
– А эти предложения вообще существуют?
– Существуют.
– И в чем они заключаются?
– Они состоят в том, чтобы изменить систему работы бюджетных учреждений за счет создания новой организационной формы, так называемого автономного учреждения, которое будет наделено большей финансовой и организационной самостоятельностью. Одновременно деятельность этого учреждения не будет столь обременительной для бюджета, как сейчас. Также существует набор предложений по изменению системы финансирования бюджетной сферы в образовании и здравоохранении. В частности,
Но это не означает, что одним росчерком пера образование и медицина перейдут к работе на новой основе. Часть учреждений будет продолжать работать по старой схеме. Какая-то часть со временем перейдет на новые принципы распределения бюджетных и иных ресурсов, в том числе лишившись субсидиарной ответственности государства по их долгам. Но все это надо делать, повторяю, чрезвычайно аккуратно.
В случае если пакет предложений по модернизации медицины и образования превратится в законы, он должен пройти пилотное апробирование в нескольких регионах. Причем регионы должны сами заявить о готовности к проведению этого эксперимента. Ни в коем случае нельзя навязывать новые бюджетные конструкции из Москвы. Надо, чтобы наши субъекты и, соответственно, муниципалитеты созрели для внедрения новых подходов.
– Но муниципалитеты находятся в зачаточном состоянии…
– Закон о местном самоуправлении предусматривает трехлетний период для формирования полноценной муниципальной власти. И рано или поздно муниципалитеты будут способны этим заниматься, тем более что значительное число учреждений сегодня имеет муниципальный характер.
– Если учитывать трехлетний переходный период на «раскрутку» муниципалитетов, получается, что процесс реформирования в рамках двух нацпроектов, касающихся образования и медицины, будет отнесен на следующий президентский цикл?
– Если будет принято соответствующее решение, значительную часть вещей, которая задаст новое направление развитию социальной сферы, мы вполне можем сделать прямо в этом году. И это будет весомым и системным дополнением к нацпроектам.
– Если отойти от бюджетной сферы, пожалуй, самый туманный нацпроект – в сфере сельского хозяйства. Каким образом будут достигаться его цели – преодоление демографического кризиса в отрасли, борьба с бедностью, создание современного конкурентоспособного сельхозпроизводства, развитие животноводства, а также стимулирование развития малых форм агробизнеса?
– Проект в области АПК является индикатором того, какие проблемы существуют в сельском хозяйстве. Во-первых, развитие животноводства. С этим у нас беда. Поэтому государство приняло решение инвестировать средства путем предоставления кредитов на строительство животноводческих ферм на льготных условиях сроком до восьми лет, увеличить поставки хозяйствам по лизингу племенного скота и техники.
Во-вторых, развитие малых форм хозяйствования на селе. Денег на их раскрутку никто не дает. Но можно им помочь встать на ноги, обеспечив финансирование с субсидированием процентной ставки по кредитам, полученным в коммерческих банках в размере 95 % ставки рефинансирования Банка России.
Одновременно необходимо создание сети снабженческо-сбытовых кооперативов
– Когда люди результат почувствуют?
– Я думаю, что люди могут получить результат уже в этом году. Кредиты-то уже пошли. Если есть деньги, можно развиваться.
Даже в развитых странах государство, как правило, помогает своему аграрному сектору – дотирует кредитные ставки, отдельные сферы сельскохозяйственного производства и даже иногда списывает долги.
Поэтому ничего удивительного или сверхнового мы в этой области не делаем. Просто даем толчок, причем абсолютно рыночный, развитию села.
– О селе… Уровень газификации в сельской местности сегодня оставляет желать лучшего. Не так давно было заявлено о еще одном приоритетном направлении – нормальное, качественное газоснабжение регионов.
– Газификация села сегодня на уровне 34 %. Очевидно, что такое положение дел необходимо было срочно менять. Крайне своевременным стало решение «Газпрома» создать собственную масштабную программу газификации регионов на 2005–2007 годы. В соответствии с ней уровень газификации должен повыситься до 60 %, а на селе – до 42 %. Будет газифицировано около 20 тыс. больниц, детских садов и школ. В целом по России должны улучшиться условия жизни около 11 млн. граждан. Это крупный социальный проект, и он органично связан с приоритетными национальными проектами.
– Как признают в Кремле, проект «Доступное жилье» – самый труднореализуемый. Если три других завязаны в основном на наличие денег в бюджете, то успешность «Доступного жилья» зависит и от состояния банковской системы, и от показателей инфляции. Как, учитывая состояние банковской системы и постоянно выбивающуюся за отведенные ей бюджетом рамки инфляцию, планируется стимулировать снижение ставок по ипотечному кредитованию?
– Проект действительно самый сложный, самый длинный. Рассчитывать на решение жилищной проблемы за год-два было бы просто наивно. Но проект тем и интересен, что направлен в будущее. Одно из его направлений – увеличение объемов ипотечного кредитования. В 2006 году должно быть выдано 108 млрд. рублей кредитов, в 2007 году – 151 миллиард. Одновременно должно происходить уменьшение ставки по ипотечным кредитам до 12 % годовых в рублях в 2006 году и до 11 % – в 2007 году. Конечно, ее нужно снижать и дальше. Чтобы ипотека стала доступной широким слоям населения, ставка по кредитам должна колебаться в амплитуде от 6 до 8 %.
– Но для этого инфляция должна быть еще меньше.
– Безусловно. Поэтому решение вопросов, связанных с проектом «Доступное жилье», неразрывно связано и с контролем за макроэкономическими показателями. Невозможно вбросить большие деньги в тот или иной сектор и сидеть и смотреть на то, что с этими деньгами будет происходить. Либо их инфляция съест, либо стоимость жилья возрастет настолько, что люди просто не захотят такое жилье приобретать. И такие тенденции есть. Но с ними можно бороться.