Начало

Рычаловская Ирина

– Успокойся!

– Ты клеишься к моему мужику! – разъярилась уборщица.

– Никому он не нужен – гнилой, старый пень!

– А сказала нарцисс!

– Ну… я образно. Пошутила так.

Но ревнивицу было трудно переубедить.

– И обманом заставила меня познакомить вас!

– Слушай, я когда-нибудь интересовалась чужими мужчинами?

– Паразитка!

– А сама себя кем считаешь? Доброй ласковой феей?

Привлеченный громкими голосами к ругающимся начал охотно подтягиваться народ.

Аннушка оживленно водила своим удивительным носом, стараясь не пропустить ни единого слова из разгорающегося скандала.

– Вон с дороги! – тумбообразная Ира бесцеремонно оттолкнула любопытствующую плечом. Словно пушинка, перелетев на другую сторону зала, Аннушка стукнулась головой о колонну и распласталась на полу, раскинув в стороны руки. Музыканты прекратили играть и, сбившись в кучу, завели оживленную беседу.

– Ты желаешь, что бы я сдохла, да? Будь по-твоему! – Рая быстрым движением поднесла к губам перстень. – Выпью яду! А вы оставайтесь и будьте счастливы, если сможете. Я не стану мешать!

Она повалилась на пол. Поняв, что сейчас произойдет, Тамара придержала «самоубийцу» за плечи. – Говори, куда делись мои пятьсот лат? И учти – перед смертью нельзя обманывать!

– Там они… в «Дионисе»… в подвале… Зайдешь и увидишь! – прохрипела с трудом «умирающая».

В следующее мгновение перед глазами снова возникла знакомая улица Мелдру. На ней тускло светились фонари, с неба сыпались смерзшиеся кристалики льда, в небе плыл тонкий месяц.

– Наконец-то! – приветствовала Тамарино появление баба Клава. – Ишь как резво ты ускакала!

Старуха ехидно прищурилась. – Некрасиво обманывать мужа. Ведь ты же мать.

– Обязательно хочется выставить меня в дурном свете? – Тамара тщетно пыталась отвлечься от мерзкой сцены только что произошедшей на балу. Опять ее старания не увенчались успехом. Вместо доброжелательной и спокойной беседы с сослуживцами каждый раз получаются отвратительные скандалы. Но по крайней мере хоть появилась зацепка.

– Как же ты докатилась до жизни такой? – баба Клава гадливо прищурилась.

– А что сами считаете? Я способна от мужа бегать к горбатому карлику по ночам? И позвольте спросить – для чего?

– То есть как для чего? Ясно же.

– В самом деле? – Тамару начал разбирать смех. – Вы забыли, что мы находимся в тонком теле?

Ах как трудно соседке перестроить свое мышление. Ведь в ее представлении если в темное время суток кто-то встречается с кем-то наедине – это значит с нечистыми целями.

– Отвечайте. Ну пораскиньте мозгами.

– Ох не знаю. Тебе виднее, – неожиданно ласково пропела старуха. – Может и вправду у вас ничего нету с ним.

Она просительно заглянула Тамаре в глаза. – Мне бы с Дочей поговорить.

– Вы же видели результат.

Баба Клава упрямо закусила губу. Она была

приставуча как комар-кровосос и, прилепившись к кому-нибудь, выпивала энергию своей жертвы до донышка. При этом хорошо знала как нужно жить, что делать любому, пусть даже случайному человеку. О том, что у кого-то может быть и другое мнение ей просто не приходило в голову.

С подобными типами бесполезно спорить. Они как вымершие динозавры прут напролом и ради удовлетворения собственных амбиций влезают «грязными сапогами» в чужие души, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. Почему это происходит? От гордыни наверное. Если человек не желает сознательно изменять себя, то как правило он уверен – ему это вовсе не нужно. Он и так знает все что положено.

– Пойдем, поболтаем о том, о сем… – решительно предложила соседка.

– В другой раз. Сейчас очень занята.

Тамара шарахнулась от нее, поспешно завернув за угол и оказалась в объятиях… горбуна. Минуту они внимательно изучали друг друга. Потом мужчина осклабился.

– Ах – ха – ха!

Его злобный смех заставил притормозить поспешавшую к ним бабу Клаву.

– Ой! И после этого ты еще будешь лапшу мне на уши вешать!

Старуха окинула «кавалера» оценивающим взглядом. – Вот значит как вы устроились, голубки! – язвительно процедила она и быстро спряталась за телефонной будкой, удрученно ворча.

– Зачем вы меня преследуете? – стараясь казаться спокойной, спросила Тамара.

В эту минуту по веткам деревьев пронесся легкий ветерок. Он скинул снег на дорогу и быстро умчался, гоня перед собой пустой целлофановый пакет.

– Мне кое-что нужно, – неожиданно тонким голосом произнес незнакомец. Высунув длинный язык, он непринужденно поскреб им себе за ухом. От удивления Тамара села прямо в сугроб. Потом поднялась и с невнятным бормотаньем попятилась, желая как можно быстрее скрыться из поля зрения кошмарного существа.

Заметив работающее неподалеку круглосуточное кафе, заскочила во внутрь. Остановилась, осматриваясь. Призывно светились стоявшие возле стен игровые автоматы, томилась за стойкой барменша, не зная чем бы себя занять. Со сладострастным стоном зевал охранник, судорожно открывая рот. Парочка посетителей, не торопясь, потягивала джин с тоником. За уставленным пустыми пивными бутылками столом, свесив голову на бок, дремал молодой человек.

– Рад вас видеть. Не откажите в любезности, поговорите со мной, уважаемая! – подошедший сзади мужчина казался диковинной птицей залетевшей случайно в стаю диких ворон. Он был весьма худощав, в элегантном полурасстегнутом пальто, из-под которого виднелся отлично сшитый костюм. Над верхней губой топорщилась аккуратная полоска усиков, его внешний вид не портила даже большая жирная складка над левым глазом.