Начало
Шрифт:
По большому счету меня сейчас с Натальей только кабальная парней связывает. Все остальные ниточки, которые мне важны - ее не касаются, хорошо, что я такой недоверчивый. Разве что аренда склада, но это дело поправимое - мало ли зданий в Москве: открою липовую конторку, какие-нибудь "Рога и копыта", на нее помещение арендую - туда все и вывезем. Оборудование не на Наташкины деньги покупалось, она про него и знать не знает.
Вот МБК точно на Натке висят. Придется заставить ее подарить их мне официально. Китайцев, кстати, тоже. А-то подарком их объявила, а вот бумажек на
Что еще? Бушарин?
К Наташке неровно дышит?
Срочно найти ему бабу попокладистее! Где бы взять-то еще?
Впрочем, не так уж он и горит любовью к ней. Иначе бы от нас не вылазил, а этому его опыты гораздо милее. Так что может и вообще здесь править ничего не потребуется.
Парни, парни, парни...
Кабальную вашу я разорву, это как два пальца об асфальт, неодаренный Гавриленков - это не церковь и не ПГБ, это уровень, прямо скажем, значительно пониже и пожиже. Где лежат в конторе купца важные бумаги, я представляю, а заставить человека заменить одну бумажку на другую - у меня моральные принципы вполне позволят. Тем более в свете открывшихся обстоятельств.
Где бы взять главу рода, который без вопросов согласится взять их на поруки до конца июня, но чтоб при этом не лез в наши дела?
О! Маменька!
Интерлюдия 19.
Вино в бокале красиво мерцало в свете отблесков разожженного камина. Егор опять где-то шлялся по своим мальчишеским делам, Григорий отбыл на неделю, и Наталья, в который раз, осталась в доме одна. Не считать же прислужников-китайцев.
И не верилось, что все это происходит с ней - еще недавно простой деревенской девчонкой. Собственный дом в Москве, свои и, как оказалось, весьма доходные предприятия, престижная работа. Поклонники - сплошь дворяне, уважаемые члены общества - не чета давно забытому сопливому каспийскому Лешке. Не об этом ли она мечтала когда-то?
А жених? Ну и что, что в возрасте, зато солидный, достойный. Колечко, вон, подарил...
Девушка вынула из кармана коробочку и, в который раз, залюбовалась игрой света на ярко-красном камне. Это вам не Гришкины жалкие цветочки и стишки...
При мысли о Григории в груди опять заклокотала дикая злость. Ну, вот надо же было опять поверить не тому человеку! Витаминки он пьет! Нашел, кому рассказывать, - фармацевту! Мужские противозачаточные средства, конечно, редкость, но не настолько, чтоб совсем не знать об их существовании.
А как красиво плел: "не могу ломать твое счастье... ты меня потом сама возненавидишь...". Возненавидела, ух, как возненавидела! Урод. Все они, клановые, уроды и подлецы! Правильно Иван Иванович говорил!
Встреча с Гавриленковым состоялась аккурат после неожиданной находки. Приди он на пару дней раньше - пропустила бы все мимо ушей, но тут, прямо удачно все для купца сложилось, и слова его легли на щедро удобренную вчерашними слезами почву.
– Наталья Сергеевна! Очень рад вас снова видеть, - когда купцу было надо, он вполне мог прилично выражаться, чай не мальчик уже.
– Здравствуйте, Иван Иванович. А Гены нет, - видеть никого не хотелось, но приходилось
– А я как раз к вам, а не к Гене.
Удивленная девушка провела гостя в дом. Отказавшись от чая и всех других положенных по правилам угощений, купец сразу перешел к сути:
– Скажите, Наташа, вы ведь позволите вас так называть? Да? Спасибо. Каким вы видите ваше будущее, после того, как Егор получит свой род?
– Егор?
– Да не фырчите, он сам признался, но речь не о нем, - купец встал с предложенного кресла и начал вышагивать по комнате перед Натальей.
– Сейчас у нас с вами есть несколько совместных предприятий, которые дают нам очень неплохой доход. Вы знаете?
– Да, конечно, я же подписывала бумаги, - Наталья еще не понимала, куда клонит этот человек.
– Только вижу я, что вы не в курсе их настоящей стоимости, иначе не дали бы мальчишке столько прав на ведение дел от вашего лица.
– Он что-то делает не так?
– Да он все делает не так! Поймите же! Сейчас наши изделия только входят в моду - можно озолотиться! А он весь ваш доход собирается единым махом изъять и купить себе титул. Вот, зачем он ему в таком возрасте? Эти деньги, если сейчас истратить с умом, в следующем году десятки миллионов принесут! Подумайте, Наташа! Это ваши деньги! Не его, а именно ваши, бля!
– Гавриленков так распалился, что даже не стал извиняться за вырвавшееся словцо, - Он просто обворовывает вас! Я еще в собрании обратил на вас внимание, и просто не могу видеть, как ваше добро разбазаривает охреневший от собственной важности клановый юнец!
Вот оно! То слово, которое нашло отклик в измученной душе девушки. Клановый! Один клановый обманул в личном, другой обманывает в делах! Мало ли, кто и что там говорил - не может двухфамильный Осмолкин-Орлов присматривать за простым мальчишкой! Над бедной девушкой посмеяться захотели? Безрадостные мысли снова овладели Натальей, и из глаз брызнули слезы.
– Да что ж вы?.. Да как же?.. Ох, ты ж, господи!
– как и многие мужчины, Гавриленков не выносил вида женских слез, - Он что, шантажирует вас?
– Н-н-нет...
– Ох, старый я медведь... Ну, не плачьте... Вот, возьмите, - громадный клетчатый платок привел Наташку в умиление - отец тоже любил такие, - Ну, что ж вы так...
Дождавшись, когда девушка чуть-чуть успокоится, купец продолжил гнуть свое:
– Я понимаю, что у вас с ним есть какие-то договоренности, но не может быть, чтоб их нельзя было обойти или отодвинуть хотя бы.
Наталья неопределенно пожала плечами, скрыв опухший нос и глаза за полученным платком.
– А хотите, я все возьму на себя? И ваши интересы. Наташа, я же вижу, что вам просто не хватает крепкого мужского плеча, чтоб опереться. Так случилось, что я уже давно овдовел, а вы мне очень симпатичны. Я понимаю, что нельзя вот так сразу, но подумайте над моим предложением, - очнувшаяся от горьких раздумий Наталья обнаружила, что ей, оказывается, только что сделали предложение.
По-новому оглядев склонившегося перед ней мужчину, девушка заглянула во врученную коробочку.
Кольцо сияло и манило.