Начало пути
Шрифт:
– Потому что я не хочу этого. Это же болото. А я Хмырь как-никак, – пожал он плечами. – Я хозяин этого места и вправе влиять на то, насколько быстро будут тонуть вошедшие сюда люди и нелюди.
– А у тебя что, договор со школой: ты не трогаешь учеников, а они тебе что-нибудь поставляют взамен? Такой бартер: один ученик в обмен на несколько человек?
– Ты думаешь, мне нужны люди? Да там внизу уже продохнуть невозможно. Заполонили уже все. Ладно девки молодые и красивые, которые от безысходной любви решили утопиться. Хоть глаз радуют. Про нервы не могу такого сказать: крики, ругань и постоянные склоки практически ежедневно. Что от баб то еще взять. А вот мужчины – тут все гораздо серьезнее. Либо воины затонувшие,
– Так сколько же лет этому месту? – вырвалось у меня. Насколько я помнил историю, то после падения Империи мир медленно восстанавливался, но на лошадях тут никто не ездил, да и принцы Шорией никогда не правили.
– Ну, лично это болото существует чуть ли не с зарождения этого мира. Мы пережили все возможные войны и времена. И переживем еще столько же, – сумерки быстро уступали место полноценной темноте. Я начал запинаться все больше, и даже пару раз свалился, запнувшись о какие-то кочки. Хмырь только покачал головой и, щелкнув пальцами, создал несколько светлячков. Круто, я так не умею.
– А почему я принц-то? – я вспомнил интересующий меня вопрос и поспешил его задать, пока владыка болота расположен к беседе.
– Вот, посмотри, – он протянул мне медальон, который рассматривал при первой нашей встрече. Я взял его в руки и повертел. Медальон, как медальон. Именной. Тяжелый. Из золота, судя по всему, мужик какой-то на обороте нарисован. – Это что?
– Реликвия. Присмотрись внимательнее, – ткнул меня практически медальоном в лицо Хмырь. Я пригляделся. Мужчина, изображенный на медальоне, был смутно на кого-то похож. Мужчина средних лет с тонкими чертами лица, слегка раскосыми глазами и какими-то нелепыми усиками.
– Да. Тонкая работа. Как художник умудрился изобразить на металле усики?
– Это все что тебя интересует? – чуть ли не подпрыгнул Болотный Хмырь.
– А я должен был обратить на что-то еще свое драгоценное внимание? – я снова начал вертеть в руках кругляшек.
– А тебе этот мужчина никого не напоминает?
– Ну-у-у… – я пригляделся к изображению внимательнее, но сосредоточиться все никак не мог, потому что я постоянно обращал внимание на эти ужасные усы, да и темно было. Света, издаваемого светляками, было явно недостаточно. – Очертания вроде знакомые. Да вроде не встречал ни разу.
– Любопытно, – почему-то рассмеялся болотник и отобрал у меня свою драгоценную ношу. – А в зеркало ты вообще смотришься?
– Смотрюсь, – огрызнулся я. Да какая кому разница сколько раз на дню я лицезрю себя?
– Оно и видно. Хочешь, я расскажу тебе одну очень занимательную историю?
– Она как-то связана с зеркалом? Если нет, то я, пожалуй, откажусь, – бесконечная пустота, окрашенная во все цвета темного и, подозреваю, зеленого уже немного раздражала, а ноги, не привыкшие к длительным прогулкам, начали подло уставать. Идти становился с каждым шагом все тяжелее.
– Ну какой хам-то, а? – всплеснул руками мой провожатый. – Лучше послушай, да не перебивай.
– Постараюсь.
– Так вот. Очень давно, во времена Великой Империи, – задумчиво начал Хмырь, – существовала очень жесткая иерархия. На титул Лорда имели права только темные, к тому же, обладающие магическим потенциалом, примерно, как у тебя. Причин на это было много, но главной являлась способность защитить своих поданных. Простые маги никогда не могли грамотно руководить кем-то: они не могут ни повести за собой армию, ни элементарно обеспечить потребности маленькой деревушки. Худо–бедно они могут справляться с потребностями своей семьи. И к тому же, тогда темных было в десятки, если не в сотни, раз больше, чем сейчас. Они существовали целыми Родами. Это неправда, что Лорды уничтожили себя сами. На них началась охота. Никто не застрахован от яда, например.
– Длинное и совершенно ненужное, – я обхватил себя руками. Меня начало ощутимо трясти от холода.
– Какое есть, – Хмырь на секунду задумался и продолжил. – В то время, о котором я хочу рассказать, Империя находилась в самом своем расцвете. Правил, разумеется, император, а у императора был сын. Однажды он поехал на охоту в свои дальние угодья, они находились где-то поблизости от этих болот, и обнаружил, что маги решили уничтожить болотный народ, а само болото осушить, чтобы построить здесь крепость. На самом деле, уничтожить можно кого угодно, даже таких древних существ, как мы, – Хмырь снова задумался. – Я не знаю, что двигало принцем в тот момент, но он остановил бойню. Возможно, он просто пожалел нас. Чтобы избежать дальнейшей конфронтации, принц выкупил эти болота у одного из своих вассалов и построил здесь охотничий домик, прекратив, таким образом, попытки избавиться от болота и населяющих его жителей. Впоследствии этот принц стал императором, самым лучшим, к слову. Время его правления отмечено как расцвет Империи. Он совершил много великих дел, но лично нам, болотникам, все эти дела глубоко безразличны, а вот то, что он, воспользовавшись своим авторитетом, решил, что мы достойны продолжать свое существование, это да. Мы пытаемся быть благодарными, мы сохраняли его дом и сейчас оберегаем и сохраняем школу, которую сделали из этого дома, но это очень сложно, пытаться выразить благодарность тому, кому она не нужна. Возможно, сейчас у нас появится шанс хотя бы частично закрыть свой долг.
– А при чем здесь все-таки я, зеркало и портрет?
– А при том, что мужчина на портрете и есть тот самый принц. Его имя было Дэрик Фолт.
Я настолько удивился, что даже трястись перестал. Теперь я понял, кого напомнил мне мужчина на портрете. Он напомнил мне меня. Точнее, я был очень похож на него. Скорее всего, именно так я буду выглядеть, когда вырасту. Только у меня никогда не будет этих идиотских усиков!
В молчании мы продолжили свой путь. Очень скоро мы подошли ко рву, мост был опущен, а ворота открыты. Во многих окнах горел свет. Я обернулся, чтобы поблагодарить своего провожатого, но его не было рядом. Пока я задумчиво брел по болоту, а потом рассматривал мост, я упустил тот момент, когда он исчез. Во дворе замка меня ждал крестный. Оглядев меня с ног до головы, он хмыкнул и кивнул головой на дверь.
– Поздравляю. Ты умудрился сотворить свой первый портал. Иди, отмывайся и ложись спать. Завтра я тебе книгу принесу, как нужно строить портал, чтобы очутиться в том месте, куда тебе нужно попасть, а не окунуться с размаху в грязь, куда ты собственно, судя по всему, попал.
– Я упал в грязь уже после того, как там очутился, – огрызнулся я и отправился в гостиную своего факультета.
Открыв дверь в комнату, я понял, что меня ждали. То же количество студентов повернули головы в мою сторону, что и при первом моем появлении в помещениях Первого факультета. Я думал, что хоть половина спать разбредется.
– Смотрите, кто к нам вернулся, – вскочил с дивана Лео и захлопал в ладоши. – Давайте поаплодируем человеку, единственному за все время существования этой школы, который завалил собеседование, споткнувшись на первом же вопросе. Браво.
– А какой был вопрос? – спросила какая-то девушка, подойдя к моему префекту.
– Как его зовут, – хмыкнул белобрысый. – Можете себя поздравить, дамы и господа – судя по всему, нас всех ждет просто незабываемый учебный год.
Ко все больше заводящемуся префекту подошел Регган и, брезгливо рассматривая меня, протянул: