Начало пути
Шрифт:
– Кто подразумевался под соседями, я думаю, пояснять не нужно?
– Я тоже считаю это излишним - Балтия является единственной страной, с которой Архангельское княжество имеет общие границы, поэтому намек князя выглядит абсолютно прозрачным. Кроме того, князь упомянул, что вооруженные силы за прошедшие несколько лет были увеличены почти на семьдесят процентов и в настоящее время составляют порядка ста семидесяти тысяч солдат и офицеров.
– А вооружение?
– Князь эту сторону вопроса постарался обойти, промямлив что-то про какие-то значительные перевооружения боевых частей, но конкретики
– Ну, может быть, были разведены новые породы коней для кавалерийских частей, - ведущий усмехнулся.
– Ваша ирония вполне может оказаться правдой. И еще князь объявил о проведении крупномасштабных учений на западной границе.
– То есть в непосредственной близости от мест дислокации наших сил?
– Именно, Захар, именно. Но комментировать это я не буду, это уже задача пресс-служб Военного Министерства.
– Или Посольского Министерства?
– Да, дипломатов это тоже касается. Но, как я уже сказала, от личных комментариев я воздержусь.
– Напрасно, Ксения, напрасно, нам всем очень нравятся ваши отличные комментарии, - и ведущий, видимо, довольный своим не слишком удачным каламбуром, довольно усмехнулся. Ксении, скорее всего, из вежливости, тоже немного посмеялась.
Лейтенант отключил радиоприемник, и это было понятно - больше ценной информации получить из этой передачи вряд ли удалось бы, хотя солдаты недовольно загудели - прервалось какое-никакое, но все-таки развлечение. Москаленко поднял руку.
– Так, бойцы! Чего бухтим? По плацу желаете прогуляться перед сном пару часиков? Так организую в легкую!
Угроза была, конечно, наигранной - вряд ли взводному хотелось задерживаться на службе еще на два часа, когда в штабе батальона уже наверняка вовсю идет офицерская пьянка, устроенная обмывающим новые звездочки капитаном Васильевым. Но рекруты замолчали.
Пора было отправляться на боковую, и лейтенант скомандовал отбой, после чего удалился, чтобы присоединиться к остальным офицерам и поздравить своего командира с давно ожидаемым повышением.
Между тем, нельзя было сказать, что в штабе батальона царило веселье. Даже несмотря на то, что комбат, подполковник Куликов, уже давно отбыл восвояси, и можно было расслабиться в отсутствие начальства, на лицах офицеров особой радости не наблюдалось. Кислая мина виновника торжества явно давала понять, что настроение свежеиспеченного капитана далеко не праздничное.
Два сдвинутых стола, один из которых принадлежал комбату, а второй, очевидно, был принесен из соседнего кабинета, были накрыты весьма щедро - копченая рыбка и ветчина, порезанные мелкими ломтиками, банки с домашними солениями, огромные тазики с оливье и жареной молодой картошечкой, густо посыпанной зеленью, подносы с молочным поросенком и копчеными курицами, несколько бутылок водки "Столичная" и коньяка "Курвуазье", две или три из которых уже опустели, а их содержимое перекочевало либо в стоящие возле каждого из гостей граненые стаканы, либо в желудки празднующих. Изобилие!
Когда Москаленко подошел к своему ротному, Андрей, нервно куривший большими затяжками, посмотрел в его сторону и стряхнул пепел в пустую тарелку, полную окурков. Сергея это немало удивило - насколько он помнил, Васильев был некурящим, да
– А, Серега, - сказал Андрей, тяжело вздохнув и обдав Москаленко сивушной волной перегара, - проходи, заждались уже тут все тебя. Наливай себе штрафную.
Лейтенант присел рядом с Андреем, окруженным другими взводными своей роты.
– Эх, командир, га-а-аварил же я тебе, давай намаринуем мяса, я такой шашлык пожарю, закачаешься!
– это лейтенант Арсен Бигларян, командир первого взвода, высокий смуглый подтянутый армянин с короткой стрижкой, говоривший с легким восточным акцентом, любезно налив Сергею в стакан хорошую порцию "Курвуазье", затем разлил остатки содержимого бутылки остальным.
Чокнулись. Пожелали командиру новых звездочек, чтобы сам в гору шел и друзей не забывал. Выпили. А потом повторили. Сергея, как и Васильев, не слишком большого любителя крепкого, даже немного развезло, и он достал из нагрудного кармана сигарету, пыхнул зажигалкой и расслабленно закурил.
– Командир, Андрюха, ты чего смурной такой? Твой день же!
– проговорил командовавший третьим взводом из роты Васильева младший лейтенант Максим Матвеев, светловолосый парень в расстегнутой на две пуговицы гимнастерке, обнажавшей волосатую грудь и массивную золотую цепочку с тяжелым крестом, видимо, тоже из золота. Из всей компании только он, похоже, сохранял позитивный праздничный настрой.
– А то ты не знаешь, - буркнул Васильев, доставая из опустевшей наполовину пачки очередную сигарету.
– Скоро нас отправят черт знает куда, и черт знает на какой срок! И я сильно сомневаюсь, что мы вернемся обратно.
– Погоди, Андрей, - несколько удивленным голосом спросил Славка Степанов, лейтенант из четвертого взвода.
– Ты же сам раньше говорил, что будет не война, а детская войнушка, только с боевым оружием, а не рогатками, и не более. Ну куда этим архангельцам против нас? Да мы их разделаем под орех за какой-нибудь месяц!
– Много ты понимаешь! Ты в школе географию проходил? В Архангельске, чтоб ты знал, теплый период составляет меньше пяти месяцев. Если князю удастся выстроить грамотную оборону, придется нам воевать на жутком морозе. Ты готов к этому? А бойцы твои? Здесь же один молодняк! Даже сверхсрочники - и те за плечами не имеют ни малейшего боевого опыта. Да и мы с вами, господа офицеры, пороху толком и не нюхали. А на мне, между прочим, рота, почти двести оболтусов, а не по сорок человек, как у любого из вас.
За столами повисло молчание, которое нарушил плотный мужчина в капитанском мундире, здоровяк лет сорока с небольшим Анатолий Сергеев, командир второй роты:
– Андрюх, а ведь ты дело говоришь. Сомневаюсь я, что мы тут много навоюем, да еще с таким идиотом-полканом.
– А что это ты, Сергеев, про товарища полковника такое говоришь? Что, жаба душит, что ты в свои сорок три все еще капитан, а наш Константин Сергеевич тебя на полтора года моложе, и уже усиленный полк получил под команду? А это все потому, что это ты идиот, а не он!
– возмущенно прокричал вертлявый офицерик лет тридцати с майорскими звездами на плечах