Наблюдатель
Шрифт:
— Им что, всё равно что есть? — сказала Фила.
— Может они давно не ели, — пожала плечами Мина, — если проголодались, то готовы съесть что угодно. Мы так же. Я уже подумываю о том, чтобы мха пожевать. Куда они, интересно, направятся, когда всё там съедят?
— Стоит закрыть дверь и затаиться, — сказала Фила.
Они с Миной тихонько, чтобы не шуметь, плотно прижали створку.
— Я сейчас что-нибудь принесу, чтобы подпереть её, — сказал Эрик и убежал. Мох очень кстати глушил его шаги.
Вскоре он притащил какой-то большой
После чего, они ушли вглубь коридора, чтобы ненароком, нечаянным шумом, не выдать своего присутствия.
Когда они подглядывали в щёлочку, многоножек поблизости не было. Те больше кучковались в середине зала, где был рогатый и деревья. Но потом, видимо сожрав там всё что можно, они стали исследовать окрестности и соваться во все щели.
Через некоторое время после того, как Эрик с девчонками ушли вглубь коридора, в дверь начали скрестись и карябаться. Причём очень настойчиво. Кто-то не хотел уходить, пока не узнает, что находится за этой дверью. Вполне возможно, что они чувствовали идущий отсюда запах. Может запах растительности, а может и людей.
Но, поскольку это всё-таки были насекомые, хоть и крупные, сил и мозгов открыть дверь у них не хватило. Хотя, если бы они навалились так же, как на рогатого, баррикада бы не выдержала. Но они не навалились. Возможно, они прощупывали все стены сплошняком, в поисках какой-нибудь щели, где может оказаться что-то интересное. Так что дверь не была особенным объектом их внимания.
Так или иначе, вскоре под дверью всё стихло. Но они не бросились сразу выглядывать и проверять как там дела. Помня что случилось с рогатым, они предпочли перестраховаться и подождать ещё, лишь бы ненароком не привлечь внимание этого прожорливого полчища.
Поболтав шёпотом некоторое время, они, от нечего делать, разлеглись на мху и вскоре уснули.
Проснулись почти одновременно. Кто-то один зашевелился и все повскакивали с перепугу. Но всё было тихо и спокойно. Даже слишком. Тишина стояла гробовая.
— Они ушли? — шёпотом спросила Фила.
Эрик пожал плечами.
— Нужно пойти посмотреть, — сказала Мина, и первая направилась к двери.
Все тихонько последовали за ней. Они, стараясь не шуметь, очень осторожно разобрали баррикаду, блокирующую двери, после чего совсем чуть-чуть приоткрыли створку. Дверь предательски скрипнула. В полной тишине звук показался просто оглушительным.
Они с тревогой переглянулись. Но ничего не произошло. Никто не кинулся врываться в их убежище, не раздалось ни единого звука снаружи.
Они выглянули. Зал был пуст. Совершенно. Вся сказочная красота и растительность полностью исчезла. От неё не осталось и следа.
О произошедшем напоминало только две вещи. Первое, это слабо различимая рыжая полоса на полу, видимо там, где бегал рогатый. Раздавленных многоножек их сородичи тоже не побрезговали
А второй вещью, был скелет рогатого. Панцирь, с торчащими оттуда костями и черепом. Причём всё это было просто отполировано до блеска. Скелет был ослепительно белым. Даже панцирь сиял, обглоданный многоножками. Они видимо пытались его есть, возможно, даже что-то пообгрызли сверху, так, что он стал белым, но сама костяная основа оказалась им не по зубам.
— Бесславная кончина мощного и опасного зверя, — прошептал Эрик.
— Мы так никогда и не узнаем, как он такой здоровый сюда попал, — сказала Мина.
— А то, как сюда попали многоножки, ты не хочешь узнать? — спросила Фила, — тоже не рядовое явление, которое волнует меня гораздо больше. От большого зверя можно спрятаться. А вот если мы встретим этих рыжих уродов, то не думаю, что сможем спастись. То, что они ушли сейчас, не значит, что мы их больше не увидим.
— Если так рассуждать, то мы и мертвецов опять можем встретить, — сказала Мина, — а так же много кого ещё, кого мы пока не видели, но думаю, что они тут есть.
— Кто они? — встрял в разговор Эрик.
— Неважно кто, — пожала плечами Мина, — кто-то. Думаете, мы тут уже всех видели? Тут всё наводнено какими-то существами. И большинство из них опасны. Разве вы не заметили?
— Заметили, — согласилась Фила, — как бы выяснить куда они ушли, чтобы пойти в другую сторону, — задумчиво сказала она.
— Может, выйдем и оглядимся? — сказал Эрик.
Они всё это время продолжали смотреть в зал через приоткрытую дверь.
Они осторожно приоткрыли дверь пошире, чтобы можно было пройти, и медленно вышли в зал.
Ничего не произошло, было всё так же тихо и пусто. Эрик, оглядываясь по сторонам, пошёл к скелету рогатого. Ему очень захотелось посмотреть на него поближе.
Оказавшись рядом, он обошёл его вокруг, не переставая удивляться, насколько хорошо его обработали многоножки. Немного поколебавшись, он залез внутрь панциря через отверстие для ноги, где сейчас была только кость и много свободного места.
В панцире было уютно. Сумрачно, тепло и уютно. Почему ему так показалось, Эрик не знал, но там было так хорошо, что не хотелось уходить. Он слышал, как подошли девчонки и залезли на панцирь сверху. Они уселись там и о чём-то переговаривались.
Эрик с неохотой вылез и присоединился к ним.
Когда он залез на панцирь, Фила ему сказала:
— Разреши наш спор. Как ты думаешь, это случайность или нет? — и она указала ему на пол, возле черепа рогатого.
Череп лежал на боку, и рог упирался в пол. Там, где он касался пола, заканчивалась процарапанная на полу стрелка. Как будто он в агонии это случайно прокарябал. Единственное, что во всей этой самой очевидной теории было странно, так это то, что стрелка была слишком уж правильной и аккуратной.