На Востоке
Шрифт:
Младший лейтенант учил бойцов, как лучше владеть оружием, чтобы наверняка разить противника, как действовать в той пли иной обстановке. А затем в бою личным примером показывал, как надо бить самураев.
Слава о младшем лейтенанте Доле распространилась далеко за пределы полка. Секретарь партийного бюро части политрук Пермяков предложил Доле вступить в партию. Тот с радостью согласился, признавшись, что давно мечтал об этом, да не знал, достоин ли.
– Конечно достойны, - с теплой улыбкой сказал Пермяков.
– Свидетельством тому ваши славные боевые дела.
И вот прямо на переднем крае 7 августа собралась парткомиссия,
Прошу парторганизацию принять меня в члены ВКП(б). Учитывая настоящую боевую обстановку, в ответ на листовки проклятых провокаторов, где они пишут: Мы бьем только коммунистов, я решил доказать им еще раз, что у нас каждый честный гражданин хочет и старается стать коммунистом и бить проклятых врагов счастливого советского народа в любом месте на их территории так, как я их бил с 3 июля по настоящий день и еще крепче буду бить... Прошу парторганизацию не отказать в моей просьбе. Все решения партии и правительства обязуюсь проводить в жизнь так, как провожу их в настоящем бою.
Умелых, отважных воинов, хороших организаторов, грамотных и опытных командиров в полку с каждым днем становилось все больше. С их помощью мы решали стоящие перед нами задачи, какими бы трудными они ни были.
К сожалению, в ходе предыдущих боев мы потеряли немало заместителей политруков. А это большая опора для командиров и политработников. В течение двух-трех недель мы пополнили их ряды, подобрали в каждой роте и батарее по нескольку заместителей политруков из числа комсомольцев, хорошо проявивших себя в бою. Каждый политрук теперь имел одного постоянного заместителя и одного - двух резервных. Активисты сразу же включились в работу. Оказанное доверие окрылило их.
В подготовительный период к наступлению мы провели большую работу по укреплению партийных и комсомольских рядов подразделений, добивались, чтобы в каждой роте была своя парторганизация. Ведь командиру во много раз легче управлять подразделением, опираясь на партийный и комсомольский актив.
Недостатка желающих вступить в ряды ВКП(б) и ВЛКСМ не было. Лучшие бойцы и командиры старались связать свою судьбу с партией и комсомолом, пойти в генеральное наступление коммунистами, членами Ленинского комсомола.
В партийные и комсомольские организации поступили сотни заявлений с просьбой принять в свои ряды. К началу наступления партийная и комсомольская организации нашего полка значительно возросли. А значит, возросло число воинов, которые в атаке пойдут первыми.
И слова у воинов не расходились с делом. Когда настал час расплаты, врагу был нанесен сокрушительный удар.
Высокий моральный настрой воинов, их идейное убеждение ярко выразил младший командир В. К. Пономарев, героически погибший в бою 21 августа. Накануне наступления он написал в своей записной книжке:
Настал час! Долгий период времени я ожидал той минуты, когда мне собственной рукой придется громить неприятеля. Но вот пришел час, когда по указу нашего Рабоче-Крестьянского Правительства, по воле Партии нам выпала великая честь - разгромить зарвавшихся самураев...
Нет большего счастья, как защищать и бороться за мирный труд рабочих и крестьян всего СССР, за культурную, радостную жизнь нашего 170-миллионного народа.
Эту честь я оправдаю полностью. Я, как отделенный командир,
Идя в бой, я знаю, что я не одинок.
Не одинок потому, что наш 170-миллионный народ настолько любит свою Родину, что в любую минуту готов прийти на помощь для полного и окончательного разгрома японских самураев{26}.
Пусть не очень гладко написаны эти строки. Но без волнения их читать нельзя. Они раскрывают душу советского воина, его чаяния, думы, его готовность отдать за счастье Родины самое дорогое - жизнь. Прочитав записи героя, К. Симонов написал, на мой взгляд, очень хорошее стихотворение, посвященное памяти погибшего в бою В. К. Пономарева, и назвал он его Записная книжка. Я позволю себе привести несколько строк из стихотворения:
Прочли мы священные эти листки.
Читали их скорбно и жадно. Товарищ!
Порукою - наши штыки,
Что мы отомстим беспощадно!
Так и произошло на самом деле. Когда настал час расплаты, дорогой ценой заплатили самураи за смерть молодого воина.
С огромным воодушевлением готовились к предстоящей операции монгольские патриоты, и в частности бойцы 6-й монгольской дивизии, которая занимала оборонительные позиции левее нашего полка. Должен сказать, что цирики монгольской Народной армии сражались храбро, действовали самоотверженно. Я уже упоминал о них, сейчас хочу рассказать более подробно.
Нелегко приходилось личному составу 6-й кавалерийской дивизии. Соединение несло значительные потери от налетов японской авиации. Причина заключалась в следующем. К сожалению, в то время еще сильно было у монголов влияние религиозных предрассудков. По существовавшим канонам буддийской религии, земля считалась священной, копать ее было нельзя. И цирики соблюдали этот закон. В ходе боев они иногда совсем отказывались окапываться. Командиры, хотя многие из них и учились в наших военных школах и даже академиях, а следовательно, в большинстве своем были свободны от предрассудков, не проявляли достаточной требовательности. Лишь постепенно, благодаря разъяснительной работе, которую вели советские военные советники, цирики стали понимать свои ошибки.
В целом же надо отметить, что монгольские воины были надежными союзниками. Их бесстрашие в бою, лютая ненависть к агрессорам являлись хорошим залогом успеха в бою. Хотелось бы на конкретных примерах показать, как сражались с врагом наши боевые друзья.
Памятны для меня встречи на земле Монголии в боевой обстановке и позже, после победы, с Лодонгийпом Дандаром. Примечателен его путь. Он поведал мне о нем во время одной из теплых дружеских встреч.
Когда Дандар достиг призывного возраста, мать, провожая его на службу, сказала: Высоко держи, сынок, честь нашей Родины! Он крепко запомнил этот наказ. В первый же год службы в эскадроне показал себя одним из лучших воинов. Командование заметило способности цирика и направило его в Советский Союз, в Тамбовское кавалерийское училище. Через три года молодого лейтенанта назначили помощником начальника штаба 22-го кавалерийского полка, а в боях на Халхин-Голе Дандар уже был командиром 17-го кавалерийского полка. Под его руководством полк геройски дрался с врагом.