На волоске
Шрифт:
— Я пойду без сумки, а вы стойте вот там, у стены. Молча. Вам будет видно меня возле душа. Если я махну рукой вы быстро бежите ко мне и сразу прячетесь за его стеной, - тихо и спокойно говорила я, надевая свой раздувшийся от набитого барахла рюкзак на плечи Дашалы.
— Хорошо, Мали, мы поняли, да ведь, Дашала? Мы будем жить вместе и никогда не позволим нас обижать. Все будет хорошо, Дашала, - Крита тихо шептала и я видела, что девочка кивает, соглашаясь. Боялась я только одного – что она испугается и поднимет крик, мол, я передумала, куда вы меня тащите. Или испугается Лафата, коли
Я подождала, когда они вместе встанут к кустам, где обычно пряталась я, проверила нож в сапоге и подумала, что я легко его использую, если кто-то встанет на моем пути.
Возле душа я постояла, прислушиваясь к тишине, тихохонько, ногтями поскребла по дереву и бревно знакомо скрипнуло. Деревяшка поднялась, и я увидела просвет в стене. Там была моя свобода.
Я вернулась к душу, из-за угла еще раз осмотрела территорию двора, подняла руку и помахала. От стены отделились две фигуры. Маленькая очень быстро и тихо, как кошка, побежала в мою сторону, а большая, с огромным рюкзаком за спиной, вдруг остановилась возле лестницы.
Я чуть не умерла, когда на форе лун, которые вот-вот должны были сойтись в единый полный светящийся «блин» заметила, что на лестницу вышла еще одна фигура. Крита махнула ей рукой, и она начала спускаться.
Глава 19
Глава 19
Я уже думала толкнуть Дашалу к открывшейся дыре в заборе и бежать не оборачиваясь, но потом поняла, что фигура на лестнице слишком осторожно спускается, чтобы бежать за нами, а еще она молчала.
— Палия идет с нами, если ты хочешь что-то мне сказать, то потом, Мали, - Крита шепнула мне это в секунду, когда следом за Дашалой нырнула за забор. Палия последовала за ней. Я пролезла последней и увидела, как Лафат опустил бревно одной рукой. Второй он прижимал к себе Дашалу. Она дрыгала ногами в воздухе, пытаясь увернуться от ладони, что зажимала ей рот.
— Там, за конюшней стоят мешки, бери их. Я понесу ее, иначе ее крик поднимет весь город, - как всегда, спокойно сказал Лафат и мотнул головой в сторону конюшни. Крита с мешком и огромным рюкзаком схватила за руку Палию, которую по делу тоже можно было тащить, зажав рот.
Я пробежала вдоль каменного забора, на ходу смела сапоги и тапочки, стоявшие на нем. За конюшней я нашла мешки, не глядя сунула в тот, что был развязан, обувь и перекинула через плечо. Нас обогнал Лафат, показывая направление. Я только на секунду повернулась в сторону навеса, где жил Парамай, и почему-то мне показалось, что он сейчас нас видит. Остановилась, поклонилась темноте и побежала вдогонку за Критой и Палией.
Когда мы добежали вдоль густой посадки колючек до конца поля, горло сжималось в спазме и горело, словно я проглотила стекло. Каменный забор высотой больше трех метров, вставший на нашем пути не то чтобы напугал меня, а заставил сосредоточиться на решении новой задачи.
Лафат подошел вплотную к камню, но не отпускал ни на секунду Дашалу, которая уже и не думала кричать, а хотела одного – чтобы ее просто отпустили. Мотнул головой смотря на меня и показал,
Я испугалась, что удерживать одновременно двоих он не сможет, но страх погони был сильнее. Я быстро взобралась на его руку и он привстал. Теперь забор доходил мне до груди.
— Там есть две толстые жерди. Они хорошо закреплены между камнями. Ищи их, берись и залазь на стену, - сказал он тяжело дыша. Я поторопилась ощупать верх стены, ширина которой была больше сорока сантиметров, и нащупав две «рога, торчащих с противоположной стороны, схватилась за них и, подтянувшись, смогла занести колено на стену. Потом второе.
— Дай мне Дашалу. Она не будет кричать. Она умная девушка, и тоже хочет спастись. Она не хочет быть рабыней, - говорила я тихо больше для девочки, чем Лафату.
— Я убираю руку, и если из твоего рта прозвучит хоть звук, я снова закрою твой рот, поняла? – спросил у девочки Лафат. Она быстро-быстро закивала. И когда он убрал ладонь, глубоко вдохнула. В ту же секунду он поднял ее выше своей головы, и я подтянув ее к себе, помогла залезть на забор с ногами.
— Теперь ты, - он указал на Криту, но та отошла и подтолкнула к нему Палию:
— Теперь она, а после нее я, - твердо заявила моя подруга. Сейчас было не время разбираться в том, кто прав, а кто нет. Лафат поднял Палию, я подала ей руки, и она за пару секунд оказалась на стене.
Лафат закинул мешки, которые мы аккуратно скидывали на другую сторону стены, а потом поднял Криту.
— А как ты? – я поздно подумала о том, как же будет выходить Лафат.
— Идите туда. Я выйду к вам, - он указал направо, в сторону города. – Тропа ведет между чегеретой. Не сходите с дороги, иначе ее колючки порвут вас до костей. Берись за палки, повисни на них и отпускай руки. Ловите друг друга, - он закинул последний мешок и, не дождавшись ответа, шагнул в сторону колючей стены, которая тянулась метров на триста.
Крита и Палия за руки опустили меня на другую сторону стены, потом подали Дашалу. Затем спустились сами, держась за торчащие палки. Когда все были на другой стороне, мы с Критой подняли Дашалу, чтобы она вынула палки. Так велел Лафат.
Собрав и поделив мешки и рюкзаки, мы гуськом двинулись по узкой тропе в сторону города, подальше от этого дома. Отойдя от стены метров на пять, мы вышли на освещенное луной пятно. Колючие деревья, листья которых были практически не видны и тоже походили на острые шипы, в свете лун напоминали черно-белый рисунок из какой-то детской книжки «страшилки».
Тропу кто-то прочищал, вырубал молодую поросль этого адского леса. Так вот почему Фалея так спокойна…Никому не выйти отсюда, даже при большом желании. Но как же Лафат? Как он пролезет сквозь этот лес? В тонкой рубашке и плаще, завязанном на шее.
Когда лес закончился, мне показалось, что изменился весь мир – слева бурно текла река, а мы перешагнули уже пару ручейков, что бежали от нее. Наверное, именно они снабжают дом и ров вокруг него водой. Справа небольшое поле, которое тоже можно принять за картинку, потому что полное отсутствие ветерка делает окружающие кустики и травинки недвижимыми, будто нарисованными.