На волне Субуксии
Шрифт:
И это есть хорошо, если мы получим такой исчерпывающий и обстоятельный ответ, поскольку еще через несколько лет, наш активнопитающийся друг, на любое к нему обращение, будет реагировать "сквозь пищу" какой-нибудь невразумительной фразой типа "Knorr вкусен и скорр" или другими шаблонистыми изречизмами, которые его мозг все-таки умудрился заучить от частого их в него (мозг) попадания.
Самым же примечательным и забавным окажется факт, что та, восхищающаяся часть публики, будет продолжать искать и видеть в этих высказываниях глубокий Смысл и зашифрованную Мудрость. Остальным же людям остается только надеяться, что в голову этого человека никогда не придет мысль заделаться Поваром и заняться изготовлением
– -
Говоря о скорости восприятия и о скорости чтения, весьма допустимо предположить, что для каждой Книги, как и для каждой Дороги (будь она современным шоссе, железнодорожной линией или петляющей полоской сельской грунтовки), существует своя скорость ее Строительства (написания) и скорость рекомендуемого движения, т. е. чтения и восприятия. Исходя из этого, еще более допустимо предположение о том, что Начало Книги и ее заключительные страницы - есть, своего рода, Начало Путешествия и его Окончание. А если это предположение принимается, то любая Книга, как и любое уважающее себя Путешествие, требуют от читателя (или Путешественника) разных средств передвижения.
Таким образом, движение по книге может осуществляться пешком, спортивным шагом, спринтерским или марафонским бегом, на роликовых коньках, при помощи велосипеда, мотоцикла, личного автомобиля, а также всеми остальными видами транспорта, включая общественные.
От выбора средства передвижения и его Скорости зависит чрезвычайно много. Так, например, скорость пешехода (примерно 5-7 км/час) или велосипедиста (10-15 км/час) позволяет Читателю увидеть и запомнить множество небесполезных (а иногда и просто необходимых) деталей и подробностей, без которых некоторые Путешествия окажутся просто неудачными прогулками, в Дневнике которых будут запечатлены только имена участников и Пункты их Отбытия и Прибытия.
Надо сказать, что, к счастью, большинство писателей используют именно эту скорость, поскольку данный способ передвижения позволяет Путешественнику не только наблюдать происходящие события, но и понимать их, а также принимать в них непосредственное участие. Это не означает, что талантливый писатель не может строить свое произведение со скоростью более высокой и использовать ее по мере надобности. Просто высокая скорость повествования и восприятия не оставляет времени внимательно выслушать встречающихся в пути людей, не говоря уже о том, чтобы успеть подружиться с ними или составить о них какое-нибудь мнение.
Передвигаясь на автомобиле со скоростью 60 км/час, Читатель имеет возможность увидеть гораздо больше своего коллеги на велосипеде или путешествующего верхом на лошади. Однако впечатления от увиденного и эмоциональные цвета и оттенки этих впечатлений будут совершенно различными. Человек, прочитавший "Властелина колец" из окна автомашины, будет убеждать нас, что Толкиен пишет о приключениях выдуманных им средневековых Хоббитов, Гномов и Эльфов. Человек, путешествующий без машины увидит, что в книгах Толкиена говорится о вполне земных и очень даже людских проблемах, которые нельзя понять, не попытавшись понять самых, что ни на есть реальных людей, в том числе и из реального средневековья. За каждой главой его трилогии стоят люди. С их мудростью и предрассудками, страхами и надеждами, победами и поражениями. Характеры героев не выдуманы извне - они шлифовались веками в процессе многочисленных пересказов и переводов. И это обстоятельство делает опыт, приобретенный от вдумчивого и неспешного прочтения этой книги, гораздо более ценным, чем равное по скорости штудирование самого последнего и самого толстого учебника по психологии.
Иными словами, человек из автомобиля успел рассмотреть только обрывки нот и названий, тут же смешавшиеся в его голове с дорожными знаками и цифрами на спидометре,
Вряд ли в сознании автомобилиста отложился образ старого и доброго рассказчика у костра или камина, вокруг которого расположились самые разные люди, уставшие от череды длинных и тяжелых будней. Еще более сомнительно, что его уши услышали голос этого рассказчика. Его глаза, прикованные к дорожной разметке, просто не могли заметить, как оживают детским восторгом глаза следящих за рассказом людей, как они смеются, переспрашивают и кивают головами, что, мол, этого ну никак не может быть, но все равно это о-ох, как здорово и складно. И жить дальше этим людям становится чуть лучше и радостнее.
Будет не справедливо, если людям, предпочитающим читать со скоростью двигающегося автомобиля (однако не превышающего скорость допустимую и не нарушающего прочие правила Дорожного Движения), бесповоротно и необратимо приписать тотальную неспособность к восприятию всей литературной продукции в целом. Гораздо правильнее было бы говорить о неспособности частичной, и в ряде случаев, не приносящей никаких неудобств ни писателю, ни читателю, ни окружающим их другим машинам и пешеходам.
Можно сказать даже больше - количество литературы для именно такого способа чтения в последнее время неуклонно растет и распродается огромными тиражами. Вреда, собственно, от такой литературы не так уж и много, как, впрочем, и пользы от ее прочтения. Ущерб или благотворное влияние от этого процесса обсуждать дальше не имеет смысла, поэтому, повесив на ближайшей автостоянке объявление с просьбой не путать понятия "Скорость чтения" и "Скорость Мысли", обратимся к лихачам, или к тем водителям, которые правилами движения пренебрегают. Впрочем, в их обсуждении тоже не видится никакого смысла.
Давайте лучше послушаем человека, съевшего за два дня "Маятник Фуко" Умберто Эко. Для тех, кто с этим произведением еще не успел познакомиться или уже успел его позабыть, напомним, что по объему оно приближается к "Войне и Мир" Толстого, а по замысловатости и количеству заумных сносок - к работам товарища Ленина или "Введению в психоанализ" Зигмунда Фрейда. Скорость чтения в данном случае весьма разумно сравнить со скоростью реактивного самолета или, по меньшей мере, с Первой Космической.
Итак, на чем же успело сконцентрироваться внимание этого Путешественника, наблюдавшего за происходящими событиями через иллюминатор летящего самолета?
"Пш-ш-ш-ш" (с) (У. Эко) - именно эта глубочайшая мысль итальянского любителя маятников и метрономов наиболее врезалось в память простого русского любителя интеллектуальной литературы для избранных. Причем врезалась настолько глубоко и основательно, что вряд ли повторное прочтение или "Выбивание пробки" по методу Эко окажет положительное воздействие на столь неожиданно обогатившееся "бессознательное" нашего героя. Пользы от такого чтения - действительно никакой, а вред очевиден. Слегка обалдевшие от такого к ним неуважения участки мозга толкают такого авиагероя на поступки в крайней степени неординарные и, на первый взгляд, весьма изобретательные, заставляя последнего делать свой "Пш-ш-ш-ш" на публике и направлять его непосредственно в порт модема, наполняя атмосферу тем содержанием, которого, по его убеждению, в Субуксии катастрофически не хватает.