На воле

Сухов Евгений Евгеньевич

— Я тебе помогу, — сказал Угрюмый. — Колян не успокоится, пока меня не грохнет, я знаю, так что мне прямой расчет действовать с тобой заодно.

— Спасибо, дорогой, — усмехнулся незнакомец, — но с вашей бандой я как-нибудь сам справлюсь. Одному мне спокойнее будет.

— Не доверяешь, — скривил губы Федор.

— А с какой стати я тебе должен доверять? Ты же бандит, беспредельщик. Что, я о ваших делах не знаю? Или, может, Колян тебя силой в бригаду затащил? Ладно, не бойся, я тебя убивать не буду — не хочу лишнюю кровь брать на душу. На мне и так крови много. Посидишь у меня в одном тихом местечке, пока я с Коляном не разберусь, а потом вали на все

четыре стороны. Разве что иногда будешь меня консультировать по вопросам борьбы с беспределом…

На всем протяжении их разговора с верхних этажей дома доносились пьяные выкрики и звон посуды. Неожиданно возле самой машины мелькнула в воздухе и вдребезги разбилась об асфальт пустая бутылка из-под шампанского. Незнакомец открыл дверцу машины и посмотрел вверх, но тот же инстинктивно отшатнулся в глубину салона — следующая бутылка грохнулась на крышу «фольксвагена».

— Вот где беспредел-то, — с усмешкой заметил Угрюмый.

В этот момент сверху донесся женский крик: «Помогите!» — и тут же оборвался, словно кричавшей зажали рот.

Незнакомец скрипнул зубами,

— Сиди тихо, — сказал он Федору, — я скоро вернусь. И не пытайся вытащить подголовник — все равно не получится. Он вынимается только в одном случае — если наклонить сиденье, но этого ты сделать не сможешь.

Выйдя из машины, незнакомец с минуту стоял неподвижно и прислушивался, стараясь определить, на каком этаже находится шумная квартира. Затем зашагал к дому, завернул за угол и скрылся из виду. Через некоторое время гвалт наверху резко, словно по команде, прекратился. Затем до слуха Федора донеслись какие-то приглушенные отрывистые возгласы, и все окончательно стихло. Через некоторое время незнакомец неторопливо вышел из-за угла здания. Прежде чем сесть за руль, он критически осмотрел свою одежду и покачал головой. Когда он сел за руль, Федор увидел, что его светлая куртка и джинсы покрыты мелкими брызгами крови. Руки незнакомца тоже были в крови. Федор по собственному богатому опыту прекрасно знал, что подобные кровавые брызги попадают на одежду в процессе мордобоя, если сильно ударить противника по лицу.

Перехватив взгляд своего пленника, незнакомец пояснил:

— Нажрались, козлы!.. Мало того, что орали, бутылки швыряли в окна, так потом начали девок насиловать.

— А ты откуда знаешь? — полюбопытствовал Федор. — Они что, тебя в квартиру пустили?

— Я и не просил меня пускать, — пожал плечами незнакомец. — Выбил дверь и вошел. Они там одну девчонку на диване уже разложили и еще двух отмудохали до крови и раздели. Сидели в углу и тряслись, когда я вошел. В резерве были, так сказать.

— Ну и ты что? — спросил Федор.

— Пришлось положить конец их веселью, — последовал ответ.

— И сколько там этих бакланов было? — поинтересовался Угрюмый.

— Шестеро, — равнодушно ответил незнакомец…

— И что же, ты всех шестерых вырубил? — продолжал расспросы Федор.

Услышав в его голосе недоверчивое восхищение, незнакомец скромно сказал:

— Это не так уж трудно было. Бакланы, одно слово. Накачали мышцу и думают, что круче всех. Жаль вот только куртка вся в крови, и брюки тоже…

— Ну ты силен, — покачал головой Федор. — Слушай, отцепи меня от этого подголовника, а то руки совсем затекли.

—Ничего, потерпишь, — холодно ответил незнакомец. — Нам до дачи минут сорок ехать, а там отдохнешь. Я тебя к батарее пристегну. Ты что, не рад?

— Ага, жутко рад, — ухмыльнулся Угрюмый. — Сидеть как мудак у батареи до тех пор, пока ты Коляна не сотрешь. Заманчивая

перспектива! А что, если он сам тебя замочит?

— Тогда твой разложившийся труп найдут хозяева дачи, — безо всякой иронии ответил незнакомец. — Когда приедут разбираться, почему я за дачу долго не плачу. Так что ты вдвойне должен быть заинтересован в том, чтобы я твоего Коляна загасил. Скажи мне, приятель, тебя как зовут-то?

— Федором, — неохотно откликнулся Угрюмый.

— А кликуха?

— Угрюмый.

—Да ты и впрямь что-то невеселый. Так вот, Федя, скажи-ка мне, пожалуйста: твои братки не заметили, что я ими интересуюсь?

—Да нет вроде. Никто ничего не говорил, — подумав, ответил Федор.

—Это хорошо, — с удовлетворением сказал незнакомец. — Учись, как наружное наблюдение вести! А не то, что ваши отморозки — подъедут к клиенту вплотную и еще рожи ему строят. Ладно, недолго им осталось беспредельничать. Говоришь, все готово у Коляна?

—Похоже на то, — кивнул Федор. — Его тоже торопят, денежки ведь надо отрабатывать. Думаю, в один прекрасный день какая-нибудь херня произойдет с охраной — к примеру, ее просто не окажется на месте, или она безропотно позволит себя связать, или еще что-нибудь… Но Колян может и напролом пойти, если с охраной у него не получится. Колян — он такой.

—Ладно, я проконтролирую это дело, — сказал незнакомец. — Все, надо ехать, а то вдруг ментов кто- нибудь вызвал.

Он отстегнул наручники на руках Федора и скомандовал:

—Вылезай. Поедешь в багажнике, а то вдруг менты на выезде меня остановят. Давай! Живо!

Федор тяжело вздохнул и повиновался. Уже стол перед откр ыт ым багажником, он спросил:

— Слышь, тебя как звать-то?

— Называй меня Сержант, — ответил незнакомец.

Глава 58

Варяг внимательно просматривал принесенный секретаршей список лиц, пожелавших попасть к нему на прием. Фамилия и название фирмы, фамилия и название фирмы… Против большей части позиций он ставил красным карандашом минус, поскольку даже при крайней лаконичности разговора весь список никак не вмещался в рамки рабочего дня, даже такого длинного, каким был день Варяга. Плюсы на бумаге появлялись редко. Внезапно рука с карандашом замерла над листом — Варяг прочел: «Господин Юрьев, фирма «Сержант». Варяга охватило беспокойство — видимо, его дела были из рук вон плохи, иначе Сержант не стал бы светиться, просясь к нему на прием. С другой стороны, это, возможно, был наиболее разумный способ действий — всех посетителей, приходивших в офис, проверить было немыслимо. В их потоке Сержант мог просто затеряться и не привлечь к себе внимания наблюдателей. А в наличии наблюдателей сомневаться не приходилось. Варяг поставил против фамилии Сержанта жирный плюс и вывел время — 12.00, самый разгар рабочего дня.

На следующий день ровно в двенадцать аппарат внутренней связи на столе у Варяга издал мелодичную трель, и голос секретарши в трубке сообщил:

— Господин Юрьев, фирма «Сержант».

— Пусть заходит, — ответил Варяг.

Сержант еще больше пополнел и в своем мешковатом костюме, надетом ради визита в солидный офис, выглядел совершенно мирно и безобидно, напоминая скромного провинциального хозяйственника. Не успел Варяг открыть рот для приветствия, как Сержант с заискивающей улыбкой поздоровался: «Здравствуйте, Владислав Геннадьевич», после чего немедленно понес какую-то ерунду насчет денег, которые можно с выгодой вложить в фабрику, производящую военное обмундирование.