На самом дне
Шрифт:
— Я не такая, — сразу же запротестовала девушка, продолжавшая заниматься самовнушением.
— Ага, — в ответ ухмыльнулся Ланс, чем заставил рабыню надуться и покраснеть ещё сильнее.
Всё же аристократ уже и так всё прекрасно понимал. Ада, конечно, не нимфоманка, но влечение её прямо разрывает, и в то же время девушка своих желаний ещё не понимает. Однако в скором будущем это станет огромным плюсом. Пусть рыжеволосую рабыню и готовят для боёв на арене, но спектр её навыков не станет ограничиваться лишь боевыми умениями.
Однажды один из епископов устроил на арене огромный бой, который завершился,
Порой от подобных зрелищ некоторые рабы приходили в ужас. В их мирах такое считалось аморальным, чуть ли не самым страшным грехом. А тут считай верхушка духовенства и такое вытворяет… Хотя, с другой стороны, это же служители Этия, чего ещё стоило ожидать от последователя Творца буквально принёсшего в этот мир удовольствия, частью которой являлась и похоть?
В любом случае в Эдеме подобное всегда являлось нормой, и никто этого не стеснялся. А что касается браков… с этим было всё сложно, как и с рождаемостью. Если ребёнок рождался без разрешения архиепископа, то нарушившую закон семью могли просто в один день не найти.
Вскоре показался блокпост, где дежурили войска. Пробежать через границу было вполне возможно, но, если тебя поймает патруль или стража любого поселения без документов… Смертная казнь покажется лучшим из исходов. Патрули же вдоль линии укреплений и за ними ходили постоянно, а среди них также находились и опытные волшебники, способные заметить нарушителя и без помощи своих глаз.
Ланс же пришёл на блокпост рядом с фортом с целью покупки гражданства.
— Чего? — рыкнул страж, уже обнаживший оружие заранее.
Всё же безумцев в трущобах хватало, порой они даже пытались брать штурмом форт. Правда заканчивалось это всегда плохо. Плохо исключительно для сброда.
— Хочу купить гражданство.
— А с тобой кто?
— Моя рабыня.
— Клеймо-то хоть есть?
— Конечно, — Ланс буквально щёлкнул пальцами и клеймо замерцало на груди девушки, а после второго щелчка исчезло.
— М-м-м, магическое, — страж лишь криво ухмыльнулся, будучи не способным оценить всю красоту произведения искусства. — Деньги покажи.
Аристократ кивнул своей рабыне, которая сняла с плеча сумку и показала содержимое. Множество монет разного номинала и разной чеканки, среди них находились и медяки, и серебряники, иногда сплавы нескольких металлов, но преимущественно содержимое сумки заполняли именно золотые монеты. Убедившись, что это не какая-то неудачная шутка, страж пропустил двух людей к главному.
Начались долгие обсуждение и споры, причинной которых стала попытка офицера кинуть Ланса на деньги. Но через минут пятнадцать всё же удалось достичь компромисса, пусть и пришлось заплатить намного больше ожидаемого. Но спорить с офицером армии… нет, это себе дороже.
Система гражданства в Эдеме была одновременно проста и понятна, но, с другой стороны, чем глубже приходилось вникать в нюансы, тем больше всякого рода мелких деталей появлялось. Вкратце, имелось три основных принципиально разных статуса, о которых нужно знать. Кателий, алетис и лариос. Внутри каждого типа существовала ещё свои нюансы и разные особенности, например для покупки личного транспорта нужно было оформить отдельные документы и расширить каждый из статусов.
Кателий. Самый низ иерархии свободных граждан. Кателий действительно считался свободным, но жильё мог лишь снимать только на время, счёт в банке являлся временным, но по землям архиепископа можно путешествовать свободно, кроме самого города Эдема разумеется. Также некоторые крупные полисы могли на некоторое время вводить строгие ограничения для кателиев. Фактически именно кателии и являлись теми свободными, кто не брезговал работать на других. В результате их часто ставили в один ряд с рабами, их презирали, их считали второсортными смертными.
Далее шли алетисы, самые распространённые в Эдеме. Этим Гражданам позволялось покупать недвижимость навсегда, передавать по наследству при соблюдении некоторых условий, счета в банках становились постоянными, после оформления ряда бумаг разрешался временный въезд за внешние стены Эдема, но не дальше. Также государство помогало алетисам в открытие своего бизнеса. И если кателиев считали чем-то вроде рабов, но с чуть большими правами, то вот статус алетиса считался именно символом свободы. Опять же, потому что кателии часто работали, как и рабы, на алетисов. А работать на кого-то для по-настоящему свободных граждан сродни смерти. Хотя порой встречались и алетисы, которых жизнь прижала и заставила поступиться гордостью. Но этих всё же буквально единицы, ведь после падения на дно такой алетис может очень быстро потерять свой статус и стать кателием.
Лариосы. Самый привилегированный слой общества. Таким статусом обладали в основном аристократы, высшие сословия и просто цвет Эдема. Никаких ограничений, разрешение въезжать за внутренние стены самого Эдема. Лишь самые значимые и богатые могли позволить себе такую роскошь. И если алетисы являлись в основном, своего рода индивидуальными предпринимателями, имели своё одно небольшое дело, где они трудились сами, подключали своих родственников, учили этому своих детей. Иногда они могли себе позволить покупку и содержание десятка рабов. Но всё же их возможности ограничивались одной мастерской. А Лариосы уже в своих руках держали множество таких мастерских, порой заключая контракты «на равных» с теми же алетисами.
Однако всё же несмотря на статус, большинство тех же лариосов не спешило тут же ехать в центр Эдема, за внутренние стены. Или, например, земли Акерон принадлежали эльфам и считались крайне благополучными, но люди предпочитали селиться в менее «чистом» Ландосе, где и проживали их собратья по виду. Да, жилось там хуже, но межвидовые проблемы того не стоят. К тому же стоит понимать, что города отличались и ценами. Тот же Эдем, центр мира, вобравший в себя всё лучшее, являлся неподъёмной роскошью даже для многих лариосов. Цены там очень сильно кусались, конкуренция была колоссальной, а жизнь представляла собой постоянную борьбу за место под солнцем. Так что многие предпочитали селиться в местах попроще.