На самом деле
Шрифт:
Ячсмит не отвечал. Виола остановилась в последний момент, чтобы не спросить его о самочувствии от лица Постскриптум. Переключилась на Мамбу, но решила, что она теперь ждёт инициативы от парня. А вот Д_ружбе по статусу положено проявить бесполое участие и помочь Виоле побольше узнать о мистере Смите.
Весь день Виола чередовала насущные дела с общением в Мамбе.
P.S. получила кучу комплиментов за естественную фотографию, повторное приглашение на макросъёмку и несколько флиртующих предложений.
Арс продолжал атаковать её как Мамбу, не забывая закидывать
«Не пиши мне больше». — Позвоню?
«Между нами всё кончено». — Начнём по-новому?
«Арсений, у меня есть парень». — Даже если и есть, то совсем недавно. Можешь даже поцеловаться с ним, чтобы убедиться, что я лучше.
«Оставь меня в покое». — Тебе нужно ещё время? ОК.
«Арс, пошёл на хрен!» — Люблю, когда ты в ярости.
Виола решила больше вообще ему не отвечать.
Ячсмит сообщил Д_ружбе, что потихоньку идёт на поправку, но долго ничего не писал Постскриптум. Ближе к ночи Виола разозлилась на себя за то, что, как одержимая, постоянно проверяет их бледную переписку, но от него вдруг пришёл объёмный ответ:
«Значит, теперь двойной должок за тобой. Скажу честно: мне очень хочется взыскать его при личной встрече, но сейчас я не совсем здоров. Послезавтра приём у врача. Если выпишут, увидимся?»
Раздражение Виолы испарилось бесследно.
«Рискнём», — она ограничилась одним словом и прижала телефон к растанцевавшемуся сердцу.
Глава 23
— …не переохлаждаться… небольшие физические нагрузки… для укрепления иммунитета… — монотонно перечислял положенные рекомендации врач, а Вадим неотрывно наблюдал, как тот заполняет справки о выписке с больничного.
Он клятвенно пообещал, что не приступит ни к учёбе, ни к работе до понедельника, тем более, что накануне доделал флаеры для пивной вечеринки, которую сам пока пропустит, а в универе его не ждут до среды. К тому же, Вадим действительно чувствовал себя хорошо. Роллердром придётся отложить ещё на несколько дней — всё-таки он не безмозглый самоубийца, чтобы херакнуть дыхалку или повторно словить вирус на готовые дрожжи.
«Здоров, почти в форме, подыхать не собираюсь», — Вадим черкнул Мирону, выйдя из больницы.
Вчера Рон прислал ему длиннющую тираду, в которой многоэтажно ругался за то, что Ад, видимо, провалился в ад, раз до него не пробиться ни звонками, ни сообщениями, и угрожал натравить на Вадима матерей их общих друзей, чтобы взяли его под опеку, если он немедленно не выйдет на связь: «У тебя всего одно оправдание: ты в коме и посылаешь слабые телепатические сигналы о помощи, которые перехватывают пришельцы».
Вадим углубился в больничный сквер подальше от бесконечного
«Привет! Меня выписали. Рискую: приглашаю тебя сегодня на ужин в кафе «К нам возвращаются». Говорят, там отменный томатный суп и большой выбор пасты», — Вадим отправил сообщение и устроился на лавке в тени.
Последние пару дней Ячсмит с P.S. переписывались почти безостановочно. Продолжая по очереди кратко рассказывать о личном, они узнали очень многое друг о друге, особенно из оговорок или небольших дополнений, на которых никто из них не настаивал, но добавлял по собственному желанию.
Помимо реального, Вадим взял «виртуальный» больничный ото всех мамбисток, кроме Постскриптум. Мамба-змея ожидаемо ушла в молчанку после нелепого недосвидания, но её схожесть с фотографией P.S. не давала ему покоя. К тому же добавились новые подозрения в одинаковых фразах и манере разговора P.S. и Д_ружбы. Скорее всего вместе с понятным вирусом на него напала странная паранойя в отношении этих трёх девушек, исключить которую сможет только личная встреча. Вадим не мог объяснить подобную стойкую уверенность. Она просто была и укреплялась с каждой минутой, пока он пялился в экран, ожидая ответа от Постскриптум.
«Рискую. До встречи. Я рада, что ты выздоровел», — блёклые буквы казались ярче, или Вадим просто свыкся с их серым цветом. Что бы он ни делал и какие бы настройки ни менял, переписка оставалась в дымке.
«Рискуем вместе. На самом деле я Вадим, — он вдруг почувствовал, что нужно назвать своё настоящее имя. — Буду в чёрных джинсах и белой футболке. Спереди на ней разным шрифтом горизонтально и вертикально напечатано слово RISK».
«Виола. Позывной принят. — Вадим был готов поспорить, что она улыбается. — Белая однотонная футболка, голубые джинсы и разноцветные кроссовки».
— Дожми, наконец, этого парня! — напутствовала Инка, примчавшись лично.
Она сидела в кресле, подсунув руки под попу, притопывала ногами и не вмешивалась в сборы Вилки.
— Держи! — Виола вручила ей расчёску. — Я делаю ставку на волосы Постскриптум, поэтому поколдуй с ними, как ты умеешь.
Инна подскочила с победным кличем, и они обе рассмеялись.
— Сотворишь чудо — я расскажу тебе, как зовут загадочное яичко, — промурлыкала Ви и тут же получила лёгкий шлепок расчёской по макушке.
— Никаких нервов на вас не хватит! — пожаловалась Инка, разлохматив волосы Виолы.
— Вадим! Его зовут Вадим! Не надо мне взрыва пуховой подушки! — заверещала Вилка, поднимая руки в жесте «сдаюсь!».
— Ты его очаруешь и с гнездом на голове, — уверенно заявила Инна, разбирая локоны Ви. — Вы точно совпали. Сначала по странным никам в сети, которые сразу поняли. Затем по именам. — Она с неверием встретила вопросительный взгляд Виолы в зеркале. — Что? Оба имени на «В» и состоят из пяти букв. Знак за знаком.