НА РУСЬ!
Шрифт:
– Внимание! – донеслось от головы колонны, и мелкая рысь лошадей замедлилась.
– Дошли, – выдохнул, не вмешивавшийся до сей поры в наш разговор, Диландай.
Ехавшие впереди нас Бурундай и Тань Я пришпорили лошадей и устремились вперёд. Мы поскакали следом.
«Интересный собеседник этот булгарин, – думал я, не упуская из виду покачивающуюся спину принцессы. – И жизнь помотала его как следует. Такое только в приключенческих романах следует описывать. И предателем зря поспешил его определить. Такова мораль тогдашнего общества».
Скакавшие
– Огни, господин, – доложил вполголоса десятник из дозора.
– Где? – хрипло спросил Бурундай.
– В заводи на том берегу.
– Сотню Азана ко мне! – приказал темник.
Через пять минут явился сотник. Бравый и кривоногий он, преданно вращая глазами, вытянулся перед Бурундаем.
– Берёшь свою сотню и сотню Ятыгея и переправляешься на тот берег, —коротко приказывал темник. – Захватываешь лодьи и сигналишь нам. Главная задача – никого не упустить живым. Головой ответишь!
– Я всё исполню как надо, господин,– довольно осклабился парень. – Никто не уйдёт.
Диверсанты ушли, и ночь поглотила буруны, оставляемые их лошадьми на воде. После полутора часов мучительного ожидания с противоположного берега замигал сигнальный огонь. Все облегчённо вздохнули.
– Тысяцкие, переправляйте своих людей! – невозмутимо приказал Бурундай. Ни один мускул не дрогнул на его прокопченном степными ветрами лице.
Меж тем Восток уже подёрнулся серым налётом предрассветного пробуждения. Лёгкие брони кавалеристов покрылись мелкими каплями туманной влаги.
– Опаздываем, – негромко произнёс темник.
– Успеем, – успокоила его принцесса. – Бату выдержит.
– Лошадей оставить с коноводами! – приказал Бурун- дай. – Идём налегке.
Сменяя друг друга на вёслах, мы понеслись по быстрому течению Яика к своей судьбе. И вот, когда нос струга вынырнул из-за очередного поворота, перед нами предстала картина битвы.
Монгольское войско было окружено и сражалось с героизмом обречённых. Волны булгарских конников накатывались на круг обороняющихсяи откатывались назад. А на земле оставались раненые и успокоившиеся на века убитые.
По рядам булгар пронёсся радостный крик, когда они заметили нас и приняли за своих. Половина дела была сделана.
В полном молчании суда причалили к берегу. Самые нетерпеливые, не дожидаясь пока кили лягут на дно, прыгали в воду. И орда дико визжащих людей ринулась в бой. Булгарские воины недоумённо остановились, озираясь по сторонам. Понимание происходящего пришло быстро, а вместе с ним и отрезвление.
Очень тяжело настроившимся на победу перестраиваться. Здесь необходим опыт закалённых воинов и талант полководца. А в армии булгар было много ополченцев. Они-то первыми и побежали. Булгар было больше, но им стало страшно, а победа – дама капризная. Она не любит тех, кто не желает за неё сражаться.
Битва была кровопролитной. Несмотря на то, что ополченцы дрогнули, основные войска булгар стояли насмерть. Мы с Диландаем
– Нам что, больше всех надо, – досадливо ворчал Ди- ландай, отбивая пику булгарского кавалериста и подрубая жилы его коню. – Так я и до старости не доживу.
– Ты что, брат, собрался жить вечно? – кричу я, едва успев прикрыть девчонку своей грудью. Вернее, чжур- чженьским доспехом, что на мне надет.
Больно, чёрт побери! Но хорошая бронь выдержала и на сей раз. Я подмигиваю Диландаю, что, мол, пора принцессу потихоньку вытеснять из кровавой каши. Наши попытки удаются, и мы останавливаемся в стороне от занятой убийством толпы. Тяжело дыша, мы оглядываемся по сторонам. Да уж, наделали делов.
– Тихо! – поднимает руку Тань Я.
– Кто-то стонет, – согласно кивает головой Диландай.
А я уже скидываю наваленные трупы, из-под которых доносятся стоны раненого. Вот и разметавшиеся, слипшиеся от крови, рыжие волосы.
– Алтынчеч! – присвистнул я обескуражено. – Ну почему мне! – Я уже понял, что не выдам раненую девушку и от этого злился на себя ещё больше.
– Ты чего? – вопрос Тань Я остался незавершённым. – Нет! – произнесла она, взглянув мне в глаза. – Она принадлежит Бату. Ты не сделаешь этого!
– Я уже делаю, она спасла нас от смерти, – недовольно поморщился я, разглядывая её рану. – Диландай перевяжи, а я посмотрю по сторонам.
– Эх ты, —по-детскиобиженно произнесла принцесса.
– Девочка моя, ты ведь лучше меня знаешь, что с ней сделает Батый. Это не моя война, я не собираюсь отдавать её на заклание. А ты подумала, почему именно мы оказались рядом с ней?
– Ты скажешь, что это провиденье высших сил, – махнула рукой принцесса.
– Вот видишь ты и сама всё понимаешь, – улыбнулся я. – Когда-то вот также я спас и тебя. Ты ведь об этом не жалеешь?
– Порядок, – произнёс Диландай.
– Ты это зачем? – удивился я, разглядывая совершенно лысую голову Алтынчеч.
– Маскировка, – пожал плечами куин. – Теперь она не Златовласка.
– Сговорились, – махнула рукой Тань Я.
Я приказал Диландаю спрятать нашу опасную находку.
Сеча меж тем заканчивалась. Монголы азартно преследовали и добивали бегущих булгар. Мы с Тань Я направились в сторону развевающегося бунчука Батыя и стали там свидетелями встречи.
– Вовремя ты подоспел, темник, – проворчал залитый с головы до ног кровью Батый.
– Я спешил как мог, мой хан, – прислонил кулак к груди Бурундай и, отдавая дань справедливости, добавил, – если бы не принцесса Тань Я, праздновали бы сегодня победу булгары.
– Вот как! – скосил узкие щёлки глаз на подошедшую принцессу Батый, но спрашивать ничего не стал. А зачем? Раз его полководец делится успехом с кем-то ещё, значит, тот его заслуживает.