На разных широтах, долготах...
Шрифт:
— К причалу у Городского дворца, а оттуда на машине на восточный берег озера Фатех Сагар. Там есть, что посмотреть.
— Скажите, а когда оголились эти горы, окаймляющие озеро? — поинтересовался я у Даса. Вы давно здесь живете?
— С тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года. И сколько я себя помню, всегда было так. У берегов зелень еще есть, а чуть повыше и до вершин — редкие деревья, островки кустарника. А когда-то… Вы же видели картины в Городском дворце? На многих нарисованы эти озера в обрамлении покрытых
Кажется, будто зеленые чаши наполнены голубой водой — бирюза в обрамлении изумрудов. За сотни лет люди фактически покончили с лесом…
— А что за башни стоят то тут, то там на склонах гор?
— Не узнали? А в Городском дворце они изображены на картинах. Помните сцены охоты? Раньше кругом был лес и егери подгоняли тигров к башне, а с балкона махарана или его сыновья стреляли в беззащитных животных, находясь в полной безопасности.
Слушая Даса, я действительно вспомнил несколько картин, на которых изображались загонщики, некоторые на слонах и лошадях. В центре башня, и усатый махарана целится из ружья в загнанного, мечущегося тигра. Может быть, именно его шкуру мы видели в отеле «Лакшми Вилас»?
— Но не все башни, что вы видите, — для охоты, — вступил в разговор Гопи. — Большинство из них — сторожевые. В них находились наблюдатели. Денно и нощно они высматривали возможных врагов и лазутчиков. А почему вы ничего не спрашиваете о крепостной стене, поднимающейся по склону горы?
— Тут все ясно! Я вижу ее со вчерашнего дня. И понимаю, что Удайпур сотни лет был крепостью и нуждался в защитных сооружениях. Но скажите мне другое: здесь действительно водятся тигры?
Гопи рассмеялся, а Дас с удивлением посмотрел на него.
— Да что вы, официант прихвастнул. Ни тигров, ни крокодилов тут и в помине нет. Мистер Дас, расскажите об охоте в районе Удайпура.
— В оставшихся лесах и зарослях до сих пор водятся дикие животные и птицы. Вы можете получить у соответствующих властей муниципалитета лицензии на отстрел кабанов, коз, оленей, зайцев, уток, бекасов… пантер и медведей!
— Неужели пантер до сих пор всех не истребили? — изумился Гопи.
— Представьте себе, нет!
…Катер причалил, в полусотне метрах нас ожидала автомашина.
— Куда мы теперь? — спрашиваю я.
— Сперва в Моти Магри, затем в Сахелион-ки-Бари.
Мое внимание привлекли красочные, большие рисунки на жилых домах, мимо которых мы в это время проезжали. Двери были обрамлены своеобразными орнаментами. Чаще всего встречались изображения слонов. На их могучих спинах сидели кроме махоутов, погонщиков, еще два-три седока — усатые, в богатых одеждах, титулованные и знатные персоны. Они восседали на удобных сиденьях, можно сказать, креслах, водруженных на спины слонов. Кроме того, на стенах изображались и всадники, гарцующие на горячих скакунах.
Слоны и кони были изображены в цветных, красивых попонах зеленых,
— Почему на стенах такие рисунки? — спросил я.
— Их рисуют на домах, где происходят свадьбы или отмечаются какие-либо торжества, — пояснил Дас.
— А потом что с ними делают?
— Они могут долго сохраняться. Обратите внимание на дом, к которому мы приближаемся… Видите, краски рисунков совсем свежие. Значит, событие отмечалось недавно, а может быть, здание только-только подготовили к торжеству. Бывает, что рисунки сохраняются несколько лет — до очередной побелки или покраски дома.
Еще и еще появлялись в поле зрения и исчезали разукрашенные жилища удайпурцев. Ни на одном из них рисунки не повторялись. Все они были своеобразны, интересны и, можно сказать, уникальны. Над входом в один из домов было изображено подобие солнца — как и в Городском дворце…
Беспрерывно подавая звуковые сигналы, наш шофер гнал машину, распугивая пешеходов и велосипедистов. Наконец, оставив справа на вершине холма уже знакомый нам отель «Лакшми Вилас», мы выехали на «серпантин драйв» — так называют извивающееся вдоль восточного берега озера Фатех Сагар шоссе. Слева по ходу машины тянулась белая ограда более чем метровой высоты. Вся она четко отражалась в спокойной голубой глади озера. Через заднее стекло можно было увидеть не только ограду, но и кроны деревьев в глубине воды и небольшие здания насосных станций, «окунувшиеся» в озеро крышами вниз.
— Долго нам еще ехать до Моти Магри? — спросил я. Но вместо ответа Гопи высунул руку в открытое окно автомашины и указал на длинный зеленый остров посреди озера:
— Это островной парк имени Джавахарлала Неру.
— И давно он существует?
— С конца тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года, — ответил Дас. — Его засадили кустарником, большими деревьями, в том числе пальмами. Устроили зеленые газоны, цветники, соорудили фонтаны, беседки, бассейны с водой, лужайки, на которых устраиваются пикники. Когда темнеет, высокие фонтаны подсвечивают разноцветными электрическими лампочками. Очень красивое зрелище.
Действительно, парк имени Неру выглядит превосходно. Сам остров, на котором буйно растут деревья и цветы, прямоугольной формы. Его берега одеты в камень и бетон и отвесно уходят в воду. На углах прямоугольника стоят беседки с куполообразными крышами. Опорами служат колонны. Строители ничего не выдумывали. Они взяли в готовом виде все то, что уже было изобретено и построено сотни лет назад. Поэтому архитектура парка не нарушает ансамбля удайпурских дворцов.
— А что это за судно стоит у северо-восточной оконечности острова-парка?