На разных широтах, долготах...
Шрифт:
Как правило, морские жемчужницы-пинктады ведут «сидячий» образ жизни. В естественных условиях они прилипают под водой к скалам, камням, причем не в одиночку, а так называемыми гроздями и колониями. Поэтому условия жизни в садках для них райские: проточная теплая океанская вода и изобильный планктон.
Когда извлекают готовую жемчужину, раковину можно использовать еще раз. Но вторая жемчужина, которую она породит, почти всегда меньше и хуже качеством. Поэтому при наличии большого количества жемчужниц нет особого резона заниматься повторной
Но есть еще вариант. Вы знаете что-нибудь о полукруглых жемчужинах? Нет! Тут дело обстоит проще. Внутрь раковины подклеивают парочку полукруглых камешков. В результате деятельности организма жемчужницы эти инородные тела в течение нескольких месяцев покрываются перламутром и превращаются в крупные полужемчужины. Так их называют из-за конфигурации. Ювелиры охотно используют полужемчужины в своих изделиях, а покупатели с удовольствием приобретают их. Само собой разумеется, что цена такого жемчуга значительно ниже.
Как известно, главными потребителями изделий из жемчуга являются женщины. Но полукруглыми жемчужинами интересуется особый контингент покупательниц. Поясню: если натуральные и культивированные круглые жемчужины здесь, в Австралии, белого цвета, то полукруглые имеют очень своеобразный, как говорят специалисты, «теплый», золотистый оттенок. А он очень импонирует женщинам с матовым цветом кожи. Поэтому полукруглые жемчужины австралийского производства охотно покупают средиземноморские и южноамериканские страны.
— А какая из стран является главным потребителем культивированного жемчуга, выращиваемого в бухте Кури? — спросил я Майкла.
— Япония.
Майкл поднялся с кресла и направился в свой номер спать, на ходу он пообещал:
— Остальное доскажу в самолете.
…Самолет набирал высоту. Спина все сильнее вжималась в спинку кресла.
— Мистер Коу! Я весь внимание…
— Мне посчастливилось поплавать на люггерах — двухмачтовых парусных судах. Они невелики, длиной всего около пятнадцати метров, но очень мореходны, устойчивы на волне и оснащены для проведения водолазных работ с применением современной техники.
В наше время без них не обойтись при сборе жемчужниц. Водолазы-добытчики на люггерах — японцы, большие мастера своего дела. Команда люггеров немногочисленна: восемь-четырнадцать человек.
Примерно пятая часть водолазов работает без скафандров, обнаженными, однако с применением аппаратов, называемых «кальян». Эти собиратели жемчужниц действуют на небольших глубинах. Они передвигаются по дну и тащат за собой воздушный шланг. Два люггера фирмы «Перле Птай Лтд» снабжены таким оборудованием. Что же касается остальных семи люггеров, то их водолазы работают в скафандрах и шлемах, именуемых в бухте Кури на местном жаргоне «твердыми шляпами». Сейчас в Австралии семнадцать люггеров. Знаете, сколько культивированных жемчужин производят в Австралии?
— Не имею ни малейшего представления.
— Сто тридцать две тысячи шестьсот семьдесят семь жемчужин! Их общий вес составляет семьдесят две
Увеличение и развитие производства пластмасс и синтетического жемчуга снизило спрос на культивированный жемчуг, точно также как последний в свое время возобладал на рынке над натуральным.
Любая девчонка купит за десять-пятнадцать долларов нитку синтетического жемчуга, станет рядом с богатой леди, у которой на шее ожерелье из натурального, и никто не отличит настоящее от искусственного. К тому же натуральный жемчуг при ношении на теле темнеет, а затем с течением времени разрушается. Вообще-то срок жизни натуральной жемчужины не более ста пятидесяти лет. А разрушение ее начинается примерно с шестидесяти. Так что если прабабушке на ее свадьбе подарили жемчужное ожерелье, то правнучка, получившая его по наследству, к концу своей жизни воочию сможет убедиться в его порче…
Но вернемся к люггерам. Сейчас в Австралии всего семнадцать специально оборудованных люггеров, занятых только добычей жемчуга. Из них одиннадцать в Западной Австралии, пять в штате Квинсленд и один в водах Северной Территории. Как видите, большинство из них в местах, о которых я рассказываю вам. Когда-то городок Брум называли «домом» люггеров. В тысяча девятьсот третьем году на его рейде было от трехсот до трехсот пятидесяти этих славных парусников-трудяг. Во время жемчужного бума на побережье Западной Австралии население Брума составило к тысяча девятьсот десятому году четыре тысячи человек.
Добыча жемчуга и перламутра, согласитесь, — профессия романтическая. Она сохранилась в Австралии и в наши дни. Однако о ее размахе в прошлом напоминают лишь печальные могилы искателей жемчуга в Бруме. Вспомните, как редки натуральные жемчужины. Чтобы найти одну, приходится поднять со дна океана тысячи и тысячи жемчужниц.
— А пришлось вам это увидеть во время четырех дней плавания на люггере?
— Да! Причем дважды. И обе жемчужины были подняты в третий день моего пребывания на нем. Это чудо произошло в районе Эйти-Майл-Бич, наиболее частом месте работы люггеров, на глубине около пятнадцати метров.
— А как работает водолаз в этом случае?
— Обычно. С борта люггера по трапу сходит в воду, опускается на дно и, передвигаясь по нему, собирает жемчужницы в сетки. По мере наполнения их поднимают на борт, выгружают на палубу и сортируют. Вот во время этой сортировки и были обнаружены среди больших ракушек две, в которых и нашли по жемчужине.
Что касается молоди жемчужниц, то в Кури ее рассортировали, разместили в корзинах и опустили в проточную океанскую воду в садках. Этим делом занимаются аборигены с острова Терсди. Они традиционно работают на фермах в бухте Кури, на мысе Левек и на своем острове. В Кури их человек двадцать, а может быть и больше.