На райскую планету

Дилов Любен

Ники был утомлен своими переживаниями, что его стало клонить в сон. Он побоялся уснуть прямо в каше, вышел, натянул на себя мягкое трико, которое ему дали в лунном лагере, и лег. Он не знал, сразу ли уснул или именно в этот момент Мало нырнул в подпространство, и удар погрузил его в долгий одуряющий сон. Ники снова увидел Сашо и Селу, снова разговаривал с их мамой, снова спускался по веревочной лестнице в кратер, где лежал потерпевший аварию лунолет, бегал на руках и нес на пятках целую стопку тарелок, с хрустом жевал лунные яблоки. Потом спел песенку про белого зайчишку и снова

пережил ужас одиночества. Потом стены. Мало начали корчиться как в предсмертных муках, и он заметался туда-сюда, думая, что его вот-вот раздавит. Но они его не раздавили, а выбросили наружу, и Ники грохнулся на что-то твердое.

Его падение напомнило падение на Луну, но было иным. Он сильно ободрал локти и колени, не защищенные скафандром. Во сне это или наяву? В ночном небе чуть мигают еле видные звездочки. И Мало куда-то девался…

Да, Мало и вправду исчез! Слева темнеют кроны деревьев. Самых обыкновенных деревьев! Напротив светятся окна длинного здания, а сам он лежит на песке, между этим зданием и деревьями. Все кругом земное, знакомое и незнакомое, но земное. Кажется, Мало выбросил его довольно бесцеремонно, все тело болит. Ники встал и осторожно перевел дух. В воздухе пахло бензином и разогретым за день асфальтом.

По песку заскрипели шаги. Уж не тот ли это сторож, который прогнал Нуми с выставки в самом начале путешествия? Да разве сама выставка научного и технического творчества молодежи еще продолжается?

Сторож тоже заметил мальчика, но не стал браниться, как в прошлый раз, а позвал издалека:

– Эй, ты кто такой?

Он явно боялся мальчика, а Ники не знал, что ему ответить. Называть свое имя было глупо, и он пробормотал:

– Да я… вот пришел…

– Экий ты нетерпеливый, – засмеялся сторож; рассмотрев мальчика, он успокоился. – Выставку-то откроют только завтра, в десять часов.

– Как – завтра? – вздрогнул Ники. – Какую выставку?

– Молодежно-научную… – Сторожу явно быта скучно ходить в одиночку вокруг павильонов, и он подошел к мальчику поговорить. – Я было подумал, экспонат какой сбежал, что ли! Там внутри полно всяких искусственных человечков. Как их там, роботы что ли?

– Я не искусственный, – сказал Ники, совсем запутавшись в тревожных сомнениях: если выставка открывается только завтра, то что бы это значило?

– Вижу, – засмеялся сторож. – А что надобно здесь тебе в такую пору?

Ники боязливо спросил:

– Дядя, а не было здесь у вас недавно одного происшествия? С таким огромным существом из космоса вроде тыквы и с маленькой девочкой из другой цивилизации? Которых ты прогнал с выставки?

Сторож пристально посмотрел на Ники, а потом добродушно сказал:

– Слушай, парень, беги-ка ты домой! Какие там тыквы и цивилизация среди ночи! Тебе спать пора!

Сердце дрогнуло. Перестарался ли Мало, вертясь вокруг звезды с обратным ходом времени, или нарочно вернул его домой до открытия выставки? До того, как примчал Нуми на Землю, до того, как состоялось их космическое путешествие. Но разве это возможно? Что это за путаница со временем? Каждому известно, что все на свете относительно, но ведь не настолько же! И не на Земле

же, где с незапамятных времен царит упорядоченное время и человек всегда знает, что после чего бывает!.. Но раз Мало мог перенести его в будущее Луны, почему бы ему и вправду не вернуть Ники в прошлое Земли…

Только теперь Ники осознал, что и скафандра нет. То ли Мало его выбросил, то ли унес с собой, верный правилу о том, что нельзя смешивать разные цивилизации.

– Ты чо ищешь? – поинтересовался сторож, увидев, что Ники чуть не в панике шарит по песку.

– Тут был маленький аппарат, вроде магнитофона, – волнуясь, ответил ему мальчик; аппарата тоже нигде не было.

– Слышь, ступай-ка домой, – настоятельно сказал сторож. – Пускай тебе смеряют температуру. А ежели что найдется, я те завтра отдам. Придешь на выставку, загляни ко мне.

Ники выпрямился, в отчаянии опустив руки. Хоть бы аппарат, хоть бы этот аппарат ему оставили на память!

Сторож пошел проводить его и снова спросил, что он искал на площадке перед главным входом. Николай не ответил. Площадка была гладкая, никаких следов ямы, которые оставались после Мало, когда ему нужно было зарядиться кремнием, чтобы восстановить запасы энергии. Да и откуда ей быть, когда Мало еще и не прилетел! И мальчик уже в полной растерянности сказал: «Спокойной ночи».

– Спокойной ночи, парень, – отозвался сторож. – Ты не больно-то нажимай на фантастику с техникой, а то чего доброго, совсем спятишь!

Почему бы и не спятить, говорил себе Ники, шагая по знакомым улицам родного города мимо темных витрин магазинов. Тут очень даже легко спятить. Что же это получается? Значит, вообще ничего не было? Как же так? Тогда где же мой портфель, моя одежда? И откуда на мне это трико?

Он подошел к дому в ту минуту, когда оттуда выходил, согнувшись в три погибели, будто что-то искал, его собственный прадед. Несмотря на преклонный возраст, старик был еще бодр и часто приходил к ним в гости, благо жил неподалеку.

– Дедушка! Дедушка! – закричал мальчик.

Старик выпрямился. Увидев правнука, он обрадовался, но заворчал:

– Ты где шляешься, сорванец?

– Дед, я в космосе был!

Старик улыбнулся.

– Что-то ты частенько стал туда наведываться, милый! Ох, и влетит же тебе, и поделом! На целый день сбежал куда-то, даже в школу не ходил, мать проверила.

– Да нет, деда, я правда, вот посмотри, – начал Ники, показывая на трико, но тут же замолчал. Ведь его лунный тренировочный костюм почти не отличается от земного.

– За свою долгую и нелегкую жизнь, – начал старик точно так, как его правнук Ники говорил пирранской девочке Нуми, – я убедился, что каждому мальчишке случается пошляться на свободе день-другой. Это вполне законно. Плохо только, что в такие дни матери очень тревожатся, уж так они устроены. Я в твои годы тоже удирал из школы… Правда, не в космос, а на виноградник. Весь день прятался в шалаше.

– Но дед, я же вправду… – перебил его Ники сквозь слезы.

– Конечно, вправду, – засмеялся старик. – Скорей беги домой да успокой мать. И не злись, если получишь по затылку, ты это честно заработал.