На полпути к себе

Иванова Вероника Евгеньевна

Я начинаю неудержимо краснеть. Как-то не привык, чтобы мне признавались... если не в любви, то в весьма нежной симпатии. Мин видит моё смущение и заливисто хохочет:

— Какой ты смешной!

— Смотри: обижусь!

— Не обидишься... — она внезапно хлопает по моему плечу своей сильной ладонью. — Бег, это, конечно, хорошо, но надо и силу рук развивать... Хозяйка вроде стирку затевает — воды уйдёт... Не хочешь помочь носить?

— Не хочу, — совершенно искренне отвечаю я, но разве её интересует мой ответ?

— Тогда будешь носить через «не хочу», — ладонь на плече сжимается мёртвым захватом, и я вынужден следовать за воительницей...

Ближе

к концу дня, когда я с отвращением прислушивался к дрожи в натруженных руках, в комнату бесцеремонно проник Кэл с внушительной корзинкой, прикрытой салфеткой. Из-под салфетки доносились тревожащие нос запахи сырокопчёного мяса, сыра и свежего хлеба. Я недовольно нахмурился:

— Это подкуп?

— Скорее, взятка, — в тон мне ответил эльф.

— По какому поводу?

— Ты обещал разговор, — напомнил Кэл, расставляя на столе аппетитную снедь и украшая полученный натюрморт пузатой бутылкой.

— Обещал, — подтверждаю, всё ещё не понимая, чем обязан щедрости листоухого.

— Беседовать лучше в добром настроении, — продолжил свою мысль Кэл. — А самое доброе настроение появляется после сытной, но не обильной трапезы, сдобренной вином!

— Вообще-то, я не голоден... — звучит немного неуверенно, и эльф усмехается:

— Я могу и один всё это съесть.

— Ну уж нет! Живот болеть будет, — я устраиваюсь в одном из кресел, а Кэл занимает другое и разливает по бокалам тёмно-розовую жидкость, источающую божественный аромат.

— Гэльское?

— Оно самое.

Минуты две-три мы катаем на языках терпкие сладковатые капли, потом дружно тянемся за ломтиками сыра.

— Итак? Я — весь внимание.

— Помнишь, я говорил, что мне поручено некое дело... — задумчиво глядя в бокал, начал эльф. — Оно имеет особое значение для Совета Кланов, и моя кандидатура для его выполнения долго обсуждалась и была, в конце концов, утверждена, но... Ближайший месяц я не приду к нужной форме, увы.

— Сожалею... Я виноват...

— В какой-то мере, — кивает он, пригубливая вино. — Но не смею тебя в чём-то обвинять... Я хочу кое-что обсудить.

— Давай попробуем.

— Утром стало известно, что вместо меня делом займётся мой младший брат. Ты его знаешь...

— Хм, а он не слишком молод?

— Совет посчитал, что Хиэмайэ вполне подходит. Не спорю, он хорошо обучен и получил все необходимые инструкции, но...

— Но ты опасаешься, что мальчик не справится?

— Не совсем... Я боюсь, что он может попасть в сложную ситуацию, из которой в силу скромного опыта просто не найдёт выход.

— Возможно. Но как иначе он сможет чему-то научиться?

— Согласен... Но пойми: я тревожусь за него... После смерти Мийи он — всё, что осталось от моей семьи. И потерять его... — лиловые глаза на мгновение подёрнула скорбная тень.

— Понимаю.

— Ему нужен напарник, который, не прямо, а украдкой будет ему помогать.

— В чём же проблема? У Совета нет подходящих идей?

— Совет рассержен... моим поведением и не пойдёт на то, чтобы наделить брата сопровождающим, — сконфуженно признался Кэл.

— Это уже точно известно?

— Да.

Я помолчал, пережёвывая кусочек ветчины.

— М-да... А почему ты завёл этот разговор со мной? — не думайте, я не так уж туп, как кажется, но мне не хотелось самому делать вывод, который может озвучить другой человек... то есть, эльф.

Кэл посмотрел сначала в наполовину опустошённый бокал, потом — на стол, в конце концов, остановив сосредоточенный взгляд на вашем покорном слуге:

— Здесь нужен не просто наёмник, который отрабатывает уплаченную сумму, потому что...

—

Потому что платы попросту не будет? — усмехаюсь и тянусь за новым куском ветчины.

Эльф недовольно дёргает плечом:

— И это — тоже... То есть, я могу оплатить услуги... из своих личных средств, но вряд ли кто-нибудь согласится на мои условия...

Я сдерживаю понимающий смешок — исключительно, чтобы не обидеть своего собеседника. Всё с тобой ясно, lohassy! В силу нежного возраста и давней утраты родителей ты и твой брат пока подлежат опеке, а высокородные эльфы, исполняющие сей долг, не будут расшвыриваться семейной казной, финансируя сомнительные приключения [22] ... Обидно, конечно, но в данном случае я ничем не могу помочь. Разве только...

22

«...Как и любая долгоживущая раса, эльфы не приемлют единичного понятия «совершеннолетия», поскольку для них невозможно установить чёткую границу между сугубо подростковым периодом ошибок и упрямых заблуждений и взрослой, продуманной и нередко из-за этого скучной жизнью... Эльфы проходят три этапа взросления. Первое совершеннолетие празднуется в тот период, когда организм по своим характеристикам и возможностям максимально приближается к пределу, за которым начинается всестороннее развитие заложенного при рождении, но резких чисто физических изменений произойти уже не может. Ни в коем случае нельзя считать, что этот период совпадает с половым созреванием: как правило, установившаяся способность к деторождению у эльфов только знаменует собой начало формирования «взрослого» тела... Второе «совершеннолетие» может произойти и через год после первого, и через несколько сотен лет, поскольку связано с моральными качествами личности. До этого момента эльф считается неспособным отвечать за свои поступки и целиком и полностью зависит от родителей или опекунов... Третье «совершеннолетие» означает право отвечать не только за себя, но и за тех, кто по каким-либо причинам оказался зависим от взрослеющего эльфа. Соответственно, промежуток времени между вторым и третьим этапом взросления может растянуться на всю жизнь, и, как это ни прискорбно, эльф так и останется под официальной опёкой Клана, либо — в отдельных случаях — лиц, назначенных Советом...»

«Гобелены Древней Крови», том 2 — «Эльфийские Кланы», Большая Библиотека Дома Дремлющих, Архив

— Но ты, похоже, нашёл выход? — щурюсь, стараясь не подпускать в голос ехидства.

— Мне думается, да, — кивает Кэл.

— Когда думается — это хорошо, это правильно... Поделишься соображениями?

— Без этого никак, — притворно вздыхает эльф.

Я подливаю вина в бокалы и откидываюсь на спинку кресла.

— Готов выслушать.

— Я вижу, — тонко улыбается Кэл.

— Тогда зачем тянешь время?

— Думаю, какова будет твоя реакция на мои слова.

— А в некоторых случаях думать — вредно! — глубокомысленно изрекаю я. — Скажи, и узнаешь.

— Тоже верно... — соглашается он, но выдерживает паузу. Мне надоедает ходить вокруг да около, и я излагаю суть дела вместо листоухого:

— Ты полагаешь, что брату нужен МОЙ присмотр.

— Умгум, — эльф прикладывается к бокалу.

— Аргументация?

— У тебя получится, — лиловые глаза хитро щурятся из-под серебристой чёлки.

— И всё?

— Разве недостаточно?

— Как посмотреть... — я, на несколько глотков, задумываюсь. — У меня есть некоторые сомнения... Даже возражения.