На перекрестке миров
Шрифт:
Я пошевелила кистями, убеждаясь, что, в случае чего, сумею высвободится. С этим сложностей не возникло. Однако, подобное положение все равно было крайне неприятно. Унизительно даже. Видимо, весь мой вид говорил об этом, потому что Рейнар вдруг виновато произнес:
— Не смотри на меня так. Думаешь, мне это нравится?
— Откуда я знаю. Может, ты скрытый садист, — не удержалась от колкости. Хотя разумом понимала необходимость подобных мер.
— Ну так, тебе же нравятся садисты, — в свою очередь поддел меня Рей, вновь возвращаясь к больной теме.
Да сколько
Внутри все кипело от праведного гнева, но скандалить я предусмотрительно не стала. Не время сейчас выяснять отношения, есть дела и поважнее. Но все же не удержалась и толкнула Рея кулачком в грудь, демонстрируя свое отношение к таким его высказываниям.
И ударила-то вроде не сильно, так, для демонстрации. Но ингирвайзер резко выдохнул и чуть ли не пополам сложился от моего толчка. Видимо, я попала как раз по больному месту.
— Ох, прости, не хотела, — тут же спохватилась я, судорожно заглядывая ему в лицо. — Очень больно?
Фрей прижимал руку к груди и дышал глубоко и медленно. Даже глаза прикрыл, справляясь с дурнотой. А мне сделалось мучительно стыдно. Вот же неуклюжая дуреха!
— Лучше не стало? — решилась спросить я, все еще надеясь, что Кристальная роса хоть немного начала действовать.
Капитан отрицательно мотнул головой, а я отвернулась, скрывая глубокое разочарование. Кажется, раны и не собираются затягиваться. Неужели вместо Росы мне подсунули подделку? Если так, выходит, все было напрасно. Все пять дней мучений, унижений и боли…
Закрыла лицо ладонями, не в силах справиться с накатившими эмоциями.
— Не переживай, сейчас все пройдет, — по своему расценил мой жест Рей. — Идем. Некогда тут рассиживаться.
Капитан на скорую руку сгреб угли и прикопал вместе с обглоданными костями ящера под ближайшим кустом.
После того, как следы лагеря были скрыты, и я тщательно закрыла лицо и волосы импровизированным платком, мы тронулись в обратный путь. Той же дорогой, что шли вечером. Прошли и мимо Исполинского древа. Напились сока и набрали немного с собой. Жидкость текла медленно, неохотно, и ждать, пока наберется полная фляга, мы не стали. В небе уже занимался рассвет. Еще немного, и нас будет хорошо видно со стороны тракта, идущего в город.
Дальше мы направились к камню, где капитан давеча схоронил наше имущество. К уже лежавшим в тайнике платью и хлысту добавились сапоги Фрея и мои обкромсанные ботиночки. Слишком уж приметной для здешних мест оказалась обувь. Так что теперь и мне пришлось идти босиком.
После ночной свежести земля еще не успела прогреться, и обжечься мне не грозило. Вот только, от мелких камушков и веточек, что впивались в босые ступни, я, увы, была не защищена и к тому времени, как мы вышли к тракту, успела изрядно стесать пятки.
Рей хмуро посмотрел, как я хромаю, и тяжко вздохнул.
— Потерпи еще немного. Как доберемся до города, найду тебе какую-нибудь обувку.
Я согласно кивнула и поплелась следом за ингирвайзером, понимая, что изрядно его торможу. Без меня Рей уже давно бы добрался до предместий ингирского поселения. На то, как сильно ноют
Но с другой стороны, здесь нас подстерегали другие опасности. Уже через четверть часа на встречу попались первые путники — небольшая самоходная телега, груженная какими-то тюками и парой пассажиров весьма потрепанного вида. Я вся сжалась и опустила глаза в землю, как и велел капитан. Казалось, стоит только поднять взгляд и нас тут же повяжут. Что касается моего спутника, тот продолжал невозмутимо смотреть вперед и даже шагу не сбавил, уверенно ведя нас к цели.
Повозка проехала мимо, и я с облегчением выдохнула, даже не представляя, как смогу держаться, когда мы окажемся на кишащих ингирами улицах.
Череда приземистых каменных зданий неуклонно надвигалась, и, чем ближе мы подходили к городу, тем сильнее тряслись коленки. Я зачем-то усиленно прятала кисти рук, оттягивая рукава непривычной одежды. И все время старалась держать голову опущенной, очень надеясь, что сойду за послушную рабыню. Эх, вуаль бы сюда…
Опасения мои оказались напрасными. Встреченные редкие горожане не обращали на нас внимания, спешили по своим делам, изредка переговариваясь на непонятном языке, изрядно напоминающем змеиное шипение. Рей крепко держал короткую веревку, ведя меня, словно телушку в поводу, и уверенно лавировал меж приземистых построек. Я же, осторожно подняв глаза, увидела над крышами халуп высокую каменную стену, отделяющую центральную часть города от нищих кварталов. Всполошенно подумала, что если есть стена, значит, в ней есть и ворота. А если есть ворота, на них должна стоять стража. Бросила испуганный взгляд в спину ингирвайзера. Мать Прародительница, надеюсь, он знает, что делает…
Рейнар точно почувствовал мой взгляд, коротко обернулся и ободряюще кивнул. Неожиданно сзади меня толкнули в плечо, я испуганно пискнула, а капитан, дернув за привязь, что-то злобно прошипел. Лысый, точно коленка, эврянин в залатанной серой одежде что-то пробормотал и принялся часто кланяться, косясь на плетку, висевшую на поясе Рейнара.
Вид мужичок имел испуганный и был весь какой-то выцветший, лучшего определения мне в голову не пришло. Бледная серая кожа, тусклые глаза неопределенного цвета, да еще на шее я успела заметить россыпь каких-то язвочек.
Придвинулась поближе к Рею, а тот, брезгливо махнув рукой, взял меня под локоть и с величавым видом свернул на боковую улочку.
— Кажется, пронесло, — сказал он негромко, когда мы углубились в тень низких домов. — Похоже, оружие здесь говорит о высоком статусе, да и одежда нам досталась неплохая. Но все равно, людных мест будем по возможности избегать.
Точно в ответ на его слова, в ближайшей хибаре приоткрылась дверь, и показалась чья-то зеленоватая рука. Под ноги нам выплеснулась какая-то бурда, то ли испорченное вино, то ли еще что похуже. Резкий запах ударил в нос, дверь хлопнула, закрываясь, а я, тихо застонав, с трудом сдержала рвотный позыв.