На острие
Шрифт:
Рокано прыснул, словно я сказала что-то очень смешное:
— Реально дура? Или так удачно притворяешься?
Я надулась; хотела ответить, что сам такой, но сдержалась.
Рокано пояснил:
— Видишь ли, в Кланах рады дочерям куда больше, чем сыновьям.
— Почему? — в патриархальных семьях, придерживающихся строгому укладу, это было странно.
— Да потому что сын — всегда сын, даже если его взгляды расходятся со взглядами родителей. Когда такое случается, Клан может погибнуть.
— И
— Не догадываешься? Их можно выдать замуж за правильного человека. И передать власть зятю не опасаясь погубить род.
Час от часу не легче. Как же мало мы знаем о Кланах!
— Кажется, для тебя это новость, — Рокано выглядел удивленным. — Мать что, совсем ничего не рассказывала?
— Я только сейчас узнала, что она, вообще, была в Клане.
— Отец прав — тебе придется многому научиться. Я помогу.
Подозрение подняло голову, как растревоженная змея:
— Зачем вам это? Ну, Второму Клану?
— А сама подумай!
Дальше ехали в полной тишине. Но одно я поняла точно: впереди — большая игра. Только правила узнать не у кого. И что самое паршивое, отвертеться от участия не получится.
Несколько дней меня не трогали. День проходил в валянии на кровати, в просмотре телевизора, компьютерных играх и метаниях из угла в угол от скуки. Несколько раз в день в комнату вкатывали заставленный едой стол. Постепенно состав блюд менялся — те, что я ела охотнее, стали готовить чаще.
Мечта, а не жизнь!
Но через неделю от однообразия я едва на стену не лезла, и явившегося вдруг Рокано встретила чуть ли не с восторгом:
— Можно мне погулять?
— Не сейчас. Вечером у тебя важная встреча, так что начинай приводить себя в порядок.
— Какая? С кем?
— Неужели не хочешь познакомиться с дедушкой?
— Что?
Я приготовилась закидывать его вопросами, но Рокано уже исчез, а вместо него в комнату вошли… Проклятье! Вот только модных консультантов из Империи господина Би.
Теперь понятно, благодаря кому меня выследили. Даже захотелось придушить бедного стилиста. Тот улыбался чуть смущено и от самоуверенного лоска и следа не осталось. Парень с разноцветными волосами очень-очень хотел, чтобы его вспомнили.
Почему-то это польстило. И вместо расправы я улыбнулась:
— Давно не виделись!
Он просто расцвел! И это тоже оказалось приятно.
В этот раз его пальцы не были такими смелыми. И косметолог не отходила ни на минуту, вовремя меняя компрессы, маски и притирания. Молчаливая почтительность, какой меня окружили эти люди, отозвалась приятным теплом в животе. Новое ощущение было великолепным. Кажется, у роли Наследницы есть и приятные стороны. И это не дорогие вещи или косметика.
Беспрекословное подчинение. Страх сделать что-то не так. Почти щенячьи взгляды, полные благоговения. Так смотрят на
Но я ни та, и не другая. Я просто… дочь опальной дочери, и, может быть, к утру обо мне будет помнить только Ларс, если решит пересмотреть свои рисунки. Интересно, как там его комикс? Очередной выпуск пришлось пропустить — сначала я боролась за жизнь, а после сеть была недоступна: Менети строго следили, чтобы их пленница не совалась, куда не надо.
Для визита к Главе Первого Клана меня облачили в бело кимоно с розовыми цветами по подолу и нижней части длинных рукавов. Волосы уложили в замысловатую прическу, украсив шпильками такой искусной работы, что я дышать на них боялась: казалось, тонкая радужная пленочка лепестков лопнет, как мыльный пузырь от малейшего движения.
— Цветы крепче, чем кажутся, — заверил меня стилист с прической, напоминающей оперение попугая. — В этом они похожи на вас.
Нежданная поддержка смутила. А когда мужчина опустился на колени, чтобы помочь обуть деревянные сандалии, вдруг поняла: все будет хорошо. Я выдержу.
Уверенность сохранялась ровно до того момента, как двери зала, где проходило совещание Глав Шести Кланов, распахнулись.
48
Похоже, в Кланах все залы для важных приемов одинаковые: светлые стены с узкими полосками старинных картин, темная мебель. Две ленты столов. Между ними, как бы соединяя, расположился еще один — невысокий, так что устроиться за ним можно только на полу. Но несколько ступенек возвышения заставляли смотреть на сидящего там мужчину снизу вверх.
Я застыла, заметив знакомые черты. Этот разрез глаз, поворот головы, тонкие ноздри… Все это я видела в зеркале. Оттого и старалась туда поменьше заглядывать — говорили, что я похожа на маму.
Рокано, идущий справа и чуть сзади, неслышно опустился на колени. Пола кимоно натянулась — знак, что нужно последовать его примеру.
Точно! Он же все уши прожужжал о необходимости этикета: войти, опуститься на колени, поклониться, выпрямиться. И молчать, пока не спросят. Если спросят — мило улыбаться и все равно молчать. Говорить будут другие.
Пока склоняла голову к самому полу, услышала ровное:
— Уважаемый господин Торая, позвольте вас поздравить: после долгих поисков нам удалось найти вашу внучку.
— Чушь! — старик на возвышении даже подпрыгнул. — У меня нет родственников! Тем более — таких, — и хмыкнул, словно прочищая горло. Смотрел при этом куда угодно, только не на меня.
— Но, господин Торая, — не сдавался Глава Второго Клана, — Как можно допустить, чтобы прервался столь славный род? Мои люди с ног сбились, разыскивая дитя вашей пропавшей дочери. И, признаюсь, я не сразу поверил в успех. Только тест ДНК…