Шрифт:
Название На курорте
Автор Тёмная сторона Силы
Пейринг МайкрофтШерлок, ДжонШерлок
Жанр ангст, хёрт-комфорт
Рейтинг NC-21 за насилие, секса здесь нет
Предупреждение пытки, майндфакинг
Дисклеймер не моё, а жаль
Написано на Шерлок-фест по заявке Нон-кинк 13.62 Шерлок Майкрофт. Американская спецслужба узнает, что Шерлок жив и намерена вытянуть из него секретный код. Пытки. Майкрофт пытается спасти брата. А!
Автор не помнит, было ли у американского агента, который выпал из окна, имя в сериале, поэтому пусть будет Чарльзом Трейном. Действие происходит в одной из восточноевропейских стран, на ваш выбор.
–
Это почти признание. Скула саднит. Сердце сжимается, будто бы Джон держит его в кулаке крепко и осторожно, словно птицу. Шерлок проглатывает подступившие к глазам слёзы и говорит
– Джон, закрой шторы поплотнее, за домом могут следить.
Не рассказывать же Джону, в конце концов…
Дебби отставила коктейль и потянулась.
– Мне скучно.
– Я не нанялся тебя развлекать.
Чаку тоже до смерти надоело торчать у бассейна, следя за объектом. Объект развлекался в холодке возле барной стойки, лапая задницы двух девиц. Толстые пальцы в перстнях скользили по загорелой коже, девицы вертелись и повизгивали, бармен скалился, подмигивал и тоже, кажется, был не прочь прыгнуть в постель богатенького объекта.
У Деборы задница и сиськи тоже ничего. Отличное прикрытие. Девчонка, обожающая парней с большими деньгами, большими пушками и большими членами. Считает Чака таким же бандитом, как этот макаронник, приехавший сюда расширять бизнес, в дела не лезет. Отлично отвлекает внимание на себя. Для этого Чак её здесь и подцепил. Заскучала Ну пойди развлекись. Думает, он не заметил, как она уже полчаса пялится на вон того пижона
Дебби облизнулась. Мужчина, надо отдать ему должное, действительно был красив. Хорошо сложенное, проработанное тело, покрытое ровным загаром. Тут завидовать нечему, Чак и сам держал себя в отличной форме. Плавки-бермуды не дают уточнить, будут ли удачными планы Дебби на вечер. Губы… Чак и сам был бы не против, если бы ему с такими губами отсосали. Романтические кудри – в драке дают преимущество противнику. Глупая машина для секса, как раз самая пара для этой соски. Ну кто играет в пляжный волейбол, не снимая тёмных очков
Правильно. Бамс! Попытка неловкого флирта – брошенный Дебби предмету интереса мячик – сшиб чёртовы очки и безнадёжно их испортил. Уборщики метнулись подбирать осколки, Дебби тут же взяла быка за рога, принялась ощупывать лицо жертвы, первый тактильный контакт прошёл успешно.
– Ах, вы ничего себе не повредили Я такая неловкая!
Пижон дёрнулся - кажется, что-то всё-таки повредила, - и заворковал в ответ по-французски всякую банальщину. Типа с ним всё хорошо и от такой прелестной девушки готов стерпеть что угодно. Образ рыцаря дополнился новыми подробностями.
Рыцаря. Стоп. О дьявол и все его черти! Чак замер, сердце подскочило к горлу и бешено забилось. Пред ним стоял покойный Шерлок, мать его, Холмс, недоделанный сэр, родственник Снежной Королевы, не вылезающий круглый год из пальто и вечно бледный до синевы. Стоял тут загорелый, в пёстрых плавках, в тёмных контактных линзах и клеился к чаковской типа девушке, социопат, асексуал и всё такое прочее. Ну вот, они уже идут к бару выпить, Дебби и его повышение по службе, золотая голова, ходячий сейф для ключика от всех дверей. Становятся рядом с объектом, бывшим объектом, к чёрту объект, он ничего не стоит по сравнению с этим бриллиантом. Щебечут. Дебби ни слова не знает по-французски, но язык любви интернационален, Холмс, скотина, улыбается и хлопает глазами, как чёртова кукла, трогает её за кончики пальцев, рука медленно скользит выше, а рядом
Крикнуть, сдёрнуть его с барного стула, ударить в живот так, чтобы никто не заметил быстрого укола, ещё пару горячих, чтобы из носа брызнуло. Ребята моментально подыгрывают Джек оттаскивает Чака, Дик уводит едва переставляющего ноги Холмса, «я его друг, я позабочусь о нём…». Наконец, около отеля они прихватывают эту дуру, лезущую мириться Дебби. За вещами можно будет заехать позже. Тут недалеко, на побережье, есть тихий, уединённый домик.
Шерлок находился в бегах уже долгое время. В первые месяцы азарт охоты и чувство свободы - наконец-то он отделался от Майкрофта - кружили голову. Он играл в одиночку, перевоплощаясь то в одного, то в другого персонажа этого театра одного зрителя, его герои обрастали собственными связями, беззастенчиво использовали ресурсы чужих сетей для обрыва одной-единственной, на которой сейчас сосредоточился Шерлок. Издалека он кое-что подкидывал братцу, человека, информацию, улику, но осторожно, через вторые и сто первые руки. Возможно, Майкрофт о чём-то догадывался, но на контакт выйти не пытался. По его опеке младший брат ничуть не скучал. Собственно, скучать было почти некогда. От отсутствия приключений он не страдал, от отсутствия средств к существованию - тоже. Не все герои, роли которых он исполнял, были существами сугубо мирными, водились за ними разные дела, которыми Шерлок и в прежние времена не брезговал, вроде взлома чего угодно или лазанья по чужим карманам, а над парой противников пришлось учинить физическую расправу лично. Он не предполагал ставить своё имя под нынешними подвигами после ожидаемого воскресения, ему не нужны были лавры человека, насолившего куче влиятельных людей по всему миру, а уж имена и адреса Шерлок менял с видимой лёгкостью.
Но постепенно эйфория сошла на нет, накапливалась усталость от постоянных перемен, знакомства с новыми и новыми людьми, непрерывного внимания, назойливого интереса, неприятных касаний, постоянного ожидания ловушки. Росла глухая тоска по Джону, единственному человеку, подобного которому он не встречал ни до, ни после, по прежней жизни, которая, даже если удастся вернуться, никогда не будет такой, как прежде, ведь не войдёшь в одну реку дважды. Увеличивалась вероятность ошибки, всё чаще хотелось забиться в глухую щель, не выходить утром из дома, не вылезать из тёплой постели, как в детстве, перед ненавистной школой. Каждый раз, устраивая себе передышку, отдалявшую конечный результат, Шерлок боялся, что она затянется слишком надолго.
Хочешь удержать равновесие - выбери точку и зацепись за неё взглядом. Хочешь идти прямо, не петляя, - выбери точку и зацепись за неё глазами. Шерлок выбрал своей точкой устойчивости Джона, во-первых, потому что иначе не мыслил, во-вторых, потому, что иначе и быть не могло.
Второй постоянной его жизни был Майкрофт, но это было постоянство зазеркалья, приближения к предмету, от которого бежишь. «Нет, - бормотал беглый детектив, выбираясь из очередной передряги, - я и в этот раз сам справлюсь».
Находились люди, по тем или иным причинам прикрывавшие ему спину, но никто из них не брал так дорого, как Майкрофт, и никто не клал так истово свою жизнь на алтарь, как Джон.
Начало очередного лета застало Шерлока на берегу моря в отеле, считавшемся здесь фешенебельным, но западнее потянувшим бы едва ли на три звезды. Человек Морана прибывал решить накопившиеся вопросы, и детектив собирался устроить к его приезду небольшую заварушку. В один из дней он проник в отель под видом отдыхающего, используя минимум одежды и грима, из оружия имея при себе только руки, ноги и остро отточенный ум.