На Изнанке
Шрифт:
Я вскинул пистолет и не целясь сделал несколько выстрелов. Пёс увернулся от одного растеряв часть былой грации и как нашкодивший кот без всяких прыжков работая только когтями вскарабкался по стене и перевалился через неё. За стеной раздался выстрел, правда звучал он довольно далеко — Майер успел сбежать. Затем раздалась возня, крик и звук падающего тела.
Доковыляв до стены я просто сунул пистолет в щель-бойницу и увидев мелькнувшее поджарое тело выстрелил несколько раз.
— Петер! Петер! — заорал я. — Ты жив?!
В ответ раздалась отборная немецкая брань и
— Я подвернул ногу! — крикнул немец.
Между тем Пёс бросился к лежащему на куче рыхлой земли геомагу. Дряная ситуация — Фёдор Иванович ещё не скоро сможет шевелиться, Майер сейчас должен лежать и корчиться от дикой боли если это даже вывих, а не перелом, а я еле шевелюсь с грацией краба. Чертыхнувшись я врубил Самоанестезию и чувствуя как боль уходит направил Лебен в болящие участки заставляя восстанавливать повреждённые ткани.
— Держите! — Петер просунул в бойницу штуцер. — Не дайте ему загрызть Фёдора! Так он нас всех перебьёт!
Я взял штуцер, прижал приклад к плечу, кое-как навёл на бегущую тварь и нажал. Бумкнуло так, что если бы я не стоял прижавшись к стене меня бы опрокинуло. В плечо ударило так, что оно онемело. Однако Пёс моментально сменил направление.
Сунув обратно оружие Майеру я перезарядил пистолет и чувствуя, что уже могу шевелиться бросился к лежащему геомагу. Пёс снова начал двигаться рывками. Я рывками сокращая дистанцию стрелял на бегу заставляя того скакать как заяц.
Кряхтя и матерясь геомаг стал подниматься.
— Сейчас Константин… — пробормотал он. — Дай мне три секунды и я его по земле размажу.
БАХ! — донёсся гулкий выстрел.
Из-за стены выбрался хромая Майер. Герр Петер выглядел целеустремлённым как ангел смерти и неумолимым как немецкий танк.
БАХ! БАХ! БАХ! — он умудрялся медленно шагать после пары шагов перезаряжать своё оружие и тут же палить. Германия наступает.
Фёдор Иванович вскинул руки и создал пару печатей, после чего в Пса стали лететь осколки камня со скоростью пулемёта. Пёс вдруг крутанулся, и побежал по дуге уходя от выстрелов, а из его пасти повалил самый настоящий дым, который шлейфом стелился за ним.
— Он прячется! — крикнул немец.
— Ну долго не может, — зло ухмыльнулся геомаг. — Я этот дым сейчас весь проутюжу. О, к ловушке бежит!
Дымом между тем заволокло всё поле и не было видно, куда делся зверь. Фёдор продолжал стрелять своими камнями как из пулемёта, стреляя по дымке наугад.
Наконец не выдержал, и жахнул особо крупным валуном размером с небольшое кресло. От удара задрожала земля, а ударной волной начало сдувать дымовую завесу.
Дым рассеялся и стал виден лежащий на краю одной из ям силуэт Пса.
— Добегался родимый, — злобно ухмыльнулся геомаг.
— Не двигается, — кивнул подошедший рядом Майер. — Ранен? Умер?
— Дайте мне ваше ружьё герр Майер, — сказал я. — Я схожу посмотрю.
Майер кивнул отдавая мне оружие.
Я медленно зашагал в сторону пса. Он артобстрела все ямы лишились покрытия и зияли голодными пастями. Я медленно шёл к лежащему
Подойдя к трупу я ткнул его дулом. Труп дернулся чрезвычайно легко, и в следующий момент я всё понял — это не был труп — это была сброшенная кожа.
В тот же миг огромное тело взвилось из ямы и схватило меня за ногу и мы оба полетели вниз. Ружьё упав осталось наверху. Упав я ударился сначала ногами, а потом и всем телом. Больно. Очень больно. Два огромных глаза смотрели прямо на меня. Огромная пасть полная клыков открылась. Страха не было. Была боль.
Я равнодушно вытащил пистолет и выстрелил в упор. Затем ещё раз и ещё раз. Земля под нами начал подниматься. Вот мы оказались на поверхности. Рядом что-то говорил Фёдор, что-то говорил Майер, я просто ничего не слышал. Вот Майер достал свой клинок и всадил в шевелящееся тело пса. Клинок полыхнул вспышкой.
Наконец-то. Я блаженно закрыл глаза. Можно поспать…
Проснувшись я сел на кровати. Что со мной, где я? Так, что вообще произошло? А, помню как с нами чуть не разделался Вожак Адских Гончих. Хитрая и сильная тварь. Да… Если бы мы пошли бы вдвоём с Майером, то там бы и остались. В виде трупов. Вот эта собачка… Хитра и расчётлива, лазает по стенам и деревьям как кошка, писает кипятком химического происхождения, дышит дымом, чтобы прятаться (возможно ядовитым) и как рептилия может сбрасывать шкуру, чтобы сделать из неё приманку. Жуть… Чтобы я ещё раз пошёл на кого-то из этой троицы…
Так… Последнее что я помню, как этот Пёс, будь он не ладен сбросил меня с собой в яму, я ударился так, что мама не горюй, потерял штуцер, но мне повезло и пистолет остался при мне, после чего я просто стрелял в него в упор. Несколько выстрелов такими снарядами должны были контузить и оглушить его. После Фёдор поднял нас вместе с этим жутким зверем и добил его ритуальным клинком. Значит зеркало духов готово. Хорошо. А я просто отключился.
Судя по тому, что я лежу в кровати на чистых простынях меня принесли в деревню. На голове повязка, на руках, пояснице и груди тоже несколько повязок. Сильно меня отделала это собачка, очень сильно. Рядом с кроватью стоит капельница из которой мне в кровь поступает питательный раствор. Неплохо. Сколько я здесь уже лежу? Нужно быстрее бежать к Майеру, пускай показывает что смог сделать. След Милославской я потерял, Арзет — тоже. Берг-Дичевской условно нашёл, но по рассказам Майера там куча рукавов-речушек и неизвестно, куда Анна могла свернуть.
Одежда лежала тут же постиранная и отглаженная. Трусы на мне. Слава богу сухие и чистые — о встречи с той образиной было впору обделаться. Только как быть с капельницей? Я аккуратно одел свои штаны, носки, потом майку и стал натягивать рубашку.
— Проснулся Константин? — в дверях показалась Елена Максимовна. — Ну и слава богу. Подожди, сейчас капельницу выдерну.
— Уф, спасибо, — кивнул я. — Что произошло Елена Максимовна?
— Ну… — картинно задумалась целительница. — Ты получал пилюли, порошки, уколы, таблетки, но не смотря на все усилия врачей — выжил.