На грани
Шрифт:
– Смог, - Эмма тяжело выдохнула. Она не хотела говорить, что отец причастен к тому, что дочь Коры не могла ходить, - ему было очень тяжело. Но он нас обеих любит и поэтому ему пришлось принять и... простить. А сейчас у него новые отношения, о которых вообще никто не мог подумать.
– Это вообще за гранью моего понимания, - Кора, хлопая глазами, смотрела на Эмму, - наверное, теперь мне тоже нужно время для понимания.
– У вас оно есть. Время есть у всех, кто действительно хочет подумать, а не просто оттянуть его, - говорила Эмма.
–
– Знаете, я очень надеюсь, что эта витиеватость закончилась, и сейчас она будет плыть по течению с одним человеком, - сказала Эмма, но улыбнулась и продолжила, - вернее, пока с одним, но после с двумя... или тремя, - Свон засмеялась.
Кора немного закашлялась, - надеюсь, ты о чем-то хорошем?!
– Я хочу детей, - пояснила Эмма, с улыбкой смотря на женщину, - Реджина категорически отказывалась, если бы она оставалась сидеть в инвалидном кресле. Но сейчас она будет ходить, и, я надеюсь, мы обязательно заведем ребеночка, а лучше двух.
– А...
– мать Реджины улыбнулась, - дети - это очень хорошо. Я всегда, когда думала о Реджи, думала, что у неё уже есть дети.
– У неё будут дети, - продолжила Свон, - мой отец тоже хочет внучку, ну или дочку. Они с Клэр обязательно родят ещё ребеночка, и у меня будет или сестра, или братик.
– Клэр?! Это та Клэр, которая твоя подруга, та, которая здесь была?
– Эмма огорошила Кору, и женщина находилась в полном ступоре, - Эмма, хватит меня шокировать.
– Да, это она. Я не шокирую. Я рассказываю вам то, что трясло семью Свон, Гарнер и Миллс в последний год, - пояснила с легкой улыбкой Эмма, - но мы все надеемся, что это землетрясение прекратилось, и мы сможем зажить нормально, спокойно и счастливо.
– Я тоже очень надеюсь, - улыбнулась Кора, - а первым шагом будет то, что моя дочь вернется домой.
– Я не буду на неё больше давить. Она должна сама решить, вернуться или нет.
– Надеюсь, Джи её убедит, у этой есть с Реджи большое, но значимое отличие, она великолепно убеждает, ей невозможно отказать, - Кора засмеялась.
– Ура!
– Джи зашла в палату своей старшей сестры и увидела её открытые глаза, которые смотрели в потолок.
Реджина сразу посмотрела на дверь, услышав голос сестры, - привет. Ты наконец-то пришла, когда я не сплю.
– Вот именно. Ты соня. Как можно столько спать!
– Джи прошла, поцеловала сестру в щёку и села к ней на койку с пакетом в руках, - ты любишь медовое пирожное? Я просто обожаю.
– Я больше люблю мороженое, но и от пирожного не откажусь, - улыбнулась Миллс, - рассказывай, как дела?
– Тогда потом съешь, - Джи отложила пакет на тумбочку, - а дела прекрасно. Но я хочу сейчас слышать - ты встала? Мама сказала, что ты сегодня должна была попробовать ходить. Ну как?!
– Да, мама как раз приехала,
– Супер!
– воскликнула радостно сестра, - и как ощущения? Классно?
– Великолепно! Это сравнимо только с...
– Реджина хотела сказать про секс, но поняла, что не стоит, - короче, супер.
– Я так рада за тебя. Скоро будем вместе по утрам бегать, - засмеялась Джи, - меня Бобби заставляет с ним бегать. Представляешь, каждый день в шесть утра. Он же спортсмен, ему нужно. А я за компанию.
– Оу! Это классно, только я, как ты заметила, соня и люблю поспать, меня только Эмма может разбудить и то это не раньше восьми.
– Я сама люблю поспать, - протянула, как бы ноя, Джи, - но этот гад ведь не отстанет. Постоянно звонит и пишет. А если я не проснусь, потом меня ждет целый день игнора или ещё хуже, купит мне моё самое нелюбимое мороженое.
Реджина засмеялась и притянула сестру, заключая её в объятия, - да ты моя маленькая.
– Так я ещё и маленькая, - протянула, немного обижаясь, но улыбаясь, Джи и сама обняла в ответ сестру.
– Конечно, маленькая, - Миллс нравились ощущения, когда она думает о сестре, о том, что она есть у неё.
– Ну ладно. По сравнению с тобой, старушкой, я маленькая, - заявила Джи.
– Ах ты, зараза, - Реджина ущипнула Джи, - это я старушка?!
– Ай, - засмеялась Джи от щипка, - конечно, старушка. Тебе же целых 35! А мне как-никак всего 14.
– Ну да, я тебе в матери гожусь, но я твоя старшая сестра и ты, маленькая засранка, не можешь говорить, что я старушка, - Реджина гладила сестру по голове.
– Тогда и ты не говори, что я маленькая и тем более засранка, - теперь ущипнула сестру Джи.
– Ай! Ты маленькая моя сестренка, которую я уже очень люблю.
– Признание в любви - круто!
– И ты ещё говоришь не называть тебя засранкой, - Реджина поцеловала сестру в макушку.
– Конечно, нет, - Джи широко улыбалась, - только попробуй назвать меня так, когда придет Бобби. Я его уже пригласила для знакомства с мамой и тобой, когда тебя выпишут, и ты переедешь к нам жить.
– Джи, я не перееду к вам, мы с Эми снимем дом, и вы с Бобби придёте туда, - Миллс подумала обо всём, но всё же осталась при своём мнении насчет переезда.
– Это ещё почему?
– возмутилась сестра и села ровно, вырываясь из объятий Реджины, - у нас вам будет удобно. Да и Эмма не против. А ты почему не хочешь?
– Твой отец когда возвращается?
– Не знаю, - пожала плечами Джи, - это нужно спрашивать у мамы. Да и что в этом такого? У нас большой дом, да ты и сама это знаешь.
– Джи, там я буду постоянно вспоминать своего отца, ссориться с мамой, с твоим отцом, малышка, я знаю себя. А главная причина, что у нас с Эммой семейная жизнь, и я не хочу доставлять этим дискомфорт, - пояснила Реджина.