На Грани

Эндрюс Илона

— Давай не долго постоим здесь.

Они стояли рядом, наблюдая за толпой. Через несколько минут напряжение в плечах Деклана спало.

— Так лучше? — спросила она его.

— Да.

— Давай попробуем пройтись, — предложила она. — Осторожно.

Они двинулись по одному из широких проходов. Две девушки, шедшие в противоположную сторону, уставились на Деклана, хихикнули и отошли в сторону. Роза взглянула на него. Он забыл свою бейсболку в грузовике, и его волосы рассыпались по плечам, стянутые вместе кожаным шнурком. Его широкие плечи натянули зеленую толстовку.

Он засучил рукава до локтей, обнажив мускулистые предплечья. Джинсы плотно облегали его длинные ноги. Сломанный мир лишил его опасной мощи — заостренного края и надменного совершенства. Здесь он был просто мужчиной, выглядевшим немного грубее и намного сексуальнее, чем большинство, но сотканный из тех же нитей, что и все остальные люди, а не вырезанный из ледника. А атмосфера угрозы, которая витала вокруг него, делала его сокрушительным для всей женской аудитории.

Женщина в годах за ювелирным прилавком чуть не вывихнула себе шею, пытаясь привлечь его внимание. Домохозяйка, суетящаяся вокруг маленькой девочки в тележке, подняла глаза, когда они маневрировали вокруг нее, и просто застыла, открыв рот. Женщина у вешалки для одежды подняла бровь, одернула свою белую блузку с глубоким вырезом и последовала за ними с решительным выражением лица.

Как раз то, что им нужно — больше внимания. Роза резко свернула в проход между обувным отделением и спортивными товарами и оглянулась. За ними последовали шесть женщин, некоторые осторожно, некоторые открыто. Это раздражало ее до бесконечности.

— Надо было заставить тебя надеть хоккейную маску, — пробормотала она.

Деклан оглянулся и ослепительно улыбнулся. Одна юная девушка скрипнула, как незакрытая дверь. Кто-то пробормотал:

— О, Господи!

— Прекрати это! — рявкнула Роза.

— Прекратить что? — Он повернулся к ней, и она обнаружила, что тоже улыбается ему. Она могла бы смотреть на него бесконечно и никогда бы не устала.

— Это, — твердо сказала она. — Успокойся.

— Тебе это неприятно?

Восхищенная толпа, казалось, росла.

— Ты собираешься устроить беспорядки.

— Ты так думаешь? Я никогда раньше не устраивал беспорядков. Я, правда, устроил скандал на последнем приеме. Большое количество молодых женщин прибыло туда с намерением соблазнить меня на брак, и несколько их матерей подрались. Это была такая умо… я имею в виду, ужасно. Это было просто ужасно.

— Да уж. — Роза вздохнула с притворной жалостью. — Ужасно быть богатым и умопомрачительно красивым, когда женщины лебезят перед тобой. Мое сердце обливается кровью из-за тебя. Бедняжка, как же ты справляешься?

— Значит, ты действительно считаешь меня красивым.

Она остановилась на секунду.

— Деклан, я же не слепая.

Он выглядел отвратительно самодовольным.

— Ох, да перестань же ты.

— Не просто красивым, а умопомрачительно красивым, — сказал он.

Он никогда не позволит ей забыть об этом. Она резко развернулась и смерила их аудиторию взглядом испепеляющего презрения.

— Леди, проявите хоть немного порядочности.

Толпа рассеялась.

— А теперь ты чувствуешь себя собственницей.

— Я

думаю, что ты мне больше нравился как ледяная голубая кровь. — Она покачала головой и бросила в тележку еще одну упаковку голубых свечей.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

РОЗА наблюдала с крыльца за приготовлениями Деклана.

Посреди лужайки располагался надувной бассейн, двенадцать футов в диаметре и около трех в высоту. Вода блестела в лучах послеполуденного солнца. Слева на сосне сидел Джек, задумчиво глядя на воду. Джорджи остался внутри. Он никогда не откажется выйти… он слишком вежлив для этого, поэтому он тихо спрятался на чердаке, вероятно, надеясь, что они забудут о нем.

Сетчатая дверь распахнулась, и к ней присоединилась бабушка. Элеонора выглядела лучше. Ее волосы были зачесаны назад, и в ее походке появилась некоторая пружинистость. Она уставилась на лужайку.

— Что делает этот мальчик?

— По его словам, он реализует свой план, чтобы заполучить меня. Со всеми моими шипами.

Бабушка моргнула.

— Он так и сказал?

— Ага. — И она была глупой дурочкой, потому что каждый раз, когда она думала об этом, ее сердце билось быстрее.

— Он очень старается, да?

Роза кивнула.

Деклан купил рулетку и очень тщательно измерил расстояние до бассейна, отметив точки белой краской. Затем он выстругал несколько палок около двух футов высотой, заострил оба конца и вбил их в отмеченные точки. Он насадил свечи на палки и натянул между ними белую бельевую веревку. С высоты крыльца бельевая веревка образовывала сложную геометрическую фигуру — семиконечную звезду, заключенную в круг, с бассейном посередине.

— Ну, это же символ, — сказала бабушка.

Роза и раньше пыталась изучать символы. Мистические знаки, символы чаще всего использовались при призыве и алхимии. Некоторые из них означали истинные имена магических существ, а некоторые создавали магические узоры. Это было скучно, как и все в этом роде, но она заставила себя изучить основы.

— Похоже, он использовал только один кусок веревки, — пробормотала бабушка.

Роза нашла узел и попыталась проследить взглядом за бельевой веревкой. Части веревки пересекались, опускались, снова опускались и возвращались к тому же первому столбу.

— Похоже, — ответила она.

— Определенно символ, — сказала бабушка.

— Бабушка?

— Ммм?

— Мальчики рассказали тебе о Кассхорне?

Глаза Элеоноры потемнели, принимая необычный, хищный взгляд.

— Да. Да, рассказали.

— Он в лесу, — сказала Роза.

Магия закружилась вокруг Элеоноры, темная и пугающая, как черные крылья.

— Конечно, — спокойно ответила она, и лицо ее стало ужасным. — А где же ему еще быть? Он думает, что сможет спрятаться на нашем заднем дворе, не так ли? Мы найдем его. И как только мы это сделаем, я обрушу всю мощь Восточного Лапорта на его голову за то, что он посмел прикоснуться к моим внукам. Я увижу, как он будет плакать кровавыми слезами, прежде чем все это закончится.