На грани

Семёнова Наталья

–Нина Викторовна, тут к вам… эм… посетительница. – И обернувшись ко мне, спросил: – Как ваше имя?

–Твою дивизию, Черкасов! – возмутилась женщина за столом лет на пять меня старше. – Имя нужно узнавать до того, как провожать до кабинета, и записывать! И пост свой не покидать! Немедленно возвращайся!

Она ещё что-то беззвучно произнесла, удручённо опуская голову и устало потирая виски. Догадываюсь, что это было хорошенькое ругательство.

Парень ни капли не расстроился от того, что его отчитали и, подмигнув мне напоследок, зашагал

обратно к своему рабочему месту.

–Пожалуйста, проходите, – подняла на меня тяжёлый взгляд своих карих глаз Стрельникова, складывая пальцы в замок и определяя на них подбородок. – Присаживайтесь и рассказывайте с чем пришли.

Я откинула взмахом руки свои длинные волосы за спину и уже сделала шаг в кабинет, как из сумки раздалась трель входящего вызова на телефон. Сердце пропустило удар. Дрожащей рукой достала дивайс – не ошиблась – Заречнев.

Словно он почувствовал то, что я планирую сделать и предоставлял мне последний шанс.

Последний шанс, чтобы передумать, развернуться и уйти.

Продолжать жить своей любимой жизнью, делая вид, что я ничего не знаю и меня всё устраивает. Смогу ли? Предполагаю, что – да, с условием, что наступлю себе на горло и лишусь последних оставшихся во мне крох человечности. П-ф-ф… Что значат другие жизни, абсолютно не имеющие к тебе отношения, когда под угрозой смерти твоя собственная? Правильно – ничего, если следовать инстинкту самосохранения.

Гадство.

Можно обманывать кого угодно, но не себя. Себя мне обманывать никогда не удавалось.

Глубоко вздохнула и, заблокировав телефон, спрятала его обратно в сумку.

–Простите, – обратилась к следователю, твёрдой походкой направляясь к стулу сбоку от её массивного деревянного стола.

–Чувствую, что вы не обычный гость, – начала она, слегка прищурив глаза, как только я села. – И с каждой секундой мне всё интересней узнать то, что вас сюда привело. Может, предложить вам чаю или кофе? Правда, боюсь, напитки не настолько качественные, как вы привыкли.

–Благодарю, не нужно, – качнула я головой, делая вид, что не заметила колкости в мой адрес. Точнее в адрес моего финансового благосостояния.

–Ну что ж… – расцепила она руки и положила их на подлокотники офисного кресла, откинувшись спиной на спинку. – Рассказывайте.

–Здесь, – я положила свою папку на столешницу перед ней, – записи телефонных разговоров Заречнева, небольшая их часть, то, что мне удалось подслушать. Места встреч с партнёрами, немного имён, названий организаций, через которые он ведёт свой “человеческий” бизнес. И флешка с записью разговора с одним из партнёров из-за рубежа. Предполагаю, этого должно хватить, чтобы арестовать его и посадить в тюрьму.

–Заречнев, – усмехнулась она. – Тот самый… Заречнев.

–Да. Заречнев Юрий Александрович. Местный бизнесмен и по совместительству криминальный авторитет нашего города.

–А вы?..– насмешливо выгнула она одну бровь, с усмешкой на тонких, почти бескровных, губах.

–Каролина Крылова.

Его любовница.

Лицо следователя из скептически настроенного в мгновение ока удивлённо вытянулось, но лишь на долю секунды. Быстро взяв себя в руки, она тяжело сглотнула и, оторвав от меня заблестевший азартом взгляд, нетерпеливо открыла папку.

–Невероятно, – выдохнула она, взглядом бегая по черным печатным буквам на белой бумаге. – Столько всего. Настоящий клад. Не верится.

Оторвавшись от папки, она посмотрела на меня и, нервно улыбнувшись одними губами, достала из кармашка папки флешку, чтобы в тоже мгновение вставить её в компьютер. Извинилась взглядом и надела наушники. Ещё недавно уставшее лицо, пылало энергией, выражаясь забавным румянцем на щеках, словно она маленькая девчушка, получившая долгожданный подарок. Причём, владевшее ей воодушевление в буквальном смысле молодило её, делая почти моей ровесницей, не смотря на туго стянутые тёмного цвета волосы на затылке.

Отклонившись на спинку стула и скрестив руки на груди, я приготовилась ждать. Роковой разговор был не коротким.

Мы тогда ходили на закрытый показ в кино и у Юры сел телефон на середине важного разговора. Он взял мой. А мой записывал все разговоры. Случайно включила однажды эту функцию, а как отключить не знала.

–Ха… – дослушав запись, выдохнула Нина Викторовна. – Почему… Почему я?

–Никого честнее и порядочнее вас я не нашла, – пожала я плечами.

–Хм, – поджала она губы и понимающе кивнула. Задумалась, потирая кончик тонкого носа указательным пальцем и, через минуту очнувшись, вскочила с кресла так, что то отъехало к окну, протарахтев колёсиками по полу. – Пожалуйста, оставайтесь тут.

Не обращая внимания на моё, было вырвавшееся непонимание для чего и куда она собралась, пулей обошла стол и вышла за дверь, прижимая к груди, как что-то заветное, папку с предоставленной мной информацией. Едва успокоившееся сердце, снова ускорило свой ритм, отдаваясь дрожью в руках. Один неправильный человек и я – нежилец. Пусть у меня, как бы пафосно не звучало, великая миссия, которая предположительно спасёт не одну судьбу и даже жизнь, своя шкурка безусловно дороже. И уж кто-кто, а я в последнюю очередь хотела бы стоять на пути у Заречнева.

Резко встала со стула с намерением сбежать отсюда подальше. Сесть в машину и уехать. Из города. Из страны. Как можно дальше. Обхватила металл круглой дверной ручки и замерла.

Должна – напомнила себе. Не понятно кому, но я должна.

Гадство.

Вернулась на стул и сцепила на бёдрах дрожащие пальцы, уставившись на весенний пейзаж за окном, которое обрамляли пожелтевшие от времени жалюзи. Отсюда я видела свой “Range Rover”, резко констатирующий с остальными недорогими машинами на парковке. Его, как и остальные свои дорогие вещи я получила от Заречнева за умение себя подавать и отлично трахаться. Смогу ли я отыскать ему достойную замену? Если, меня не убьют, конечно.