На горизонте - Эльдорадо

Созина Светлана Алексеевна

История девятая

КОНЕЦ РЫЦАРЯ ЭЛЬДОРАДО

Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века.

Надпись на саркофаге Гонсало Хименеса де Кесады

Жители королевства Новая Гранада шумно и празднично встречали маршала Кесаду. Нет, его не забыли. Медленно пробираясь, сквозь плотную толпу индейцев и солдат, старых друзей по конкисте, он уже знал, что среди них не появятся его братья.

Потрясенный Кесада в который уже раз слушал рассказ о последних днях их жизни. Франсиско приехал в Боготу как раз тогда, когда вернулся из восточных льяносов Эрнан Кесада. Если тогда что-нибудь и могло утешить Эрнана, который

после двух лет скитаний по тропической сельве едва держался на ногах, так это возможность выплакаться на плече родного брата. Франсиско тоже не повезло. Исколесив Перу и северное Чили, он так и не разбогател, но зато приобрел тьму недругов и завистников. В надежде на то, что более удачливые братья поделятся с ним немалыми, по слухам, богатствами, Франсискв отправился на север.

Не успели братья отдохнуть и осмотреться, как в Новую Гранаду нагрянул Алонсо де Луго. Наиболее вероятные и влиятельные его соперники, они первыми попали под арест. Алонсо грозился вывезти их в Испанию и отдать там под суд. Братья решили бежать и с первым попутным кораблем тайно отплыли на побережье. В Картахене беглецы пересели на судно, идущее На Кубу. Во время перехода разразилась частая в этих широтах тропическая гроза. Эрнан Кесада стоял на корме. Молния угодила ему прямо в голову. Он умер мгновенно. Впоследствии в Боготе говорили, что это рука провидения огнем, низвергнутым с неба, отомстила Эрнану за убийство великого сипы. Та же самая молния сразила наповал и стоявшего рядом с ним младшего брата Франсиско, который был совсем непричастен к смерти Сагипы.

Известие о гибели обоих братьев было первым ударом для маршала Кесады. Последующие не заставили себя ждать. За 11 лет заметно изменилась Новая Гранада. В Санта-Фе появились мощеные улицы. Вместо соломенных хижин, построенных еще при нем, выросли двухэтажные каменные здания с резными деревянными балконами. Оделся в камень и кафедральный собор. Монастыри и церкви появились вокруг Боготы. На полях всюду колосилась пшеница, вытеснив излюбленную муисками "абу" - кукурузу. Свиньи и овцы, завезенные Алонср де Луго, расплодились с фантастической быстротой.

Однако что сталось с индейцами? Куда девались ярко одетые толпы, следовавшие раньше за ним по пятам. Откуда эти унылые, изможденные лица, грязные лохмотья вместо белоснежных плащей? Кесада отдал приказ провести перепись индейского населения. Результаты переписи ошеломили его. За каких-нибудь десять лет муиски, которые прежде "кишели на полях словно мухи", значительно сократились в численности. Кровавый хаос первых лет завоевания и болезни, занесенные испанцами, были тому не единственной причиной.

Многие сотни индейцев приняли смерть от рук христиан сразу же после отъезда Кесады из страны. Первым погиб Акиминсаке - юный наследник скончавшегося Кемуинчаточи. Осенью 1539 г. он праздновал свадьбу по католическому обряду. Красавица Кухумина, избранная из числа самых знатных девушек, должна была стать его женой - "саончей". Множество индейцев собралось в Тунхе по этому случаю. Среди них правители и вожди, знатные воины и родовые старейшины. Все принесли богатые дары. Неизвестно, кто из испанцев пустил слух, будто свадьба молодого саке - только благовидный предлог для маскировки задуманного восстания.

Ни сам Акиминсаке, ни прекрасная Кухумина, ни знатные гости не успели отведать свадебного напитка - пенистой сапкуа.

В ту страшную ночь все они были схвачены испанцами. У Акиминсаке пытками хотели вырвать признание о готовившемся мятеже. Юноша не дал никаких показаний. На следующее утро его вместе с другими знатными индейцами обезглавили на центральной площади города. Акиминсаке только что исполнилось двадцать два года. Предназначенные ему свадебные дары разделили между собой испанские солдаты. Ими командовал Эрнан Кесада.

Расправа над Акиминсаке потрясла муисков. Спала, наконец, пелена с глаз суеверных индейцев. Теперь они еще раз убедились, как коварны и жестоки эти суачиас, люди, вознамерившиеся стать посланцами самих богов.

Отрубленную голову Акиминсаке индейцы выкрали. Голова стала символом восстания. Она объединила в одном союзе давних врагов. Новые сипа и саке, избранные в глубокой тайне, обменялись золотыми коронами в знак единения против пришельцев.

Осенью 1539 г. они совместно с правителями Гуатавитой, Дуитамой, Согамосо и главами других племен собрали 20 тысяч воинов. Жрецы-оракулы передали вождям волю великих богов: изгнать чужеземцев с земли муисков, которую они осквернили. В назначенный день все касики должны были вооружить своих воинов и убить поставленных над ними сеньоров. Однако испанцам стало известно о готовившемся восстании. И говорят, секрет выдали индейские женщины, наложницы конкистадоров. Шел январь 1540 г.

И тогда испанцы решили вырвать самые корни смуты: истребить индейскую знать. И снова огонь и меч загуляли по землям муисков. В один из таких дней в покои дона Фернандо де Гуатавиты ворвался отряд испанцев. Связав ему руки, они вытащили правителя на площадь и изрезали его на куски. Так, не успев сказать и слова, погиб тот, кого в язычестве звали Гуаска Тикисоке Парящий орел, кто был последним Эльдорадо. Слишком поздно ему стало ясно, что ярмо рабства, которое принесли народу чужеземные захватчики, было страшнее давних междоусобиц и склок.

В кровавых расправах гибли знатные и незнатные муиски. Индейцы защищались отчаянно. На западе под Белесом капитан Гальегос, захватив в плен 300 индейских воинов, отрубил им носы и большие пальцы рук. Мирные жители прятались в неприступных скалах. Ни уговорами, ни угрозами завоеватели не могли заставить индейцев покинуть эти укрытия. Тогда было решено брать осажденных измором. Когда голод становился невыносимым, старики, женщины и дети бросались в пропасти, но победителям не сдавались. Многие индейцы, покинув насиженные места, уходили в тропическую сельву на восток. К концу 1540 г. в Новой Гранаде стало тихо. Но тишина эта была подобна смерти.

Вот почему не застал Кесада в живых и дона Фернандо, правителя Гуатавиты. Быть может, желая искупить вину за страшную его смерть, он с особенным участием отнесся к наследнику последнего Эльдорадо - молодому дону Хуану.

Дон Хуан приходился племянником погибшему Гуатавите и при рождении получил имя Гуаска.Паусо - Орлиное перо. Он был первенцем старшей сестры Гуатавиты, и ему на роду было написано стать преемником дяди. Когда в "Долину замков" вторглись испанские конкистадоры, Гуаска Паусо жил высоко в горах, в уединенном храме. Много лет провел он в своем заточении, готовясь со временем принять высокий сан правителя и совершить священное омовение в водах озера Гуатавиты. Но Орлиное перо так и не дождался своего часа.