На Дороге
Шрифт:
Завтра все трое отправятся на фронт: Силиэль — в корпус милосердия, а Алмриэль с Алеэлем — в главную ставку, на передовую. В Поднебесном война…
Принцесса перевела взгляд вперед. Место Наследника пустовало…
Он так и не пришел. Не пришел. Не пришел и его брат, никто из НИХ, из драконов, не пришёл!
Олейя не заметила, как к ней подошли. Темный Лорд Митраэль протянул руку, едва касаясь вуали. Через секунду Лорд выдохнул — острый кинжал уперся под ребра, ударяя прямо в легкое.
И только теперь Олейя поняла, что в руке пусто, кинжала
Лорд удивленно посмотрел на её руку, потом перевел глаза на темную вуаль, ища и не находя ответного взгляда. Олейя смотрела только на пустую руку и место несостоявшегося удара. Наконец Лорд заговорил:
— Рея не должна ждать.
Олейя качнула головой и незаметно убрала руку. Процессия двинулась дальше, уходя по серпантину с улиц города и направляясь к главному Собору Эль'Ниила.
Место Чертогов зияло пустотой, внезапно открывшимся небом и еще тлевшим пепелищем.
Глава первая. Алион. Погоня. Том Третий.
Алион резко подскочил, широко распахивая глаза и хватаясь за грудь. Задыхаясь, он упал обратно в траву, где пролежал еще несколько часов. Красное марево и звон сменились отупляющим спокойствием, неестественным и ватным. Наконец, Алион нашел силы встать и дойти до крылана. Зверь потерся о руку, подталкивая влажным носом к поводьям. Алион перехватил их. Не без труда взобрался в седло и, обняв руками шею зверя, одними губами прошептал: "домой". Послушный крылан взлетел.
Алион с трудом помнил, как прошел межмирье. На границе никого не было. В другой момент он удивился бы, но сейчас едва смог отметить это, как факт.
Усталый крылан снизился, в надежде что всадник позволит им обоим передохнуть. Но Алион не позволил:
— Домой! — тихо, но властно повторил он приказ.
Крылан полетел дальше. Алион лежал ничком на его загривке, теплый мускусный запах шерсти успокаивал.
В подступивших сумерках изнеможённый всадник и его верный крылан рухнули на камни двора Аэр'Дуна. Но кроме самого замка, их некому было встречать.
Когда Алион очнулся, двор заполняла нежная песня — звезды и дом слились в унисон. Алион повернулся к небу лицом, он смотрел, как сияют далекие небесные лампады. Вставать не хотелось. Крылан так и остался лежать, Алион понял, что тепло загнанного зверя грело его все то время, пока он лежал на плитах двора.
— Прости… — прошептал он замершей бестии неба и погладил преданного крылана. Вернуть мертвого он не мог.
Лорд-Протектор Аэр'Дуна сам открыл тяжелые двери небесного замка, дом ответил нежным перезвоном колокольчиков. Алион не сдержался, он провел рукой по резному порталу, а потом резко ударил, кроша каменное кружево:
— Что ж ты… Что ж ты так подвел меня!? — Аэр'Дун обиженно смолк. Алион быстро поднялся по лестнице и направился в крыло, где должна была оставаться Солео, верней, её след — что монстр сбежал, сомнений не было. Удивление вызвал не сам побег племянницы, а наличие в нем помощника. Алион видел, что кто-то ловко обходил все его ловушки, кто-то, в ком были
Кто же? Кто сделал невозможное? У кого хватило безумия и глупости освободить Лараголина Погибель Миров? И, главное, у кого хватило на это могущества?
Алион терялся в догадках. Аккуратно вскрытые замки: ни помарки, ни тени сомнений — тот, кто сделал это, хорошо знал, и зачем пришел, и… к кому. Злой Гений, не иначе, посетил Аэр'Дун с черной мыслью загубить все сущее.
Алион на секунду замер. Самуил? Самуил добрался до Поднебесья с целью уничтожить мир? Но как он узнал о Солео? Время, дарованное Сердцем Излаима и Цепью миров, сохранило память о случившемся только у сторонников Латаила, или они все ошибались?! Но тогда…
Тогда они обречены. Впрочем, со свободным Лараголином, они и так обречены.
Алион вошел в комнату племянницы — как и ожидалось, комната была пуста. Лорд окинул внутренним взглядом плетение чар — идеальные противовесы дополнялись узелками ловушек времени. Алион зло хмыкнул, чародей и дракон, работавшие здесь, были невероятно слаженной командой. Оставалось только восхищаться тонкостью и продуманностью их совместного труда. Восхищаться и… проклинать.
Чем Алион и занялся в сердцах, разбирая тонкие ленточки-обрывки мыслечар, маскирующих Солео. Алион теперь с точностью мог сказать, Солео он не узнает ни за что! Лорд-Протектор снова ударил по каменной кладке дома, дом обиженно поджался. Алион развернулся, собираясь выйти из комнаты, и уперся в косяк головой. Дом обиженно сопел, Алион почувствовал вину. Не тюрьма была плоха — плох был тюремщик! Он бежал от обязанностей, и теперь винит не себя, а дом и чары!
Алион ласково коснулся стены:
— Прости, это не твоя вина, — камни потеплели в ответ. Совсем не хотелось отрывать от стены руку. Стало необыкновенно тоскливо, показалось, что он прощается с Аэр'Дуном. В памяти возникли образы их первой встречи.
Алион был еще совсем малышом, когда дедушка привез его в небесный замок, но все виделось так четко: бегущие лошадки-облака с кудрявыми гривами, серо-голубой камень двора, по которому рассыпались солнечные искорки, улыбающееся лицо дедушки. В тот день Темный Лорд Алерон светился счастьем…
Алион резко отдернул руку. Он сделал глубокий вдох, успокаивая сердцебиение. Все это в прошлом.
Сейчас важно понять, что же произошло в Аэр'Дуне, и начать поиски Лараголина. Вдруг еще не поздно все исправить?
Едва уловимые пылинки чар, осевшие на стенах, привели к комнате с высоким зеркалом. Алион точно знал, что комната должна быть в другой части дома, запертая и с разбитым зеркалом. Но это было не так.
Зеркало отражало голую стену и узкое окно, сквозь которое щедро лился лунный свет. Отраженный луч падал прозрачными бликами на голые стены. Алион подошел ближе. Он попробовал открыть портал, но ничего не вышло. Лорд-Протектор Аэр`Дуна отлично знал, куда ведет портал — в Небесные Чертоги, а если еще точнее, в личные покои Владыки.