На дне
Шрифт:
Обрадовавшись, что ушёл от возможной погони Олдор развернулся и собрался снова вернуться в лес. Но радость его длилась недолго:
— Проклятье, — тихо-тихо, но злобно произнёс он, услышав те же самые голоса и хруст веток.
Скелеты шли, если не сказать, что бежали, в сторону Олдора. Он, не понимал, как они могли его услышать или увидеть. Он даже не совсем уверен, что опустошённые преследуют именно его, если вообще кого-то преследуют. Но решение нужно принять быстро.
«Поговорить с ними? Убежать… но куда?
Ещё раз глянув в сторону поляны, Олдор заметил, что это не просто голая территория. Это каменистое плато и подножье скал. Продолжение той же скальной гряды, что он уже видел, перед появлением хранительницы.
Скелеты приближались быстрее, чем думал Олдор. Он понял, что добежать до скал не успеет. И вообще не видел в этом смысла, потому что они, скорее всего, именно туда и бегут. Говорить с ними он хотел ещё меньше, чем прятаться на скалах. Видимо, остался только один вариант. Он полез на дерево.
Не успел Олдор подняться и на два метра, как услышал знакомый грохот.
Падали и трескались вековые деревья.
В Цыплятнике, насколько он знал, обитает только одно существо способное на такое. Дядюшка Выр. По всей видимости, именно от него и убегали скелеты. И у них имелись все шансы, ведь голем дал им неплохую фору. Выр прилично отставал от скелетов, потому что Олдор услышал его совсем недавно. А шумел голем, будь здоров. Но у Олдора есть и другое предположение: «Может он появился из ниоткуда, а не отставал от скелетов?..»
Забравшись примерно на пять-шесть метров над землёй, он просто ждал.
{Сила: 88 —> 90 (10К)}
Ждал и надеялся, что скелеты пробегут где-нибудь подальше, а дядюшка Выр не потревожит спасительное дерево. Судя по звуку, шайка скелетов совсем рядом. Как, разумеется, и кладбищенский голем. С большой высоты уже ужи видно, как он валил и ломал старые деревья.
Глава VI
— Быстрые, тормоза! Кто последний до скал, тот попадёт в гроб этого урода, — снизу послышался женский голос. Это говорил скелет с топором, в каких-то рваных тряпках и пожухшим венком из на голове.
— Эй, Мелка, не обзывай дядюшку Выра, кр-хп… — ответил ему другой, тот, что в кольчуге и с копьём.
— Баран, какой он тебе нахрен дядюшка? Ты бы меньше этого умника Жусара слушал, — сказала опустошённая с топором и легонько стукнула спутника.
Третий опустошённый, в совсем уж жалкой одежде, всё это видел и слышал, но ему плевать, он просто хотел спастись. Бросив копьё в ноги «друзей», копейщик, теперь уже безоружный, вырвался вперёд и оказался ближе всех к скалам.
Мелка запнулась через копьё и упала:
— Вот… шакал! Мы тебя достанем, — орала она вслед, убегавшему. Тот молчал и не оборачивался, бежал дальше. Должно быть сильно не хотел терять человечность.
Как иронично, что, бросив
— Кто-мы-то? Каждый сам за себя, как договаривались! — крикнул опустошённый в кольчуге и убежал.
— Черти чумные, — поднявшись прорычала Мелка. Она, на удивление, быстро догнала скелета в кольчуге и рубанула его под колено. Опустошенный, в этот же миг, наступил на повреждённую ногу.
…к-рр-хк…
Кость предательски треснула. Раскололась на две части. Скелет повалился на камни. Понял, что точно не убежит. Крикнул Мелки на прощание:
— Ах ты гнида! Да чтоб крыса тебе в… — он осёкся, вспомнив, что у скелетов нет плоти, — крыса тебе в черпешу залезла и навалила там целую кучу!
— Тупорылый ты, — не оборачиваясь крикнула опустошённая. Он бежал за безоружным скелетом. Интересно: её больше мотивировала жажда отомстить или желание спастись от голема?
«Да уж… тут все такие надёжные?..» — задумался Олдор. Нет. Он, конечно, знал, что не на курорте, но: «Предавать друзей по, самому главному, несчастью в жизни. Никогда этого не пойму» — никак не укладывалось в его голове. Особенно после того, как его спас едва-ли знакомый храмовник Хмошэ.
«Вот бы снова встретиться с ним», — Олдор скучал по скелету, которого знал не больше суток. Вот так номер. Наверное, Древнее Кладбище и не на такое способно. Впрочем, именно сейчас Олдор и лицезрел всю суть этого места.
Каждый борется за человечность, всеми доступными способами, наплевав на мораль.
Грохот приближался. Деревья валились и трещали очень близко. Голем был всего в паре-тройке десятков метров от Олдора. Тот, как и при первой встречи, оказался под «защитой» дерева.
Кладбищенский голем нёсся, словно бык, который узнал, что его хотят кастрировать. Слепая ярость овладела им, он бежал и сносил деревья просто так, даже, если те не мешали ему. Олдор видел, как голем врезался в молодое дерево плечом только потому, что просто не заметил его. Повалив узкий ствол, ещё и удивился мол: откуда здесь эта палка?
Считанные секунды разделяли Выра и Олдора.
Второй знал.
Видел.
Боялся первого.
Что до голема, то Олдор в трёх его глазах был лишь обычным скелетом, которых он гоняет уже сотни лет.
…ба-бах…хр-ыкс…
Выр таранулся в дерево, на которое забрался опустошённый. Оно накренилось. Соседние с ним, от такого же удара, вовсе вырвало с корнем, и они попадали. Олдор сидел на ветке, обнимая ствол, и надеялся, что дерево не подведёт.
Когда дядюшка Выр почти достиг скал, предварительно запихав травмированного скелете в гроб, дерево ещё держалось, пусть и наклонилось сильнее. Висевший на нём, как обезьяна, опустошённый все ещё верил, что оно выстоит. По правде сказать, не мог он слезть с него под таким углом, только спрыгнуть.