На берегу
Шрифт:
– Что такое?
– немедленно насторожился Искай.
– Несколько сделок в собственных интересах, которые его компания выдавала за решение всего кластера.
– На ближайшем совещании выкинем, - Искай пожал плечами.
– И раз уж ты не можешь оставить в покое дела, может, подскажешь что-нибудь насчёт Чили?
– Есть кое-какие соображения...
Клэр устроилась поудобней и принялась рассказывать все, что знала о положении дел в Чили.
Клэр наслаждалась утренней прохладой, стоя на веранде и любуясь озером. Многочисленные лодки сегодня отсутствовали, и Титикака, подёрнутое туманом, казалось вернувшимся во времена
Клэр ушла с веранды, по дороге забрала у Иская чашку кофе, села за компьютер и принялась печатать. Подошёл Шварцшильд, плюхнулся рядом, высунул язык и уставился на экран, как будто что-то понимал. Клэр не глядя протянула руку и потрепала пса по голове.
– Эй, а меня?
– шутливо возмутился Искай, зашедший с другой стороны.
– И кстати, что ты задумала?
– Наклонись, - Клэр подняла руку и запустила пальцы в иссиня-чёрные волосы.
– Как ты считаешь, если провести объединение с Эквадором и Боливией одновременно, можно ли наложить на это конституционную реформу, благо, она и так запланирована?
– Наверно, можно, - пожал плечами Искай.
– А что?
– Видишь ли...
– Клэр вздохнула.
– Это уже будет не Перу. И если сейчас индейцев во всех четырёх странах примерно половина населения, то в новом мы будем большинством.
– Ты предлагаешь объявить о возрождении Тауантинсуйу?
– Да.
Тауантинсуйу, Держава Четырёх Сторон Света! Клэр зажмурилась, стараясь то ли поймать, то ли отогнать видение. Тауантинсуйу, индейское государство, её мечта - неужели она столь близка? Было время, когда ей казалось: Эльтаника обречена. Её страна - пусть она и почти не помнила её - просто исчезнет, её народ рассеется или вымрет, земли опустеют... Она присоединилась к Фронту Защиты Космоса в надежде, что они помогут Эльтанике - но обманулась. Она оказалась в тюрьме - но однажды за ней пришел Сапа Инка, и теперь она служит ему. Потому, что он вернул ей надежду. Потому, что он действительно создавал индейское государство... Потому, в конце концов, что Хираль был Сапа Инкой.
Клэр открыла глаза.
– Да, - сказала она.
– Одна страна, одно имя, один закон...
– Сочиняешь лозунг?
– улыбнулся Искай.
– Отчасти да, - Клэр затрещала клавиатурой.
– Но вообще-то, именно так и должно быть... И будет - когда Сапа Инка вернётся в Куско. Вот только Лига...
Лига была не то, чтобы неизвестной величиной, но после теракта на "Фон Брауне" её реакция стала непредсказуемой, но почти всегда агрессивной. И если БРИКС с лёгкостью мог дать отпор, то для Перу миротворцы станут большой проблемой...
Клэр на секунду задумалась, а затем вновь начала печатать: "В связи с ожидаемой агрессивной реакцией Лиги представляется необходимым расширение военного-политического сотрудничества как со странами-партнерами, так и с БРИКС вплоть до заключения военного союза, предшествующего объединению индейского государства. В противном случае противостояние Лиге не представляется возможным, в возникновении же конфликта невозможно сомневаться."
Остаётся только радоваться, подумала Клэр, отрываясь от клавиатуры, что её страна никогда не была членом Лиги...
Халиф
Возможно, он и не решился бы на эту операцию, если бы не японская вылазка в Сомали, которая гарантированно отвлекала на себя внимание от Ближнего Востока - и его расчёт оправдался. Двухнедельная кампания оказалась полной неожиданностью для всего мира - даже закупки оружия халифат начал уже во время боевых действий. Они рискнули, и ставка оправдалась - Багдад взят, а Ирак полностью в его руках...
Город, как ни удивительно, мало пострадал во время стремительного штурма, и жители, опасливо поглядывая на солдат, начинали возвращаться в свои дома. Солдаты почти не обращали на них внимания, однако беспощадно пересекали любые беспорядки и попытки мародёрства - полиция не горела желанием выходить на улицы...
Командно-штабная машина качнулась на очередной выбоине, и Хаким едва поймал карандаш, выругавшись сквозь зубы. Работать в таких условиях решительно невозможно - но надо, а до офиса он доберётся не раньше, чем через пару часов... Да и то - большой вопрос, что это будет за офис. За полвека непрерывной войны всех со всеми в Багдаде осталось не так уж много целых зданий...
А работы было море - пусть Сомали и отвлекло внимание, но на всю войну этого не хватило, и теперь Лига живо интересовалась Халифатом. Халифу же этот интерес решительно не нравился... А ещё была Турция, у президента которой слово "Курдистан" традиционно вызывало истерику - а Али сходу признал независимость Иракского Курдистана. А ещё была Америка, которая явственно вела собственную игру, не ставя Лигу в известность. А еще... Да чем только не приходилось заниматься! И всё это - на ходу, в машине, а не в нормальном офисе, где под рукой и все документы, и помощники, и нормальная связь.
В машине связь была, но стабильно работали только армейские каналы, а сеть компьютер терял каждые несколько минут, так что архивы были наполовину недоступны, да и связываться с кем-то, кто был дальше Басры, было затруднительно... Впрочем, с гражданской связью в Багдаде всё было ещё хуже. За исключением "зелёной зоны" и полудюжины старых мини-АТС в разных концах города её просто не было - как, впрочем, и всего остального. Кое-где инфраструктура сохранилась, но большая часть девятимиллионого города оставалась без связи, энергии, а временами и без воды... Впрочем, всё это было решаемо и в сферу интересов Хакима не входило.
Когда машина остановилась рядом с одним из бывших президентских дворцов, Хаким закончил работу и пришел к выводу, что главный источник проблем он оценил неверно.
Лига, разумеется, была проблемой, но здесь и сейчас главной занозой было Свободное Сирийское государство - восток Сирии, неподконтрольный партии Баас. Теоретически территорией управлял Сирийский национальный совет - но по факту ССГ не было ни сирийским, но свободным, ни даже государством... Это была абсолютно безумная мешанина племён, группировок и банд, не подчиняющихся Ракке даже номинально. Впрочем, своим заокеанским хозяевам они подчинялись не больше, и предсказать их реакцию было сложно... хотя с другой стороны - очень просто.