Шрифт:
БИОГРАФИЧЕСКАЯ
Порфирий Порфирьевич Гаврутто родился в 1913 году в городе Риге, в семье рабочего.
Детство и юность провел в городе Орле. Окончил школу фабрично-заводского обучения. Работал слесарем в паровозном депо станции Люблино и на Люблинском литейно-механическом заводе.
С 1935 года П. Гаврутто — в рядах Особой Краснознаменной Дальневосточной Армии, работал в армейской печати. Во время Великой Отечественной войны П. Гаврутто командовал ротой парашютистов-разведчиков. Был ранен.
Показу боевых действий советских парашютистов-десантников и посвящена книга «На берегу Днепра».
После войны П. Гаврутто поступил и в 1951 году окончил Литературный институт имени А. М. Горького при Союзе советских писателей СССР.
П. Гаврутто — член КПСС. Имеет правительственные награды.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Вечер наступил незаметно: хмурое небо еще больше потемнело, спустились сумерки, и по аэродрому, шелестя пожухлой травою, закружил холодный ветер. Он ворвался сюда со стороны дальнего чернолесья, бросив к ногам майора Черноусова пожелтевший лист клена.
— Вот и опять осень, — прошептал офицер и, словно только теперь заметив настороженные взгляды солдат, подойдя ближе к строю, спросил:
— Все здоровы?
Солдаты молчали.
— Если кто себя плохо чувствует, пусть скажет. Освобожу от полета.
Снова молчание.
Одет Черноусов по-походному: на нем новенький защитного цвета комбинезон, перехваченный в талии широким ремнем. На ремне кобура с пистолетом, финский нож, ручные гранаты, на груди большой полевой бинокль.
— Так, значит, больных нет?
— Нет!.. Здоровы пока! — один за другим вразброд ответили солдаты.
— Тогда… — майор бегло осмотрелся по сторонам, подошел еще ближе к солдатам. — Тогда слушайте обстановку. Командование возложило на нас ответственную и почетную задачу: нам приказано выброситься в тылу противника, в лесу, в восьми километрах от села Тулинцы, затем двигаться к Яблоновскому
И комбат рассказал солдатам, что предстоящая операция связана с готовящейся массовой переправой через Днепр войск Второго Украинского фронта.
Майор умолк, еще раз оглядел нахмурившееся небо и тихо приказал:
— Старшие по самолетам, ведите людей на посадку.
Строй поломался. Офицеры и солдаты засуетились, загремело оружие. Через минуту уже грузились в самолеты.
Подошел коренастый бритоголовый командир бригады полковник Захарчук.
— Побыстрее, товарищи, поторапливайтесь, — громко сказал он солдатам.
Услышав голос комбрига, Черноусов оглянулся, подошел к нему. Сегодня полковник был непривычно сух, сдержан и озабочен. Все же он нашел время, чтобы окинуть майора взглядом своих маленьких, глубоко посаженных проницательных глаз и спросить:
— Твои все погрузились?
— Так точно, товарищ полковник!
— Смотри, майор! Желаю тебе…
Черноусов так и не услышал, чего желал ему полковник, — помешали шумевшие винтами самолеты.
— Спасибо, товарищ полковник, — ответил майор и, немного помолчав, добавил: — Вы с нами?
— Нет! Позднее. С третьим эшелоном. Ну, бывай здоров, майор! — комбриг протянул комбату руку.
— До скорого свидания, товарищ полковник.
Черноусов подошел к самолету, поднялся по приставленной к двери лестнице.
— Вот сюда проходите, товарищ майору, — позвал его ординарец Ванин.
Майор прошел вперед, сел.
Солдаты молчали. Лица их были сосредоточенны. Задумался и Черноусов. «Все ли подготовлено?» Его не покидало ощущение, что он упустил что-то важное и значительное. Последние трое суток он провел в непрерывных хлопотах. Да и немудрено: о многом надо позаботиться командиру десантного батальона перед полетом в тыл врага, о многом подумать, решить десятки сложных вопросов. Именно сложных, потому что в трудных условиях боев в тылу противника даже мелкое, на первый взгляд, упущение грозило превратиться в непоправимую беду.
— А штурман-то у нас женского пола!
Слова эти вывели майора из задумчивости. По голосу он определил, что они принадлежали Кухтину, маленькому рыжеволосому солдату.
— Ну и что? — спросил Кухтина другой солдат — Сидоров. По его тону Черноусов понял, что Сидоров чем-то взволнован.
— Хорошая девушка, симпатичная.
— Понравилась?
— Да я-то что! — вздохнул Кухтин. — С моей внешностью к такой не подступишься. А вот на тебя она посмотрела так, будто рублем одарила. Случаем, не знакомый ты ей?
Дверь кабины летчиков отодвинулась, и майор Черноусов увидел штурмана — русоволосую румяную девушку. В самолете было сумрачно, но по каким-то неуловимым признакам майор решил, что у штурмана синие или голубые глаза. И он припомнил другие женские глаза, далекие и дорогие. Та женщина, о которой подумал майор Черноусов, была ниже, тоньше, волосы у нее были иного цвета — каштановые, но чем-то она была похожа на штурмана. И майор Черноусов досадливо поморщился, вспомнив, что в кармане у него лежит неотправленное письмо, адресованное этой женщине. Вот уже скоро два года, как он пишет ей письма, но не отправляет их.