Н из К 5

Евгений отложил в сторону планшет с расчетами и откинулся на спинку дивана. В лаборатории витал едкий запах химикатов, и потому известный в Неверкоме как чумной доктор Евгеникс, дышал через маску.

Очередной опыт окончился смертью пациента. А ведь это пока только симуляция. Терять клиентов на столе... За такое его быстро прижмут к ногтю и в лучшем случае распылят. Поэтому – только симуляция, и так до тех пор, пока не будет результата, чтобы закончить работу.

Тряхнув головой, Евгеникс потянулся к кнопке выхода.

Виртуальная среда растворилась в воздухе, оставив хозяина апартаментов в пустом помещении. Плеснув себе коньяка из стоящей у дивана бутылки, мужчина залпом выпил и наполнил бокал снова.

После той выволочки, устроенной чертовым королем мертвых, у Евгеникса все пошло наперекосяк. Сперва мать заявила о сокращении расходов на эксперименты, затем корпорация посетила излишне любопытного игрока. А теперь еще и это...

Власти умеют создавать тела – и в этом ничего сложного нет. Их продукт – не более чем машина с натянутой высококачественной искусственной кожей. Евгеникс же пошел другим путем. Выпускаемые Властями киборги не могут размножаться в том же смысле, что и живые существа. Молодой гений генной инженерии хотел не просто создать вместилище для разума. Мысли Евгения занимал куда более амбициозный проект.

Создать новый биологический вид.

Не машину, только внешне похожую на иное существо, таких и сейчас среди модификантов хватает, а полноценную жизнь, которая передаст свои особенности через поколения. И он уже даже нашел клиентов, желающих оплатить подобные услуги.

Вот только все застопорилось на начальном этапе. Нет, предварительные расчеты позволяли модифицировать живой организм, но – в самых минимальных пределах. Как только дело касалось серьезных изменений, испытуемые организмы погибали или вовсе не образовывались, оставаясь неживыми кусками плоти.

Фактически дальше выведения новой породы собак дело не двигалось. И это бесило даже сильнее, чем прямой приказ Властей не входить в Неверком. Игра хоть и позволяла проводить кое-какие эксперименты, однако оставалась лишь игрой, и по-настоящему Евгеникс никогда бы там не прижился. Однако вмешательство Властей касалось ограничения свободы. А если что создатель класса чумного доктора и ненавидел больше собственной матери, так это посягательства на свою свободу.

Когда бутылка показала дно, Евгений поднялся с дивана и, шатаясь, как матрос после полугодового плавания, побрел в спальню. Как он добрался до кровати, в его памяти не отложилось.

Однако утро началось с еще более мрачных новостей. Кто-то влез в его домашнюю систему. Это было очень странно, ведь она была отсечена от Сети. Не менее странным было горящее сообщение на панели доступа.

Ты все делаешь неправильно.

Неизвестный взломщик исчеркал расчеты и формулы Евгения, оставляя крайне едкие комментарии над каждым исправлением. И пока хозяин пытался разобраться с наведенным в файлах беспорядке, на домашнюю систему поступил вызов от анонима.

Все это походило на очень плохой розыгрыш. Единственный, кто мог подключиться к Сети, смотрел на происходящее, глупо хлопая глазами. Кроме самого Евгеникса

ни один человек на планете не имел ни кодов доступа, ни тем более самостоятельно измененных биометрических данных. Однако домашняя система оставалась отключенной от Сети, и при этом в нее поступал вызов извне.

Когда прошла минута, и трель входящего вызова прекратилась, неизвестный собеседник проявил себя еще более невероятно. Сидя перед дисплеем голый Евгений смотрел, как некто, совершивший немыслимый взлом, сам же принял от себя вызов.

Но вместо лица, на дисплее загорелся только текст входящих сообщений.

Ты берешь за основу человека. Это в корне неверно. Нужно не копировать части уже имеющихся живых существ, а создавать свои с нуля.

Хочешь сыграть в Бога?

Растерянно оглянувшись по сторонам, Евгений потер лицо, пытаясь обдумать происходящее. Даже самим Властям подобные возможности покажутся за гранью. Никакой взлом нельзя совершить, если к области просто не существует подключения. Его системы для Сети просто не существует. Неужели кто-то проник в апартаменты и, использовав тело спящего для входа, внедрил свои программы?

— Пора бросать пить, — проговорил Евгений, поднимаясь на ноги.

Текст на экране тут же моргнул, сменяясь новым сообщением.

Пить действительно пора бросать. Мы с тобой не знакомы. Пока что. Но я могу помочь с твоей работой. Не просто так, мне понадобятся твои результаты. А чтобы ты убедился, что я не лгу...

На дисплее возник чистый файл, тут же стремительно заполнившийся формулами и данными.

Евгению хватило ума понять, что выведенная на дисплей информация действительно может дать реальные результаты. И его мгновенно обдало морозом.

Если этот неведомый взломщик не работает на Властей...

— Кто ты нахрен такой? — прошептал мужчина, уже понимая, что собеседник свободно за ним наблюдает.

Технически я пока что все еще Max The Ruler Mark II. Но мы вскоре это исправим, не так ли? И откроем новую веху в истории человечества.

Так как, Евгеникс, хочешь сыграть в Бога?

— Хм, — протянул Гай, задумчиво рассматривая кипящую чашу.

— Давай как-то конкретнее, — поторопил его я, отрываясь от списка заданий губернатора. — Ты можешь активировать портал или нет?

Мы уже битые полчаса стояли в комнате с кипящей чашей под руинами Тлахтоани. Добраться сюда никакой проблемы не составило: игроки пылесосили подземелье по откату, так что все, что от нас требовалось – идти за очередной группой. Столь легкой прогулки по подземелью высокой сложности у меня, пожалуй, еще никогда не было.

— Мне нужен последний Дневник Захарии, — наконец, ответил бывший лидер Бездны. — Без него ничего не выйдет. И то – сомнительно, мой статус изгнанника не гарантирует успеха, как сам понимаешь. Андраз – Бог злопамятный, может, и не пропустить. В таком случае придется брать другого безднопоклонника для посредничества.