Н 7
Шрифт:
А Димон как знал, или ему уже сказали заранее. Он не пошел в раздевалку, а с запасными и дублерами молодыми бегал на поле, по воротам бил, разминался.
Димидко же напомнил:
— Считайте, начало матча. Ясно? И еще игры некоторые напоминает.
Наши начали переглядываться, ухмыляться, кивать друг другу, показывать руками — мол, так и вот так…
И опять на поле.
Кто обещал, что станет прохладнее? По-прежнему стояла плотная сухая жара.
Мы начали с центра.
А-а-а, вон, что Димидко имел в виду!
Обычный,
Когда все себя предложили и красиво разбежались, а на них и на возможные траектории паса сместились защитники, Микроб сам срезал угол, забрался в штрафную и обводящим ударом вбил мяч в дальнюю девятку. Класс!
Тут даже сравнивать не с чем — зачем? Просто класс.
1:2. Вот мы уже и ведем, но не останавливаемся. И это хорошо. Как только остановишься, расслабишься… Это же «Торпедо»! Это же история! Накажут, порвут, растопчут!
Левашов вел мяч сам. Правильно — видишь свободное пространство — занимай свободное пространство. И тут его встретили двое, он пробросил мяч — и втиснулся между ними, выставив плечо. А они чисто по инерции преградили ему путь. И получилась типичная блокировка.
Та-а-ак. Пошли и у нас стандарты.
Подбежали впятером, присматриваются к мячу и воротам. Погосян отошел — не его позиция. Микроб поспорил немного, но рукой махнул — ладно, мол. Левашов остался и Рябов. Два здоровых крепких атакующих игрока. Оба могут выстрелить — но все же далековато. А розыгрыша я не вижу.
Рябов разбежался… И понесся дальше, чуть катнув в сторону мяч. В шаге от него мчал Левашов, и мяч пришелся под рабочую ногу. Удар!
Мяч перелетел штрафную площадь и чуть не ушел за линию… Но — чуть. Там каким-то странным образом — телепорт у него в заднице, не иначе — оказался Микроб, подставил голову… И опять не в ворота! Мяч пролетел сквозь всю штрафную площадь и буквально ударился в плечо Погосяна.
Удар!
А вот теперь — в ворота!
— Оле-оле-оле-оле! — кричали вскочившие болелы. — «Титан» — чемпион!
Наши уставились на арбитра и помощников. Торпедовцы тоже на них уставились. А один четко показывал в ворота — мол, мяч в воротах. Флажок не поднят — значит, не было вне игры. Главный арбитр так же четко со свистком указал на центр.
Есть!
1:3 — мы ведем!
«Торпедо» взорвалось. Торпеда взорвалась — по уму-то. Но тут — «Торпедо». Как они понеслись, как они нас втоптали, как прижали! А отступать некуда — позади ворота и я, весь в поту. Отбиваю, выношу, ловлю, кричу на защиту, выстраиваю стенку, вычисляю возможную траекторию, предупреждаю, указываю на отдельных защитников — держать, держать — и мы стоим! Стоим!
В первом тайме я скакал, как вошь на сковородке, а теперь кручусь, как уж.
Водопитие очередное не
Очередной крепкий и увесистый удар в дальний угол. А я как раз уже там. Я поймал мяч и с ходу швырнул его далеко вперед и налево, рассчитывая на возможный рывок Микроба. А у него сегодня — бенефис. Он уже там, подхватил и бежит-летит на смещающихся в его сторону торпедовцев. И, почти уперевшись в них, четко послал мяч направо к центру и чуть назад — а там чертиком из коробочки выпрыгнул Погосян, внезапный, как песец.
Мика принял на грудь, скинул мяч себе же на ход — и уже он один перед вратарем. Тот выбежал вперед, расставляя руки и сокращая площадь, по которой можно вдарить. А Погосян резко сместился влево, чуть не убегая с мячом с поля, и уже с острого угла катнул мяч в дальний угол пустых ворот.
Красиво! Это было красиво — смотрел бы и смотрел. Не каждая команда вышки может показать такой красивый футбол! А Микроб — ух! Две голевые у него и собственный гол. Даже не знаю, с кем сравнить. Месси, как есть Месси! Только тот — Лео, а наш — Тео, Теодор стало быть, Федор.
Только разыграли мяч — и свисток окончания игры.
Всей командой мы двинулись к сектору с нашими ликующими болельщиками. За нами, как чайки над свежей пашней, устремились фотографы и дроны. Перед подтрибунным я обернулся, чтобы еще раз посмотреть на Тишкова и порадоваться, что он жив. Еще как жив! Димидко руку, вон, жмет.
Погосян принялся раздавать болелам воздушные поцелуи, Левашов — выцеливать пальцем красивых девушек и пускать невидимые стрелы из лука, остальные просто махали руками и кланялись. Болелы ликовали, у них снова праздник. А у нас — эпохальная победа. «Титан» в Москве дернул «Торпедо», да как! Разгромил! 4:1! Это — история! И я не просто пылинка в ней, а один из камней несущей конструкции.
Спасибо тебе, богиня! И даже если завтра моя жизнь оборвется, я познал, какое же счастье заниматься любимым делом и добиваться результата!
Кто знает, может, еще и услышит Михайловск гимн Лиги чемпионов?
Глава 9
Глаза бы не глядели!
Увидев меня, Семерка просияла, сложила руки на груди и взмолилась:
— Санечек! Полдуши продам за сигарету. Вот реально дохну без них! Скажи, что ты позаботился о старушке и принес пачку!
У заведующего закончился рабочий день, и меня по просьбе Тирликаса пустили к Юле. Судя по тому, как она приободриась, все у нее хорошо.
— Нельзя тебе.
Она закатила глаза и ударилась затылком о подушку.
— Полпачки! Ну хотя бы одну! Одну, блин, штуку!
— Еще раз попросишь — уйду, — пригрозил я.
— Шантажист чер-ртов…
Я развернулся и зашагал к выходу, и Семерка бросила в спину:
— Еще одна смерть. В Ленинграде.
Слова будто загарпунили меня, я развернулся, и она продолжила: