Н 6
Шрифт:
— Времени — полседьмого. В восемь у нас пресс-конференция, расскажем о товарищеском турнире в Англии. Нерушимый, Денисов, ждем вас в конференц-зале.
В раздевалку я пошел вместе со всеми, ожидая подначек, но мужики слово держали и делали вид, что меня для них нет. Вспомнились бои без правил, где мне в перчатки подсыпали щелочь. Надеюсь, обойдется без гвоздей в бутсах или слабительного в питье.
Я залез в душевую кабинку, включил холодную воду. Брызнули ледяные струи, и, кажется, я зашипел и пустил пар, но огонь и не
Тирликас?
Нет, буду стоять под холодной водой, пока не посинею, авось поможет. Если не погашу огонь — что будет? Инфаркт? Инсульт?
Сперва от холода онемели руки, потом я перестал чувствовать стопы, а за грудиной все полыхало.
Вдох. Выдох. Представить, как солнце бледнеет, уменьшается… Вроде получается. Еще бледнеет. Есть! Как только оно погасло, обрушилась усталость и пробудился нечеловеческий голод. Сейчас поужинаю и — спать…
Какой там спать! Меня ждет пресс-конференция, где надо держать лицо, не зевать. Надеюсь, Марокко вызовет огонь на себя.
Из душа я вылез, когда все уже разошлись — синий, в мурашках, переоделся и побежал в столовую, где навернул двойную порцию овощного рагу, дополнительно заказал стейк и две чашки ядреного кофе. Вроде полегчало.
Только сейчас, когда угасла паника, пришли мысли о том, что это было. Дар развился до такой степени, что стало сложно его контролировать, и применять его больше не стоит? Или просто я перенервничал?
Подумаю об этом после, пока ведь все обошлось. Погруженный в мысли, я вздрогнул, когда ко мне обратились, поднял взгляд. Передо мной стоял тренер для вратарей Никита с подносом.
— Можно к тебе? — не дожидаясь разрешения, он занял стул напротив, поставил на стол овощное рагу, тарелку с хлебом и компот.
Некоторое время он молча ел, я допивал вторую чашку кофе, а когда его осталось на донце, Никита не удержался, сказал:
— Я наблюдал, как ты работаешь. Такое впечатление, что ты знал, куда они будут бить. Ни разу в другую сторону даже не дернулся. А вообще результат впечатляет!
«Надо быть осторожнее», — подумал я.
— Еще в детстве тренер заметил, что я способный, — уклончиво ответил я.
— Вот я бы рискнул, поставил тебя вместо Гарика против англичан и посмотрел, что получится.
— Ты, наверное, недавно тут, — предположил я. — Командным духом не проникся.
— Да полгода уже. Полозенков, конечно, молодец, но ты — просто феномен. Нужно быть полным ослом, чтобы не видеть этого. Если тебя натаскать как следует, ты ж второй Яшин!
— Спасибо за высокую оценку, — кивнул я и встал. — Увидимся завтра, мне нужно переодеться во что-то более приличное.
— Не заморачивайся. Ты ж футболист, а не оперный певец, я вот так и пойду.
У меня оставалось полчаса до начала, я позвонил Димидко и рекомендовал купить шампанское
Ну вот и все, отчитался, теперь можно идти в конференц-зал.
Конференц-зал находился на втором этаже. Чтобы не пришлось отбиваться от журналистов, поднимался я не на лифте, а по лестнице. В коридоре прошмыгнул мимо стаи репортеров. Зал был небольшим, но и не маленьким. На спинке крайнего стула был номер 171. Первые три ряда были заняты, операторы устанавливали камеры в проходах, царил мерный рокот голосов.
Вместо трибуны установили сдвинутые столы, завесив их баннером с логотипом команды. Денисов развалился на стуле, заведя руки за голову. Начальник команды, Ковалев, в этот раз оделся не как мафиози, а в обычный черный костюм. Марокко стоял, его секретарь Карина расставляла бутылки с водой и стаканы. Судя по количеству стульев, предполагалось пять спикеров. Денисов подвинулся, и я занял крайнее место справа.
В зале наблюдались Кокорин, Исаматов, Никита. Карина, расставив воду, проверила микрофоны, пропустила Марокко в середину и села с краю.
Ровно в восемь вечера слово взял начальник команды, Ковалев: представился, рассказал, как «Динамо» в сорок пятом году поехало в Англию, как наши показали красивый футбол и разгромили «Кардифф» со счетом 10:1. Журналисты, ожидающие другое заявление, взволнованно загудели. Подогревая их интерес, Ковалев прервался, чтобы сделать глоток воды, и продолжил:
— Вы первые, кто слышит эту новость. В этом году, в июле, мы рассчитываем повторить легендарное турне и так же, как тогда, провести четыре товарищеских…
Голос Ковалева утонул в щелчках фотоаппаратов и взволнованном гуле собравшихся. Мужчина в клетчатом пиджаке поднялся и зааплодировал, но его никто не поддержал. Дав публике успокоиться, начальник команды наклонился над микрофоном.
— Товарищеских матча с теми же командами. Поскольку наш нападающий Егор Лапиков получил серьезную травму и не сможет участвовать, команда усилена игроком ЦСКА Антоном Дако и восходящей звездой советского футбола Александром Нерушимым, который находится за этим столом.
Я помахал публике, подавляя желание зевнуть. Вспомнилось, что Антон Дако — темнокожий улыбчивый парень, его мать русская, а отец — из ЦАР. Ну вот, и у нас в команде будет цветной игрок. Интересно, в этой реальности западный мир тоже повернулся на толерантности и секс-меньшинствах? Никакой информации в Комсети об этом не было.
Слово взял Марокко, рассказал о датах проведения матчей и о том, что команда будет усиленно готовиться к предстоящим испытаниям. Наступила очередь журналистов задавать вопросы, и вверх взметнулись руки. Кто будет отвечать, выбирала Карина, которая, как я предположил ранее, выполняла роль пресс-атташе.