Н 6

Михайлов Дем Алексеевич

– Да-да – кивнул я – Но это потом. А сейчас – иди и тяпни самогона, запей компотом, а потом найди себе горячую смачную бабенку и проведи с ней время. Дам совет – не разговаривай с ней о смутном лице какого-то ублюдка. Просто трахайся.

– Да,.. командир…

– Повтори приказ.

–

Выпить самогона. Запить компотом. Найти смачную бабенку. Не говорить с ней о ублюдке. Просто трахаться.

– Приказ понят верно. Выполняй.

Бойцы утопали. Я же, чуть поерзав, подложил под низ спины рюкзак, набросил на ноги край одеяла, подтащив поближе игстрелы с остатками заряда, хотел уже вернуться к чтению листка с планом старого сурвера, но накатившая сонливость помешала. Налившиеся тяжестью веки захлопнулись, кулак сжался, сминая и пряча листок, подбородок опустился на грудь.

Дерьмо…

Неужели настолько меня измотал сегодняшний день?

Не иначе система переборщила с седативными…

Ладно. Позволю себе чуток отдыха. Я посплю совсем немного. Совсем чуть-чуть. Где-то с полчаса. И снова примусь разбирать каракули Джона Доуса…

Согнувшись над закипающим чайником, старый Грим, размельчая в ладонях сухие водоросли, спросил:

– Что ты знаешь о чистоте чувств, пацан?

– А?

– Ты слышал?

– Ты ведь не про любовь?

– И она в списке. Я про все чувства. Но сразу, а про отдельности. Чистая любовь. Чистая ненависть. Чистейшая незамутненная злоба. Вот правильное слово – незамутненность. Что ты знаешь о ней?

– Я не въезжаю.

– Это сложный вопрос – кивнул старик – Но важный вопрос. Как ты относишься к государственным дронам-наблюдателям,

что часто навещают нашу обитель? Любишь их? Ненавидишь?

– Ненавижу! Они лезут везде! Везде!

– То есть государство ты не любишь?

– Ненавижу!

– Но раз в месяц грузовые дроны того же государства сбрасывают нам контейнеры с лекарствами и кое-какой одеждой. И ты ведь радуешься этому дню?

– Ну…

– Радуешься?

– Ну радуюсь…

– Тогда, где твоя ненависть, пацан? Куда она делась? Была придавлена дешевыми сладостями, что напичканы средствами стерилизации? Ненависть исчезла?

– Нет, но…

– Но?

– Я не знаю! Сложно!

– Не сложно! А мутно! Вот в чем твоя беда – мутность чувств. Если ненавидишь – ненавидь! Живи этой ненавистью! Дыши этой яростью! Не позволяй подачкам замутнить твою ненависть! Это касается всего! Если любишь – люби! Принимай как есть со всеми недостатками. Понял?

– Нет…

– Поймешь. Главное, что ты должен сейчас намертво уяснить своей маленькой головенкой, так это самое важное слово – незамутненность. Повтори.

– Незамутненность.

– Повтори.

– Незамутненность.

– А там, где есть незамутненность, там всегда царит кристальная ясность. Цели отчетливо видны. Легко навести прицел. Понял меня?

– Понял.

– Что ты понял?

– Целиться легко.

– Дурак ты, пацан – вздохнул старый Грим, берясь за ложку и перемешивая варево – Тащи тарелку. Сегодня фирменный суп из креветок, мокриц и водорослей мне удался…

Конец шестой книги.