Н 5
Шрифт:
– Вы добросы – скрипнул зубами верг – У вас есть право. У вас есть слово против слова. Если нет прямых улик – Мать предпочитает не вмешиваться. Оставляет поиски истины на нас. Не мне судить ее, но слышал, что не раз случалось, когда преступники уходили из-под суда из-за нежелания Матери задавать вопросы и получать ответы.
– Ты про такие штуки как химический допрос и детектор правды?
– Я про вопрошание Матери.
– Ну мы пошли тогда – буднично произнес я, кивая орку, чтобы тот занялся девушками – Слушай, Мнут… а ты сам
– Они добросы. И граждане Светлого Плеса – заученно ответил верг, но его глаза сказали куда больше.
Поняв это, я коротко кивнул:
– Вот и славно – после чего перевел взгляд на мнущихся позади старика и девку из развалившейся группы – А вы… если еще раз вздумаете обвинить кого-то из нас или наших подруг…
– Не стоит угрожать, сыроед – напомнил Мнут.
– Я не угрожаю – широко улыбнулся я – Просто предупреждаю. Пошли, бойцы. Время прицениться к благам общества, а затем топать дальше. Ужин еще надо заработать…
Нас никто не остановил.
Как я и ожидал.
Ведь я многое прочел во взгляде Мнута – о его истинном отношении к Греджерсу и Сьюгу. Уверен, что старший верг откровенно рад их исчезновению. И не только он – лица рядовых вергов тоже выразили немало. А раз так – они не станут рыть слишком глубоко, чтобы докопаться до ненужной правды.
Мнут не дурак. Я уверен, что они отыскали ту зарешеченную сточную дыру, а глядя на окровавленные лезвия призма, поняли, что вполне в его силах превратить пару трупов в жиденький фарш, что так легко и безвозвратно стечет в темноту.
Они поняли.
Но предпочли задать пару дежурных вопросов и на этом остановиться.
Это же поняли старик с девкой. А услышав меня и увидев мое лицо они поняли кое-что еще – самое время остановиться и забыть.
Что ж – время покажет поняли они или нет мое предупреждение.
А еще я знаю, что очень скоро старший верг Мнут переговорит с валькирией или самим Кормчим. Он выложит им все – свои подозрения, догадки, размышления. И уже весомые люди решат стоит ли продолжать копать. Или для города выгодней забыть. Ведь взамен ушедших система родит новых – и она наверняка окажутся лучше Сьюга и Греджерса. Так что вполне разумно посчитать случившееся как нечто вроде контроля за уровнем ублюдочного дерьма в городе…
Но радоваться пока рано. Ведь в городе не два трупа, а три… Причем первый убитый никуда не делся и продолжает лежать под песочком…
Надо чуток ускориться…
Поднявшись по ступенькам, дернул пару раз головой, пытаясь вытряхнуть из мозгов сонный туман.
Не спать, гоблин! Не спать! Мы и так замедлились. Целый день потратили на осмотр местных никчемных достопримечательностей. Целый день канителимся с парой прибабахнутых девиц. Из бонусов – кисловатый компот, не слишком хороший самогон и мемвас из собственных запасов. Ну хоть пожрали от пуза и разнообразно. Еще нам показали бонусное убиение курицы и попытку косатки сожрать тупого
Пора ли нам высунуть носы за городскую черту?
Да. Пора.
Вернемся ли мы на ужин?
Только в том случае, если не подвернется что-то более интересное.
– Темнеет к началу девятого вечера? – спросил я в пространство.
– Верно – мелодичным голоском отозвалась Джоранн.
– И темнеет медленно.
– Ага.
– Зачем ты убила того придурка, что полез тебя обнимать?
– Просто захотелось – улыбнулась Джоранн и неспешно провела по губам языком.
– Джоранн… – ахнула и присела на последнюю ступеньку Нанна, потрясенно глядя на подругу – Ты же сказала что…
– Почему захотелось? – столь же лениво продолжил я, не сбавляя шага.
Мы быстро удалялись от обмершей Нанны, что далеко не сразу подорвалась и принялась нас догонять.
– Почему? – удивленно переспросила Джоранн – Хм… дашь кусочек того, что дал Нанне?
– Держи.
Четвертинка таблетки мемваса поменяла хозяина. Удивительно умело поместив подарок под язык, рыжуха причмокнула полными губами, задумчиво провела по ним же подушечкой большого пальца, следом лизнула тот же палец, поочередно помассировала им каждый глаз и наконец пожала плечами:
– Он был каким-то… странным… понимаешь?
– Не очень.
– Ну… он так говорил, так двигался, что казался пластилиновым.
– Что ты сказала?
– Пластилиновым… ты знаешь, что такое пластилин?
– Да.
– А знаешь, из чего он сделан?
– Слышал недавно.
– А что ты слышишь, когда кто-то говорит «пластилин»?
– Ты породила во мне пугающее дежавю – признался я, впервые смерив Джоранн по-настоящему внимательным взглядом – Какого цвета у тебя глаза, Джоранн?
– Небесные – улыбнулась идеальная красавица.
– Разве? – удивленно спросил призм, вглядываясь в ничуть не синие глаза рыжухи.
– Ладно – вздохнул я и снова встряхнул головой – Ладно…
– Хван… – промурлыкала Джоранн – Знаешь, почему ты мне нравишься?
– Почему? – осторожно поинтересовался призм.
– Ты не прячешь свою натуру. Все шипы и когти напоказ. Ты честный. Понимаешь?
– Нет.
– Еще поймешь… – глянув на Джоранн, я обнаружил, что она снова массирует глаза.
Чуть помедлив, я сказал ей:
– После таблетки что у тебя под язычком может присниться короткий и удивительной реальный яркий сон. Ты не запомнишь его целиком. Но то что запомнишь – расскажешь?
– А ты дашь еще один серый леденец?
– Если твой сон покажется мне интересным.
– О… я такая выдумщица… – рыжуха широко распахнула глаза, перепугано скривила лицо – Ой… я не хотела… я просто махнула вилами… а он… он… он умер, да? Только не это…
– Джоранн – почти безжизненно произнесла плетущаяся сзади Нанна – Джоранн… ты красивая и сладкая лживая сука…