Н 4
Шрифт:
Вот уж точно, что не нужно крепости – так это попадание ее главного защитника в активный контур полигона, замурованный глубоко в землю и ограничивающий применение дара вплоть до полной блокировки. Обычно место применяется бойцами крепости – определенные режимы позволяют ослабить боевые техники до уровня учебных и тренироваться в полную силу, а полная блокировка не позволяет мухлевать с физической подготовкой тела.
Мне же полная блокировка нужна была ровно на пару минут. В частичной я не нуждался вовсе.
Вряд ли напиток, мною приготовленный
Аймара перехватила стакан через мгновения после пробуждения и сделала жадный глоток, а затем еще один, пока стакан не показал дно. Но и последние капли были пойманы на язычок и поглощены.
После чего последовал требовательный взгляд.
– Где я? – Спросила она на английском.
– В России, на две недели. – Спокойно отозвался я, не препятствуя ей подняться из хрустального гроба и оглядеться по сторонам.
Вокруг были только серые стены крепости, скрывающие горизонт.
– Зачем я здесь? – Девушка оправила одежду и хмуро посмотрела на меня.
– Потому что я этого захотел.
По нервам резко стегнул незримый клич-призыв, полный ярости – и заполненный той Силой, что полигон в теории должен был удержать. Моей Силой – ощущаемой мною всякий раз, когда я стоял под грозовыми небесами. Я успел перехватить его в последний момент, ощущая рулем машины на полном ходу, который вздумал дернуть взбалмошный пассажир.
Очи Аймара округлились от удивления, а сама она озадаченно посмотрел на небо.
– И я готов предложить тебе честное соглашение. – Скрыл я свое изумление способностями гостьи и продолжил вести себя невозмутимо.
– Честное? Пленнице? – Будто услышав издевательство, иронично приподняла она бровь.
– Честное, – согласно кивнул я. – На эти две недели, ты станешь учить меня техникам своей стихии.
– Невозможно. – Категорично качнула она головой.
– После каждого урока, – проигнорировал я ее жест. – У тебя будет один шанс убить меня той техникой, которой ты меня обучала. Защита полигона будет полностью отключена.
– Кольца, артефакты, руны, татуировки, покровительство высших духов? – Напряженно перечислила Аймара, глядя на меня, как на врага, подлежащего уничтожению.
– Артефакты моего брата, которые сейчас на мне. Они сильные, но я не стану их переодевать и подзаряжать до завершения этих двух недель. С тебя – клятва не бежать, не вредить мне, моим близким, тем, кто мне дорог и тому, что мне дорого, не передавать весть родным прямо или косвенно и не применять Силу без моего разрешения. Сможешь убить меня, и тайны твоего рода уйдут со мной в могилу, а тебя доставят домой целой и невредимой. Не сможешь – я все равно верну тебя домой, а техники
Девушка дернулась, как от удара и со злой гордостью посмотрела в мою сторону.
– Как будет обозначено завершение занятия?
– Это предел, который обозначу я в момент неспособности более усваивать информацию, – тщательно выговаривал я, подбирая верные слова на английском. – Либо завершу по своей воле ранее.
– А если ты окажешься ни на что неспособен, враг?
– Это будет только моей проблемой. – Сухо ответствовал я.
– Я согласна и даю в этом свое слово.
– Соглашение заключено.
– А теперь молись своим богам в последний раз, смертник. – Процедила Аймара. – Сегодня мы станем учить технику ранга «мастер».
– Вашу дивизию, вокруг меня одни мутанты, – чертыхнулся я в голос по-русски, с возмущением обращаясь к брату и деду, замершим на краю полигона и до того с интересом прислушивающихся. – Что эта, что Артем!
– А у нее какая проблема? – Поинтересовалась Ника.
– Какая-какая, – проворчал я, подходя к родным и скидывая пиджак им на руки. – Они подрывают мою веру в собственную уникальность.
Оставив одежду у родных, я прикрыл глаза и потянулся к небу. И когда сверху донесся первый раскат близкой грозы, вновь повернулся к условно-добровольной наставнице.
– Иногда я могу учиться и не спать по двое суток. Надеюсь, это не станет проблемой? – Расстегнул я манжету и закатал рукава рубашки.
– Ощущение собственной бездарности придет к тебе раньше.
Нет, надо как-то эту спесь сбивать…
– Предлагаю дополнительное условие. Если я сегодня выживу, ты наденешь декоративный ободок с ушками и не станешь снимать без моего разрешения, – произнес я, на мгновение основательно задумавшись, в воображении представляя, как они будут на ней смотреться.
И выходило – очень даже красиво. Почти, как на Нике.
– Странная просьба для трупа, – фыркнула раздраженная Аймара, рассыпая в воздухе вокруг себя десятки полупрозрачных схем-конструкций, которые явно означали нечто крайне сложное и очень, очень любопытное.
Обучение началось.
– Но если ты окажешься права, к моей смерти получишь сорок килограмм золота. Слово.
– Согласна. – Создала она еще около сотни схем-концентраторов, смысл которых было вновь крайне трудно уловить.
– Ничего-ничего, – пробормотал я, приседая на землю и всматриваясь в каждое из них. – Завтра сможешь отыграться. Там еще лапки, хвостик, тапочки… Слушай, а ты как насчет готовки? Просто есть отличный вариант поучить одну прекрасную барышню… Меня-то она не послушает, но быть хуже принцессы…
– Поторапливайся, скоро придет дождь. – Посмотрела Аймара на небеса, вновь разошедшиеся громом. – Скверно умирать, валяясь лицом в слякоти.
– Дождь не придет никогда. – Поднял я на нее взгляд. – Гроза идет, чтобы не пугать детей за стенами, когда у меня что-то начнет получаться.