Н 4
Шрифт:
– С радостью примем имеющиеся у вас материалы. Безусловно, они поспособствуют наибыстрейшему завершению следствия.
– Я начинаю подозревать, что вы ни во что не ставите клан Аймара. – Зло процедил Олланта. – Я бы не рекомендовал вам совершать эту ошибку.
– Полагаю, что во взаимоотношениях великих стран не следует совершать ошибки, как одной, так и другой стороне. Ждать – мерзко. Я понимаю. Бездействовать в такой ситуации – угнетающе тяжело. – Уловил его эмоции консул, но остался рационален и спокоен. – Может, погостите в Москве? Мы устроим приемы в вашу
Олланта взвесил предложение, сравнил с иными перспективами и хмуро вымолвил:
– Я хотел бы говорить с вашим господином.
– Безусловно, вы увидите Императора в Москве. – Заверил его дипломат. – Даю вам слово.
– В таком случае, это приемлемо.
Ну а два крупнейших землевладельца на своих континентах обязательно договорятся.
– Рад видеть вас гостем нашей земли. – Чуть поклонился Алмаз Семенович. – Остались небольшие формальности. Надо написать заявление, – тронул он бумаги на столе.
– Заявление?
– Бюрократия, – словно извиняясь, повел ладонью консул. – Чтобы запустить механизм поиска вашей глубокоуважаемой дочери, надо заявление от родственника. Будучи заявителем, вы получаете доступ к результатам расследования. Никто иной не будет знать деталей следствия, все материалы останутся навсегда закрыты от постороннего взгляда.
Никому не нужна огласка. А раз так, то регламент стоит соблюсти.
– Я готов. – Кивнул Олланта.
– Андрей Константинович, это ваша епархия, – пододвинул дипломат бумаги к угрюмому и до того молчавшему военному переводчику.
Тот деловито пододвинул бумаги к себе, взял ручку со стола и поправил стопку листов, выравнивая.
– Начнем? Фамилия, имя, отчество, год рождения.
– Аймара Качи Олланта, тысяча девятьсот первый.
– Текущее место работы?
– Анды.
– Должность?
– Стоящий на вершине пирамиды черепов.
– Думаю, достаточно, – чуть нервно прервал их консул, аккуратно перехватив ручку и бумагу. – Остальное мы заполним сами. От вас только две подписи и галочка на последней странице. – Передвинул он бумагу к Олланте.
– Что тут написано? – Хмыкнул старик, глядя на незнакомый язык.
– Что вы несете ответственность за дачу ложных сведений, – махнул рукой, обозначая пустяк, Алмаз Семенович.
А вот Олланта всерьез озадачился.
– У меня есть еще должность почетного палача. Это следует записать?
– Не стоит беспокоиться, одной вполне достаточно. – Горячо заверил его дипломат.
Олланта пожал плечами и подписался размашисто, на поллиста – не желая уступать его визави, изобразившему подпись, смахивающую на букву Z с чертой посередине.
– Был рад встрече, – осторожно забрали у него бумаги и
Книга с законами империи так и осталась на столешнице.
Олланта в знак уважения поднялся вместе с ними на ноги и автоматически оглянулся на пространство зала за стеклом кабинета, с удовольствием отметив приближающегося к ним сына рядом с шагавшим с ним высоким мужчиной – обладателем седой шевелюры и усов, в окружении богатой свиты, шедшей чуть позади.
Значит, сын так же уладил свои вопросы. Только взгляд у Катари какой-то заторможенный…
– Всего наилучшего, – поклонился консул и вышел вместе со спутником из кабинета.
А в момент открытия двери от процессии отчетливо донесся звонкий голос переводчика, который все равно уступал внушительному тону герцога:
– … и картошечку с лучком на шкварки. Главное – не пережарить!
Катари заторможено кивнул. А Олланта отчего-то забеспокоился.
Впрочем, почти сразу процессия замедлилась и остановилась, герцог пожал его сыну руку и заторопился по своим делам.
Олланта не оскорбился таким невниманием к своей персоне – он равноценно проигнорировал встречу. Кроме того, двух великих Аймара на одного герцога все-таки будет многовато.
– Как прошла встреча, – поприветствовал патриарх сына и указал на диван напротив.
В комнату прошмыгнул переводчик генерала, но разговор все равно велся на родном диалекте, так что заново выставлять его за порог не было нужды.
– Отлично, – вновь механически кивнул Катари. – Подарки приняли и отнеслись со всем уважением. Теперь город Могилев побратим Уанкайо.
– Прости, что? – Недопонял Олланта.
– Братство городов, – словно тоже не понимая, но силясь понять, поднял на него взгляд Катари. – Культурные связи. Год Могилева в Андах. Год Уанкайо в Беларуси. Развитие туризма, проведение конференций.
– А-а, – покивал Олланта. – А что-нибудь более существенное?
– Еще нам в знак почтения с хорошей скидкой продали пять горнопроходческих машин, сорок комбайнов и две сотни тракторов. – Медленно моргнул Катари.
– Очень интересно. Еще о чем вы говорили с герцогом? – Ласково уточнил Олланта.
– Всемерная помощь с поисками Инки! – словно очнувшись (или вовремя почуяв грядущий разнос), резко выпрямился Катари и доложил по всей форме. – Нам передадут контакты ключевых людей в Москве, завязанных на сеть информаторов и политиков на территории империи. Любые наши запросы будут иметь высочайший приоритет.
– Ну хоть что-то… – Проворчал патриарх клана. – Как ты вообще собрался забирать эти машины и трактора?
Не говоря про невысказанный вопрос – зачем вообще их покупать за полмира.
– Так, морем. – Возмутился сын.
– Каким морем?
– Тут же Европа! Тут везде – море, – пожал тот недоуменно плечами.
Олланта только горестно покачал головой.
– Как таможенные формальности? – Чуть неловко уточнил глава клана.
– Не требуются, – буднично ответил Олланта. – Ныне мы почетные гости империи. Без права расследовать, но с правом ждать и наказать виновных.