Мыслители Востока

Шах Идрис

Вопрошающий продолжил:

"Но, в интересах жаждущего, нельзя ли давать ему воду понемногу, чтобы он не причинил себе вреда?"

Фироз сказал:

"Бывает, что находится добрый человек, который видит безумно жаждущего и препятствует тому убить самого себя, выпив слишком много. Но в других случаях, как вам известно, жаждущий случайно находит колодец, и там нет никого, кто предохранил бы его от саморазрушения. Даже если бы там и оказался свидетель, который из самых лучших побуждений сказал бы: "Будь осторожен!" -

безумный от жажды человек оттолкнул бы советчика и счел бы его своим врагом.

Вопрошающий спросил:

"Нет ли пути, на котором человек может быть предохранен от этих опасностей?"

Фироз сказал ему:

"Если вы найдете в этой жизни что-либо, не таящее опасности неправильного употребления и риска для бестолковых, расскажите мне, и я потрачу все свое время, сосредотачиваясь на этом. Между тем, знайте, пока еще не поздно, что руководство существует потому, что путь неровен. Если вы хотите, так сказать, вдыхать, не выдыхая, или проснуться и не встретиться с новым днем - вы не Искатель, а негодный и к тому же лицемерный дилетант, ибо назвать кого-то тем, кем он не является, противно достоинству людей посвящения и чести."

Масло, вода, хлопок

ОДИН человек, любивший изучать всевозможные системы мышления, написал дервишскому Мастеру, спрашивая, нельзя ли поговорить с ним, чтобы провести сравнения.

Дервиш послал ему бутылку, наполненную маслом и водой, и кусочек хлопкового фитиля. В посылку было вложено такое письмо:

Дорогой друг, если вы поместите фитиль в масло, вы получите свет, когда зажжете фитиль. Если вы отольете масло и поместите фитиль в воду, вы не получите света. Если вы взболтаете масло и воду и поместите фитиль туда, он зашипит и погаснет. Нет необходимости проводить этот эксперимент с помощью слов и визитов, когда его можно провести вот с такими простыми материалами.( Приписывается Абдул-Азизу из Мекки.)

Сейид Сабир Али-Шах

СЕЙИДА спросили: "Зачем шейх Аттар написал Перечень Друзей Бога" Он сказал: "Потому что Коран больше не переживался, а толковался".

"А зачем Мауляна Руми написал Месневи?"

"Потому что Перечень не читался, а заучивался."

"А кто те люди, которые могут объяснять писания суфиев?"

"Те, кто не нуждается в том, что они содержат."

"Как их называют?"

"Вы могли бы назвать их весьма особым видом торговцев бакалеей. Бакалейщик - это человек, у которого провизии больше, чем это необходимо ему самому, поэтому он продает ее другим. Мы называем их пирами (старейшинами) и муршидами (руководителями).

В Мекке

ДЖУНАЙД рассказывает, что однажды в Мекке он увидел цирюльника, бреющего богатого человека. Странствующий дервиш, он подошел к брадобрею и попросил побрить его. Брадобрей тотчас оставил своего богатого клиента и обслужил Джунайда. Вместо того, чтобы спросить с него плату, он сам дал ему немного денег.

Внутренне

Джунайд решил - он отдаст брадобрею все, что бы ни получил в этот день как милостыню.

Спустя некоторое время кто-то подошел к дервишу и вручил ему кошель с золотом. Джунайд поспешил к лавке брадобрея и предложил ему золото.

Брадобрей сказал:

"Неужели тебе не стыдно предлагать плату за то, что сделано во имя Бога?"

Халкави

У ХАЛКАВИ спросили:

"Какого поведения вы придерживались в вашей жизни по отношению к встречавшимся вам людям, чтобы распознать их качества?"

Он ответил:

"Обычно я вел себя кротко и смиренно. Тех, в ком мое поведение вызывало агрессивность, я избегал, как только мог. Тех, кто уважал меня за мою наружность, я так же остерегался."

Путешествия Казвини

ПОЛЕЗНЫЕ люди, выполняющие полезную работу, не раздражаются, когда их называют бесполезными. Но никчемные люди, воображающие, что они делают важную работу, приходят в сильную ярость, если такое говорят о них.

"Я посещал, - говорит Казвини, - одну группу достаточно искренних суфиев. Они практиковали взывания к Богу и играли на струнных инструментах."

"Я слушал беседы выдающихся авторитетов и был на праздниках Мастеров, живых и умерших.

Я облачался в заплатанные одежды и просил милостыню, как это рекомендуется классиками. Я молился, я постился, я раздавал милостыню.

Я учил сложные вращения и литании и принимал участие в Неподвижности.

Я совершенствовался в умении сдерживать внутреннее возбуждение.

Я учился, как стереть свое "я" и как восстанавливать его очищенным.

Затем я встретил само Испытание. Оно спросило меня:

"Что ты ищешь?"

Я ответил:

"Я ищу Мастера".

Испытание сказало:

"Если бы ты попросил еще деятельности, тебе было бы дано это. Но раз ты желаешь Истины, я проведу тебя к Истине".

Оно привело меня к Мастеру. И Мастер обучил меня тому, что же все эти внешние вещи, которые я изучил, реально означают.

После того, как я вернулся в мир, никто не слушает меня, и внешняя деятельность продолжается. Как предсказал мне Мастер, она будет продолжаться до конца мира."

Противоречия

НЕСРАВНЕННОЕ произведение Рафика раскрывает цельную реальность за внешней противоречивостью.

"Отмечайте людей, - говорит он, - удивляющихся противоречиям, которые они находят в словах и действиях дервиша.

Такие люди еще не осознали, что по Пути следуют с помощью действенных средств, а не "одинаковости".

Если вы находите внешние атрибуты и методы одной теккии точно такими как другой, знайте, что по меньшей мере, одна из них - имитация.

Дервиш, который всем всегда говорит одно и то же - не учитель, Осчастливливающий!

Детям всегда нравятся вещи, которые одинаковы.